Новые дворники, сторожа и кочегары {Лиза Хереш}

Главный релиз осени уже состоялся, расходимся

На севере штата я вспоминаю
своё незавидное положение: 
держусь подальше от заливов
и новоанглийских астр, 
прикрываю голову от канадских гусей.

Пока местные сменяют друг друга 
на страшном дежурстве:
они поджигают воды, заметив,
чумные суда над океанической пеной. 

Датчики присосались к семи языкам волны.
Я боюсь, что ветер обыщет меня,
и двигаюсь западней, к Беркширским долинам.

Они уже здесь, говорят на заправке.
Мой отец подстрелил парочку
на подходе к холмам.

Ещё одну стаю врасплох застигают
в бухте нефтепровода Мэна. 
У схваченных ладони в поту,
их повитухи перепачканы чёрным.

И я среди них, и я переплавлена
в преступную неподвижность.

Новые дворники, сторожа и кочегары {Лиза Хереш} pinned a photo

Провели презентацию книги Лизы Хереш "Мой парень Одри Лорд" (Тбилиси: Binadroba, 2026).

Поговорили про множество слоёв в стихотворениях Лизы, об исследовательской и чувственной открытости окружающему, о том, какое место в стихах поэтессы занимает еда, о метареализме и диалогах с мертвыми, о мальчиках, надежде и метастазировании в мироустройстве и о многом другом.

О книге говорили: Аня Кузнецова, Татьяна Красильникова, Дмитрий Сабиров, Дани Соболева и Надя Викулина.

Получилась невероятно насыщенная беседа. Спасибо всем!

Запись встречи

Вместе с Дмитрием Строцевым в издательстве Hochroth мы собрали небольшую книгу моих стихотворений, посвящённых Беларуси. В ней я говорю с Евдокией Лось и Алёной Киш, пишу про прощание с Минском и секреты в полном земельном животе Куропат. Вторая часть книги называется «еврейские вариации» — туда вошли неопубликованные стихотворения, развивающие или говорящие с традицией идишеязычного поэтического письма, и они основаны на текстах Мойши Кульбака, Изи Харика и Соре Коган, которая стала героиней моих мыслей в этом году.

Чуть позже я буду делиться информацией о сборнике, но сейчас мне важно сказать, что я мыслю его как благодарность. Я признательна людям, которые позволяли и позволяют мне быть частью сообществ, где я могу слушать сокращение мышц совместного сердца. 🧡

Мы с Лизой Хереш перевели поэму Зузанны Ногаль с польского языка. Она про любовь, лингвистику и про красных рыбёшек, что может быть лучше? Читайте её в журнале Школы экспериментального письма на syg.ma 🍄

19 августа в 18:00 мск в лектории состоится презентация книги Лизы Хереш "Мой парень Одри Лорд" (Тбилиси: Binadroba, 2026).

Из предисловия Марии Земляновой:

Стихотворения в книге «Мой парень Одри Лорд» складываются в мультивселенную-ассамбляж. Здесь есть и картография, освобождённая за счёт подвижности собирающего её языка, персонажи и персонажки, обладающие пластичной, опять же, за счёт языка, телесностью, понятиями о спиритуальности и, соответственно, мифе.

Во вселенную Хереш есть несколько точек входа и ещё больше возможностей для маршрута внутри. Вы можете быть академическим гиком-гуманитарием, чтобы считать все отсылки, а можете и не быть. Фанаты и фанатки лингвистических экспериментов Хлебникова и московских метареалистов будут рады пасхалкам.

Книгу обсудят: Аня Кузнецова, Татьяна Красильникова, Дмитрий Сабиров, Дани Соболева и Надя Викулина.

Регистрация

Ждём вас!

found poetry

Каждому чинному черепу в крипте Святой Бригитты
есть каска со стёртым номером на судоверфи. 

Однажды, после крушения вод, 
их одежды пристали к берегу:
сёстры монастыря в небесных робах.

Как те города, только играющие 
в старинных, промокают себе щёки
рассыпчатой сажей.

И торговцы, что дышат 
через органные трубы, 
молоды и беспамятны,
как волна.

Только вчера закончили ставить спектакль: 
прилетевший из Дании вестник
предупреждает о дымчатых жерлах,
растущих из голых полей. 

Но, словно саженцы, здесь
не приживаются трубы: 
их корни жалят юные черепа,
они застревают в глазницах.

Вестника-голубя провожает
ювенильная пристань.
Сёстры прячут в карманах зубы.

Дождь стучит по их жёлтым каскам,
как отбойные молотки. 

Літрадыё аднаўляе публікацыю вершаў на сваіх старонках. Першая падборка — "Пяшчотнае і злоснае" Сені Стасюкевіч. Пра Сеню і яе вершы распавядае рэдактарка Ліза Херэш:

Калі я падумала, якую паэтку магла б прадставіць і пра якую магла б напісаць добра, цікава, штосьці, што я магу зразумець і штосьці, што я б хацела перадаць іншым людзям, то якраз Сеня Стасюкевіч — гэта суперпрыклад гэтай рэчы. Яна вельмі цікавая прадстаўніца пэўнай галіны паэзіі, якая можа мець назву "паэзія ў прозе" ці "эксперыментальная гібрыдная паэзія". І таксама, што здаецца мне вельмі цікавым, гэта фокус на цялеснасці. Але Сеня не ідзе па традыцыйных сцяжынках. Вось я кажу, што яна займаецца цялеснасцю, і людзі могуць уявіць сабе: "О, ну вось, цела, траўма, траўмагаварэнне". Але не, Сеня ўвогуле не пра гэта.

Плюс Сеня займаецца афрыканістыкай. І праз гэта яе погляд на тэму каланізацыі або дэкаланізацыі культуры — працуе трошачкі па-іншаму, чым у аўтарак і аўтараў, якія знаёмыя толькі з еўрапейскай традыцыяй крытычнага пісьма.

Чытаць

🌸Трек Ajilgam от якутской группы «Букет Бумажных Цветов»

Группа создаёт музыку в стиле мидвест эмо, шугейз и поп-панк и поёт на саха «с любовью о любви». Атмосферно 🤩

▶️ Смотреть и слушать клип целиком ➡️ по ссылке

#саха

С днем коренных народов 🪻❤️

сёньня на хвалях найлепшай радыёстанцыі гутарым зь лізай херэш! а пакуль можаце пачытаць на сайце толькі што апублікаваныя цудоўныя вершы сені стасюкевіч, ёй (лізай) рэдагаваныя, пра якія мы таксама паразмаўляем

В новом материале на Просодии Александр Марков рассуждает о темпоральности в книге Лизы Хереш «Мой парень Одри Лорд». Привлекая к своим рассуждениям методологию исследования Галины Орловой, посвященного советскому журнальному дискурсу о «нашем времени», Марков отмечает:

Поэзия Хереш предлагает целую программу. Не героическое противостояние и не циничное дистанцирование, а тщательную, почти музейную работу по сохранению зазоров, в которых время ещё не затвердело в идеологический монолит. Её сверхчувствительные «мальчики*» со звёздочкой, включающей «поздние зимы, зелёное рождество, обкусанный лёд», — это не гендерная декларация, а темпоральная: звёздочка отмечает место, где время не закончено, где оно ещё открыто для пересмотра. Это ровно то, против чего работал диспозитив 1934 года с его стремлением «превратить настоящее время в мерило этики». Её поэтика — это поэтика последействия: когда авангардная энергия не отменена и не забыта, но переведена в другой регистр, в регистр личного свидетельства, которое не может опереться ни на какой коллективный проект, но и не может отказаться от памяти о том, что такой проект когда-то существовал.

Тем временем книги Лизы Хереш и Алексея Кручковского наконец прошли все таможенные мытарства и нашли себе место в тбилисском Одрадеке, берлинском Бабеле, стокгольмском Интербоке и вильнюсском Bookest world. Самых чужедальных наших читателей они — по одному экземпляру каждая — будут ждать в Глобусе (это в Сан-Франциско), а тех, что умеют выжидать, они настигнут в августе в Ереване.

Для жителей северных широт мы готовим отдельные новости.

Для вопросов о местах !!!

***

Они лежали в кровати размером с футбольное поле.
Один сказал, что готовит восстание,
что он научился
зажимать между лопатками рыб
и отличать их десятки сердец в спине
от своего. 

Другой прислушался к гравию
ударов в его груди,
грохоту батарей,
отбойной флейте их голосов. 

Неотложная помощь 
полости брюха,
сказал один. Я ношу в себе
стаю чужого горя
и свирепею. 

Другой вспомнил о последней охоте,
визге вепрей, 
плавниках паутины. 

Я бы не смог, слишком они кричали
и были безвестны. 

Он ещё раз прижался к груди, 
проницаемой, как салоны машин
трамвайного парка.

Он обсчитался ещё и ещё,
пока не затих совсем. 

Две работы — поэтический сборник Лизы Хереш «Мой парень Одри Лорд» и статья коллектива авторов под руководством Галины Орловой — работают с одним и тем же веществом: с темпоральностью как материей, которая деформируется, наслаивается, кристаллизуется и разрушается под давлением идеологии, насилия и личного опыта. Их общий метод — археология настоящего. Это новый выпуск авторской рубрики культуролога Александра Маркова
https://prosodia.ru/catalog/shtudii/arkheologiya-raskolotogo-seychas/

Приглашение на ленинградскую конференцию «Язык — Сознание — Общество», отправленное Аркадием Драгомощенко поэтессе Лин Хеджинян.

Письмо было подписано Аркадием Драгомощенко, «председателем правления». Строкой ниже я добавила: «Аркадий предлагает мне написать русский роман; начинать, говорит он, следует с третьей главы, взяв эпиграф, который, по его мнению, должен принадлежать Канту: “Все происходит так часто, что говорить об этом нет смысла”».

— Лин Хеджинян в книге «LENINGRAD-89»

🦁 Многоуважаемым читателям «Носорога» мы предлагаем успеть предзаказать книгу «LENINGRAD-89» со скидкой на нашем сайте.

***

Беженка, никогда не перешедшая на бег.

Лежащая в обожжёной Повисле 
среди бездомных и альстрёмерий,
она чужеземна снесённым бюстам тирана,
лениво читая фамилию через нагретые веки. 

Она вышла с перрона, закроплённого
объявлениями о мире, новой войне
и снова мире, захвате станции
щуплыми комбатантами 
и её освобождении. 

Дуги двух вокзалов 
накалили город для невозможной жизни. 
Она прошла мимо театра 
фокусов и самозванства, 
построенного на влажном грунте
утопленной церкви.

В беженском центре 
она поставила медный таз,
перекрыв воду. В той церкви скрывались
фризёры подполья и дети, 
и в душевые стекали их волосы 
да золотые коронки. 

На утро в бюро она выпила чайную бурю
в стакане, отлитом из тонкого носа тирана.