Пока я в Турции и вокруг сплошная пахлава, продолжу про #едавкнигах. Точнее про еду у Пруста.

У Пруста даже цвета бывают съедобными. Так во время прогулки рассказчик видит розовый боярышник и сравнивает его цвет со сладостями. Он вспоминает, что в лавках Комбре розовое печенье казалось ему лучше и дороже обычного, и тут же всплывает любимый свежий "творог с розовыми сливками, то есть такой, куда мне позволяли положить давленой земляники".

Это опять очень характерный прием Пруста: органы чувств у него постоянно работают сообща. Цвет может быть вкусным, запах может обладать формой, спаржа превращается в живопись, колокольный звон сопровождает шоколад и хлеб. Получается, что еда у него - не отдельная гастрономическая тема, она связана с запахами, звуками и другими ощущениями, из которых затем и возникает память.