У меня сейчас Т. на кураторстве занимается своим проектом. Мы пока не знаем, что это будет - видеоарт, документальное или экспериментальное кино. Ищем форму. Про личную и очень, про всех - травму: потерю близкого. Про потерю Маленького.

Сейчас Т. пришла к образу песочницы.

Песок - всепоглощающая, всепрощающая и все обнуляющая стихия. В пустыне все растворяется и становится песком. Зыбким, рассыпчатым, как время, воспоминанием.

Наша пустыня - это песочницы во дворах. Т. сделала серию фотографий, она ходит по дворам и ищет следы. Следы бытия. Следы разыгранных мизансцен.

Мы продолжили это образом песочной терапии (не путать с терапией песком:).

Это типа расстановок по Хеллингеру, но безопасно. Вместо других людей, свои истории ты вкладываешь в предметы, которые располагаешь в песочнице и проигрываешь сценарии ситуаций или возвращаешься в травмы и свои кошмары, посредством погружения в игру.

Фигурки замирают в мизансценах и ты что-то понимаешь про себя.
И про кино, которое Т. обязательно сделает.