На новость о пустых местах в ординатуру можно смотреть как на нисходящее колено модели хищник—жертва (она же Лотки—Вольтерра). Напомню, что это система диффуров, описывающих динамическое равновесие двух популяций: хищника и жертвы, например зайцев и волков. Когда волков мало, зайцы размножаются, их становится много. Это обеспечивает кормовую базу для волков, и волков становится больше. Они сжирают всех зайцев, и сами начинают помирать от голода. В социальных системах люди не едят друг друга физически, они делают больно иначе: хищники придумывают правила, собирают ренту и т. д., жертвы используют разные формы сопротивления, от сопротивления слабых в стиле Джеймса Скотта до открытой защиты своих интересов (профассоциации, лоббирование, забастовки и проч.).

Количество врачей в России до сих пор очень велико. В Москве, да и других крупных городах, в отделе кадров стоят очереди, в медицинские институты до сих пор высоченный конкурс. За малейшую провинность могут выгнать с волчьим билетом (провинность в отношении начальства, а не пациентов, конечно), придумываются все новые и новые формы подавления: от работы в выходные и по ночам до принудительных отработок задним числом и мильонных штрафов за несоблюдение всех пожеланий начальства. У врачей остаются только самые слабые формы сопротивления — тихий саботаж, пожирание друг друга, использование в своих интересах правил, придуманных для их подавления. Реальным инструментом остается сокращение численности вида, вымирание. Оно на самом деле уже началось, но слегка маскируется вымиранием малых городов: пока удается концентрировать врачей в крупных городах и создавать иллюзию нормы. А у краснокнижных видов появляются мощные рычаги воздействия, главным образом — ноги. Если в больнице остается один умеющий оперировать хирург или единственный АиР на пару больниц, он может не очень заботиться о заполнении тысячи бумажек и заниматься тем, что ему интересно — сами все заполнят и на блюдечке подадут. Не врач держится за ипотеку, а начальство ищет, чем бы еще удержать врача.

Так что для профессии грядущий дефицит врачей может быть хорошей новостью.