КИНОТОК

У меня сейчас Т. на кураторстве занимается своим проектом. Мы пока не знаем, что это будет - видеоарт, документальное или экспериментальное кино. Ищем форму. Про личную и очень, про всех - травму: потерю близкого. Про потерю Маленького.

Сейчас Т. пришла к образу песочницы.

Песок - всепоглощающая, всепрощающая и все обнуляющая стихия. В пустыне все растворяется и становится песком. Зыбким, рассыпчатым, как время, воспоминанием.

Наша пустыня - это песочницы во дворах. Т. сделала серию фотографий, она ходит по дворам и ищет следы. Следы бытия. Следы разыгранных мизансцен.

Мы продолжили это образом песочной терапии (не путать с терапией песком:).

Это типа расстановок по Хеллингеру, но безопасно. Вместо других людей, свои истории ты вкладываешь в предметы, которые располагаешь в песочнице и проигрываешь сценарии ситуаций или возвращаешься в травмы и свои кошмары, посредством погружения в игру.

Фигурки замирают в мизансценах и ты что-то понимаешь про себя.
И про кино, которое Т. обязательно сделает.

У нашего дома в Москве фонтан будет работать до конца октября, наверное. С утра вышла за кофе. Купальня голубей. Прекрасная птичка, которая приветствует день.

Мир состоит из деталей и сцен. Замечать, не подходить мимо. Не просто знать, но видеть. Уметь видеть. И дышать. Дышать и любить моменты.

Потому что, все как-то слишком обезоруживающе быстро. Год, год, десять, двадцать. Москва всегда теперь ностальгия. С каждым приездом, все острее и чувственнее.

Вообще, чувственность, конечно, обострилась. Как будто, апокалипсис, скоро.

Чувствую, что произошел какой-то переход. С миром, со мной. С людьми вокруг. Какие-то изменения, которые чувствуешь кожей, слышишь на уровне запахов, но не можешь артикулировать. Не можешь объяснить. Просто все стало немного другим. Или совсем другим. И как будто бы, хочется растеряться, но нельзя. Нельзя показать свою растерянность, иначе совсем закружишься в попытках осознать. И философском отношении к жизни.

У Ролана Барта, пожалуй, одно из самых лучших исследований (лучшее?) природы фотографии, замершего кадра.

Природы жизни и смерти. Маленькая книжка, читаю и перечитываю, много раз и много дней.

Александр Гарднер: Портрет Льюиса Пейна.

«Он уже мертв, и ему предстоит умереть»

В 1865 году молодой человек, Льюис Пейн, покушался на убийство Американского государственного секретаря У.Х.Сьюарда. Александр Гарденер сфотографировал его в одиночной камере, в ожидании исполнения приговора (смерть через повешение). Фотография прекрасна, красив и изображенный на ней юноша.

Но разрыв (пункт, punctum) состоит в том, что скоро ему предстоит умереть. Я одновременно читаю: это случится и это уже случилось, - и с ужасом рассматриваю предшествующее будущее время, ставкой в котором является смерть.

Снабжая меня абсолютным прошлым позы, фотография сообщает мне о смерти в будущем времени. Укол составляет обнаружение этого отсутствия. Глядя на фото моей мамы в детстве, я говорю себе: «Ей предстоит умереть», - и, как страдающий психозом пациент, дрожу в преддверии катастрофы, которая уже имела место.

Подобной катастрофой можно назвать любое фото, является ли смерть ее сюжетом или нет.

В большей или или меньшей степни стертый из-за обилия и разностильности современных фотографий, этот разрыв, этот пункт четко прочитывается в исторической фотографии; в последней всегда имеет место подавление времени (вещь мертва и она скоро умрет).

В конце концов, нет никакой нужды предъявлять мне изображение трупа (corps) для того, чтобы я ощутил головокружение от сплющенности Времени.

Ролан Барт
«Camera lucida »

В дореволюционной России сняли более 2000 фильмов. Это в период с 1908 по 1918 годы.

Из них сохранилось - 200. То есть, мы практически ничего не знаем о кино дореволюционной России. И в каком направлении оно могло пойти.

Среди полностью утраченных фильмов - 2 фильма поставленных Всеволодом Мейерхольдом.

И мы никогда не узнаем, кем был гений театра в кино:(

На картинке товарный знак первой в России киностудии Дранкова

Андре Антуан был французским режиссёром. Если вы когда-нибудь что-либо слышали о такой вещи, как театр, то вы, вероятнее всего, слышали его имя. Это французский Станиславский. Человек, который совершил революцию в театре и сделал фигуру режиссёра спектакля - автором.

Но нам он интересен не только и не столько этим, сколько своим вкладом и исследованиями в кино.

Антуан был режиссёром, который верил в натурализм в драме и кино.

Натурализм - это очень популярное в начале ХХ века направление в искусстве, в основе которого, лежит вера в то, что мотивация персонажа - его гены. Все остальное - наносное и поверху. А истина - в генах. В момент кризиса, человек показывает свое истинное лицо, и оно таково, каким были его папа-алкоголик или мама- шизофреничка. Ну или что там еще в шкафу с семейными скелетами.

В кино Андре Антуан нашёл способ работать с натурализмом и фактически, переоткрыл, переписал смысл работы с крупными планами.

И дело не в том, что на крупных планах мы «уточняемся». Дело в том, что на крупных планах - актеры играют другое.

Разные задачи - существовать на общем, среднем и существовать на крупном. На крупном был натурализм. На лицо (маску) героя выступали все пороки и внутренние ключи: похоть, зависть, желание убить.

Для понимания природы натурализма, хорошо бы посмотреть фильмы «Земля» (1921) (прям Довженко)) и «Ласточка и синица» (1924).

https://youtu.be/O1e6flRlFak?si=-S4U3L0oaIXo83Bs

Как будто бы, большая проблема сейчас - это реализация. Раньше, разговаривала с коллегами, авторами, ребятами из мастерской - главный запрос: генерация идей. Придумать. Сгенерить. Достать из себя, вытащить, сердцем наружу.

А сейчас, такое ощущение, что проверку Тарковского, все могут пройти довольно легко (он считал, что режиссёра определяет возможность назвать, как минимум, 10 замыслов на кино).

Сейчас главная проблема - реализация. Почему-то, людям очень сложно делать шаг в творчество. Дело не в бюджетах или отсутствиях больших продюсеров, проблема именно внутри. Глубокая личная боль, инертность и невозможность создавать. Материализовать. Из поля идей в поле материи.

Недавно говорила с коллегой и услышала: «столько всего! И ты ВСЕ ЭТО ПРАВДА ДЕЛАЕШЬ». И я увидела удивление в его глазах. И поняла, что: «делание», просто сам акт действия, сегодня становится чем-то очень ценным, редким, удивительным.

Как бы сделать так, чтобы все доходили до этой черты? И пересекали рубикон от идеи к реализации.

А еще "Доктор Фаустус" является важным произведением для понимания творчества Андрея Тарковского. Тарковский упоминал, что этот роман был одним из его любимых, и он оказал влияние на его творчество, в частности, на фильм "Солярис".

В романе описывается жизнь немецкого композитора Адриана Леверкюна, который заключает сделку с дьяволом, напоминающую сюжет о Фаусте. Идеи, затронутые в романе, такие как искушение, сделка с совестью, поиск истины и цена гениальности, перекликаются с темами, которые исследует Тарковский в своих фильмах: фильм "Солярис" часто сравнивают с романом "Доктор Фаустус".

Читаю Томаса Манна (Доктора Фаустуса). Вместе с автором задалась вопросом: что важнее, при создании произведения искусства? Опыт профессионала, знания мастера или интуиция новичка?

Авторское кино подчиняется знаниям и получается, когда режиссер отдается знаниям профессии, которой служит? Или нужно послать подальше «язык мертвых» и верить только своей чуйке?

Или же нужен компромисс?

Такое ощущение, что возможно весь Герр Манн будет посвящен именно этому вопросу.

«…пародийное в его искусстве было гордым уходом от бесплодия, которым грозят большому таланту скепсис, духовная стыдливость, понимание убийственной необъятности сферы банального…. Наивность нужна художнику. Ибо, в конечном счете, наивность лежит в основе бытия, как такового, любого бытия, даже самого сознательного и сложного…»

Пародией защищаемся от творческого бесплодия.

Таланту враг - скептицизм.

Безграничность банальности - ловушка сделать очевидное.

Показали фильм китайской фокус-группе. Очень переживала.
Перед показом, вдруг поняла: я буду показывать людям историю с их актерами, на их языке, в их мире.

И как бы. Что я в этом понимаю?!

Вернулись страхи, как перед съемкой - почему я снимаю кино в Китае? Почему мы решили, что можем это сделать? Влезть в чужое пространство и там снимать свои истории. Ну типа, ладно с французами или итальянцами. Но китайцы. Совсем другой менталитет. Параллельная вселенная.

И да, я тут живу давно. Много понимаю на другом уровне. Но все же.

Показ прошел хорошо. Фокус-группа все считала))) историю поняли) кто-то даже слово в слово рассказал сценарий!

Дали много крутых комментариев, обратная связь была супер по делу.

Двигаемся к финалу монтажа😳🙂

А вообще, это конечно супер классные новые ощущения. Когда люди другой вселенной внимательно всматриваются в твою историю, на своем языке, тебе - чужом.