А что делать, когда много стресса? Успокаиваться в безопасной комнате с кружкой тёплого чая… трукраймом. Тем более, мне была нужна матчасть, чтобы описать труп.
Весной я уже прочитала книгу «Анатомия преступления. Что могут рассказать насекомые, отпечатки пальцев и ДНК» судмедэксперта Вэла Макдермида, и это было полезно. В ней подробно прошлись по посмертным изменениям (хоть шпаргалку пиши), по насекомым, даже по расследованиям реальных дел. Мысленно я поставила её рядом с «Когда насекомые ползают по трупам» Маркуса Шварца, но у Макдермида круг тем был шире.
Вспомнив «Анатомию преступлений», я пошла смотреть похожие книги и выбрала «Глина и кости. Судебная художница о черепах, убийствах и работе в ФБР» Лизы Бэйли. Увлекательно, до краёв наполнено любовью к работе и восторгом от того, как фотороботы помогали находить убийц. Я поставила 4/5 только из-за того, что хотела больше узнать о глине, черепах и костях, а значительная часть книги оказалась посвящена тому, как сексисты из руководства целенаправленно выдавливали автора из её отдела.
А потом я нашла «О чем говорят кости. Убийства, войны и геноцид глазами судмедэксперта» Клиа Кофф, и это… это тяжёлая книга. С 23 лет автор ездила по местам массовых захоронений жертв геноцида в составе миссии ООН. Часть книги она написала по воспоминаниям, часть по своим дневникам из тех миссий. Руанда, Босния, Хорватия, Косово…
«В захоронении господствовали два запаха: прелый густой и острый, чуть щекочущий», «Следы самозащиты в основном локализуются на локтях», «маленькие круги ярко-бирюзовой плесени», творог, воздушные шарики (цитаты вынесу в комментарии)… В книге очень много деталей, которые переносят тебя туда и от которых замираешь, потому что зафиксировать такую мелочь в памяти мог только человек, который там был — и это только усиливает ощущение присутствия.
Но сильнее всего мне запомнилось, как Клиа Кофф описывает то, что увидела, заглянув в окно церкви, — очередного места, где ей предстояло работать.
Нтарама известна своей красной почвой и церковью, которую превратили в весьма необычный памятник жертвам геноцида. Внутри церкви тела жертв оставлены лежать именно так, как они были обнаружены в 1994 году. <...> Подойдя к зданию церкви, я не знала, чего ожидать, пока сторожа жестами не предложили нам подойти ближе к окнам и дверям и заглянуть непосредственно внутрь. Я увидела там такие же скамьи без спинок, как в церкви Кибуе… но они были буквально окутаны… обвернуты мумифицированными и разлагающимися останками множества, множества людей. Одежда где-то прилипала к телам, где-то отваливалась и падала, и вся эта масса словно растекалась по помещению. Невозможно было понять, где заканчиваются тела и начинается пол. Пола вообще не было видно. В середине комнаты лежал матрас – видимо, послуживший кроватью кому-то из укрывшихся в церкви в последние дни жизни.
Двое стариков-охранников сказали нам, что мы можем фотографировать все что захотим. А я даже не смогла вытащить фотоаппарат из сумки, хотя не думаю, что когда-нибудь вид этой церкви сотрется из моей памяти.
Очень тяжёлая книга… и чем больше я слушаю другие, тем сильнее подозрение, что второй такой не найду. В отзывах кто-то отмечал, что читать было скучновато, и что ожидали больше именно о рабочем процессе. Но мне показалось, что Клиа Кофф нашла тот самый способ подачи, который заставляет тебя, сидящего в безопасной комнате, вдруг почувствовать себя там. И это страшно.
#нонфикшн
#клиакофф #очёмговоряткости