Пост-праздничные дни настраивают на философский лад. Перечитывала свои заметки с лекции о свободе и думала вот о чём: в экзистенциальной философии сильна идея о том, что именно ограниченность нашей свободы побуждает нас распоряжаться ей наилучшим образом, придаёт жизни смысл и вкус. При этом многие вещи, которые когда-то казались незыблемыми данностями существования, постепенно перестают быть таковыми: мы победили многие болезни, стали умирать позже и от меньшего числа опасностей, мы расширяем пространство (от полётов на самолёте до освоения космоса) и отменяем расстояние с помощью интернета, телесность становится изменяемой (пластические операции, хирургический трансгендерный переход, киборгизация), труд в перспективе введения безусловного базового дохода может стать чем-то не обязательным для жизни. Всё это оказывает мощное воздействие на то, как мы мыслим и чувствуем — но что будет, когда (и если) мы сможем окончательно победить основные ограничения: смерть/временность и телесность/пространственность? Чего мы лишимся, став бессмертными и безграничными цифровыми существами?

По моим — не столько даже убеждениям, сколько ощущениям — именно обладание телом, которое сначала растёт и развивается, а со временем начинает угасать и наконец умирает, и есть то, что делает нас людьми. Любой наш опыт, включая, например, чтение этого текста, является опытом чувственным, телесным. Ограниченность и конечность этого опыта даёт импульс нашим желаниям и действиям — мы не можем успеть всё, и это побуждает нас делать выбор и реализовывать те возможности, которые наиболее важны для нас. Не обязательно даже путешествовать в футуристические дали — достаточно заглянуть в ленту любой соцсети или в Тиндер, чтобы увидеть, как сложно человеку справляться с (почти) неограниченными возможностями. Что станет с нашим сознанием и восприятием себя, если в какой-то момент мы сможем победить непобедимое и освободиться от последних ограничений — можно только гадать; мне же такая перспектива кажется одновременно ужасно зловещей и ужасно же интригующей. Правда, если бы мне предложили выбрать, я бы предпочла достичь телесного бессмертия через победу над старением — и лет через пятьсот с любопытством понаблюдала бы за тем, в кого превращаются люди, переходя жить из физического пространства в цифровое.