Ложка для узкого круга

ВЕТЕРАНЫ «СПАРТАКА» В МУРМАНСКЕ!🔥

Друзья! С большой радостью сообщаем, что уже 27 сентября стартует второй сезон КБ регионов с ветеранами при поддержке ФК «Спартак» Москва и WINLINE!

Мы продолжаем расширять нашу географию и в этот раз мы отправляемся в Мурманск!

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

Не сомневаюсь, что Хуан Карседо искал и продолжает поиски выхода из создавшейся ситуации при ограниченном числе тех же центральных защитников и имея, по-существу, одного плеймекера.

Плюс стремление тренера вселить в подопечных дух победителя, приобретенный им в тандеме с Эмери и помноженный на чемпионство с «Пафосом» уже без Унаи, тоже не проходит даром. Потому к элегантно разыгранной комбинации на 91-й минуте матча со стоящим насмерть у ворот «Факелом» и виртуозному голу Угальде Карседо тоже приложил руку. Я не столько про то, что он оставил Угальде, вероятно, ради связки с Барко, сколько про то, что забивать победные голы, когда судья посматривает на часы, может только команда с характером!

…Как-то раз Сергей Семак при всем честном журналистском народе воскликнул: «Вырежу из газеты таблицу и приклею дома на стене!» «Спартак» в ней занимал 16-ю строчку. Через несколько дней в Уфе, где он тогда трудился, я сказал ему, что подобное «откровение» для тренера некорректно. «Я всегда, — ответил Семак, — считал вас, Леонид Фёдорович, человеком с тонким чувством юмора. Это же была шутка».

Тоже люблю шутить — дайте только повод. А пока серьезно: сегодняшняя таблица, где «Спартак» на 2-м месте, а «Зенит» — на 5-м, боюсь, даже в памяти не останется. В отличие от финальной, если «Спартак» в ней переместится (во что сохраняю веру) на одну ступеньку вверх. А на какой строчке расположится «Зенит» — мне, Сергей Богданович, ну абсолютно все равно.

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

В уникальном «Зале Славы» на стадионе «Лукойл Арены» среди бесчисленного количества экспонатов мне сразу же бросились в глаза мудрые ответы 82-летнего Николая Петровича Старостина на вопросы анкеты ВШТ в 1984 году. Каждый из них заслуживает внимания. Но сейчас процитирую лишь одно названное им свойство-принцип, характеризующее, по Старостину, сильного тренера: «Не торжествовать при победах, не падать духом при поражениях».

В наше время многие подобное торжество ассоциируют с эйфорией. К слову, в Большом толковом словаре русского языка понятие «эйфории» трактуется как «повышенное радостное настроение, чувство довольства, благополучия (обычно не соответствующее объективным обстоятельствам)». Впрочем, в переводе с греческого эйфория — это «плодовитость, дающая хороший урожай».

Применительно к «Спартаку» под «хорошим урожаем» очков всегда подразумеваю исключительно тот, который позволяет первым пересечь финишную ленточку чемпионата. Заранее прошу прощения у молодого поколения почитателей красно-белых, которых за долгое время их любимая команда лишь однажды побаловала громким успехом в первенстве, и для них нет ничего удивительного в предстартовой формулировке «Мы будем стремиться побеждать в каждой игре». Но, во-первых, не знаю такой команды, которая стремилась бы к проигрышу, а во-вторых, это оптимальный уход от конкретики, характерный для середняков и аутсайдеров. Я же, выросший на «Спартаке» Гуляева, Симоняна, Бескова, Ярцева, Романцева и Старостина, привык к максимальным задачам, которые они ставили перед собой и игроками.

Нет, я не посыпал голову пеплом, когда «Спартак» ограничивался серебром (в конце концов, речь идет о спорте), но и не прыгал до потолка, когда, к примеру, с «Зенитом» красно-белые играли 0:0, как это было 2 марта 2024 года в Питере. Признаться, я не наделен фантастической спобностью заглядывать в чужие головы, в отличие от главного героя сериала с почти одноименным названием (попутно замечу: открыл для себя колоссальный потенциал актера Кирилла Жандарова). Потому оперирую только фактами. 10 марта с «Факелом» — 0:2, 30-го, в следующем туре с «Уралом» — 0:0. Причем в обоих случаях — дома. В нынешнем чемпионате, пусть не на все сто, но схожая картина. 23 августа с «Зенитом» — 2:0, 30-го с «Оренбургом» — 1:1 ( оба матча — дома). 6 сентября на «Динамо» — 2:1 в пользу хозяев.

Неужели в той и другой ситуации ничья и победа над «Зенитом» стали для москвичей столь выдающимися событиями, что игроки, словно опять-таки из команд-середняков или аутсайдеров, посчитали дело сделанным, следствием чего — посредственная игра и потеря пяти очков?!

Увы, не было Барко и Литвинова. Но разве без них нельзя было обыграть «Оренбург» и как минимум не уступить «Динамо? Про качество игры в дерби даже вспоминать не хочу. В этом контексте только ленивый не упомянул фамилию Барко. Похоже, он для «Спартака» (подчеркиваю: сегодняшнего) столь же незаменимая фигура, как в свое время Пеле для сборной Бразилии, Марадона — Аргентины, Зидан — Франции. Но к мячам, пропущенным «народной командой», Барко (а точнее, его пребывание на трибуне) имеет лишь косвенное отношение. Зато Литвинова — прямое. Ведь при атаке соперника он, как правило, успевал на позицию третьего центрбека. Привыкшие к этому Джику и Ву располагались непозволительно далеко друг от друга, образуя улицу «с зеленым светом». Да и взаимостраховка исключалась напрочь! ⬇️

В этот день, ровно 1️⃣5️⃣ лет назад, состоялся прощальный матч Андрея Тихонова

Памятный вечер в «Лужниках»: баннеры, теплые слова, овации и «До свиданья, наш ласковый Тиша!»

В тот день Тихонов установил рекорд, став самым возрастным игроком «Спартака» за всю историю (40 лет - 11 месяцев - 2 дня). Соответственно, самая возрастная голевая передача принадлежит также Тихонову: с его паса «Крыльям» забил Эйден Макгиди. А самый возрастной гол остался за Николаем Дементьевым, который забил его еще в 54-м году (39 лет - 2 месяца - 16 дней).

@SpartakCola ♦️🥤

У меня нет Нобелевской премии, и я не написал, к примеру, свои «Сто лет одиночества», как Габриэль Гарсия Маркес. И еще я вовсе не колумбиец, в отличие от него. Но совершенно неожиданно обнаружил три факта, которые меня, без ложной скромности, роднят (не побоюсь даже такого глагола!) с этим гением писательской мысли.

Первое. Мы оба были участниками фестиваля молодежи и студентов — 1957, с той только разницей, что тридцатилетний Маркес в Москву прилетел на самолете из Боготы в роли делегата этого популярнейшего в то время международного форума, а девятилетний Лёня приехал в сопровождении родителей на электричке из Томилина, чтобы просто побродить по Манежной площади и увидеть людей даже из тех стран, о которых узнал лишь благодаря маркам из своего кляссера.

Второе. Однажды Маркес признался: «У меня такое впечатление, что я стал писателем после того, как понял: ни на что другое я не гожусь». Господи, так я же пришел в журналистику по той же причине! Помню, когда я, внук кузнеца, тщетно пытался собрать конструктор, бабушка в сердцах воскликнула: «И откуда у тебя только руки выросли?!»

И, наконец, третье. «Я пишу, чтобы меня любили…» Это откровение тоже принадлежит Маркесу. Так вот: я взялся за перо — хотите верьте, хотите нет, — потому как мне не нравилось мое отражение в зеркале, а я хотел, чтобы меня любили. Или, вернее, любила та, от которой не смогу оторвать глаз. Опять же вы вправе сомневаться в достоверности моих слов, но в годы моей молодости девушки ценили талант. Да, счастье было не в деньгах и даже не в их количестве. Почитайте раннюю классику Василия Аксёнова и убедитесь в моей правоте на 99,9 процента.

Однако моей первой любовью стала не представительница слабого пола, а — «Спартак». Сначала футбольный, потом и хоккейный. Это не удивительно: мое знакомство с большим футболом пришлось на вторую половину 50-х, когда «Спартаку» не было равных. Не только по результатам, но и по игре. Разбуди меня ночью — я без запинки назову тот состав красно-белых: Тучкус, Тищенко, Маслёнкин, Огоньков, Парамонов, Нетто, Татушин, Исаев, Симонян, Сальников, Ильин.

Ту команду считаю сильнейшей за всю историю «Спартака» и всего нашего футбола. Даже Лев Филатов ставит «мою» команду выше «команды лейтенантов» — ЦДКА, чью игру он наблюдал из ложи прессы. А я полностью доверяю вкусу Льва Ивановича — и литературному, и футбольному. Тем более что его симпатии, как и мои, безраздельно были отданы красно-белым. Но объективность в его публикациях никак не выдавала в нем болельщика «Спартака». И я в этом отношении, как и во многих других, брал с него пример.

Но были случаи, когда наши мнения расходились. Скажем, при всей любви к «Спартаку» он доказывал мне, что советская команда номер один — масловское «Торпедо»-60. И это притом, что место незаслуженно, по моему мнению, осужденного Стрельцова занял Гусаров. Правда, игроки того «Торпедо», в отличие от великого «Спартака»-56 с десятью олимпийскими чемпионами, сделавшего еще и дубль в 58-м, быстро разбежались по другим командам: в московское «Динамо» ушел Гусаров, в киевское — Островский, в тбилисское — Метревели…

Если же перенестись в наши дни, а точнее — в минувшее воскресенье, то красно-белые трибуны порадовались победным 3:0 на табло «Лукойл Арены», а я, кроме этих цифр, — числу зрителей на трибунах: 30 тысяч! И это после осечки в минувшем туре!

— А ты помнишь, в первой лиге мы тоже иной раз проигрывали, — вспомнил, наверняка в связи с нынешней ситуацией, Олег Романцев, — а на следующий матч поддержать нас приходило еще больше народу.

К слову, я по поручению отдела работы с болельщиками пригласил его на автограф-сессию перед завтрашним матчем с «Факелом». Как и Дасаева, Шалимова, Ещенко, Кутепова. И все они с удовольствием придут на встречу с
болельщиками любимой команды. В том числе и для того, чтобы лишний раз убедиться: любви все возрасты покорны. Ведь любовь, как и мечту, убить невозможно.

А о чем мы с вами мечтаем, уже давно ни для кого не секрет…

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

— Да все мы живем примерно одинаково…— пытался успокоить меня Михаил Жванецкий (можете себе представить, как давно это было), когда я со словами «Прошу прощения, но закуска у нас будет сегодня скромная» извлек из холодильника вслед за бутылочкой «Столичной» со слезой докторскую колбаску, сыр «голландский», баночку сардин, соленые огурчики и полбуханки бородинского. Третьим в нашей компании был Евгений Рубин, который после третьей (вот такое совпадение) попросил своего приятеля почитать что-нибудь свеженькое. Михал Михалыч приоткрыл свой потертый временем портфель, достал кипу исписанных страниц и начал с верхних (содержание нижних, каюсь, помню смутно, потому как «у нас с собой было»):

— Опять хочу в Париж.
— А вы давно там не были?
— Я никогда там не был.
— Ну, значит, очень давно.
— Если мне сорок, то примерно столько я там не был.
— Ну, это не так давно.
— Да сравнительно недавно.
— И уже не тянет?
— Да, уже потягивает.
— Но еще можете терпеть?
— Терплю.
— Вы потерпите. Может, и обойдется. Вы где будете терпеть?
— Да здесь, где ж еще…

Так вот, перефразируя сегодня Жванецкого, признаюсь как на духу: опять хочу в Монте-Карло, в котором не был относительно давно. А если точнее, 78 лет. В отличие, к примеру, от журналиста-путешественника Нобеля Арустамяна, одним из собеседников которого стал полузащитник «Монако» Александр Головин. Я видел на экране серьезное лицо молодого человека — довольного жизнью и судьбой, которая восемь лет назад забросила его, родившегося в Калтане, что в Кемеровской области, в «Монако» из одноименного княжества. Впоследствии он давал еще несколько интервью соотечественникам и ни разу не посетовал на свой выбор — наоборот, аргументированно акцентировал на том, что он счастлив в «Монако» и в переходе в какой-то другой клуб, в том числе и российский, пока не видит смысла. При этом не скрывал, что в сборную России приезжает с удовольствием.

Словом, повода для разговоров о возвращении в тот или иной отечественный клуб Головин не давал. Однако для того, чтобы в течение недели трезвонить о том, в какой именно российской команде появится в ближайшее время Александр, этого и не требуется. В конце концов, если в литературе есть такой жанр, как фантастика, то современные журналисты и блогеры решили: чем мы хуже писателей?! Скажем, Ильфа с Петровым, которые отправили своего героя по имени Остап и по фамилии Бендер в Васюки, где он, знавший единственный ход е2 — е4, не только провел сеанс одновременной игры, но и пообещал васюковцам межпланетный турнир в их родном городе! Не случайно, видимо, пословица «Обещать — не значит жениться» столь популярна именно в нашей стране, где ее и придумали. Как, впрочем, и «Без меня меня женили».

Вот и Головина уже без тени сомнений публично командируют в наш чемпионат и даже обсуждают схему игры с его приходом в «Зенит». Своими ушами слышал горячий спор уважаемых «братьев» Тимура, Самедова и Дорского — какая позиция ждет Карпукаса с переездом Головина из Монте-Карло в Питер. Первые двое определили «экс-железнодорожника» в центр поля, а третий, как я понял, куда-то налево.

И в этот момент в памяти, которая меня вроде бы не подводит, всплыл анекдот с бородой, как у старого ребе.
Абрам купил лотерейный билет, приходит домой и вместе со всей семьей начинает мечтать о выигрыше автомобиля.
Абрам: Я, конечно, буду сидеть за рулем! Ты, Сара, рядом на переднем сиденье. А ты, Изенька, сзади.
Изя: Не хочу сзади, хочу впереди!
Абрам: Нет, ты будешь сидеть сзади.
Изя: Я хочу впереди!
Абрам: Нет, сзади!
Изя (плачет): Впереди!!!
Абрам (строго): Изя, сейчас же выйди из машины!

Сколько раз слышал этот анекдот — столько же мне было жалко Изю. А вот к Головину, который в сентябре, судя по всему, не сыграет за «Зенит», жалости не испытываю. Но и не завидую, ибо еще одна русская пословица гласит: «Там хорошо, где нас нет».

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

Эрнест Хемингуэй сравнивал процесс писательства со спортивным поединком: в обоих случаях «чтобы оставить в памяти людей нечто значимое, нужно прежде всего научиться побеждать обстоятельства». Не случайно в рассказе «Снега Килиманджаро» его герой, размышляя над этим умением, полагает, что оно для победы в литературе и спорте даже важнее таланта. Вероятно, выдающийся писатель пришел к такому выводу, основываясь на собственном соревновательном опыте, будь то бокс, футбол, легкая атлетика, водный баскетбол, бейсбол, теннис — те виды спорта, которыми в разное время он был увлечен. Хотя знаменитое высказывание Хемингуэя «Мои писания — ничто, мой бокс — все» не более чем эмоции, граничащие с лукавством.

Однако в важности роли победы над обстоятельствами мы сами убеждались не раз. И в спорте, и в обычной жизни. К слову, однажды, 21 августа 1955 года, два этих понятия слились в единое целое: недаром игра СССР — ФРГ на «Динамо» анонсировалась как «матч жизни»! Хозяева поля с минимальным международным опытом против чемпионов мира, готовившихся к противостоянию в Москве столь же ответственно, как к финалу ЧМ с Венгрией годом ранее. Даже сборы провели!

10 лет минуло после войны, и, проиграв ее, немцы — куда тут без политики? — горели желанием взять реванш на футбольном поле. Но как наши могли уступить на глазах тех, у кого

…словно нет половины души —
их жены разбомблены и малыши.
И что им с ненавистью поделать,
если у них — полдуши и полтела?

Еще все трибуны были негромки,
но Боря Татушин,
пробившись по кромке,
пас Паршину дал.
Тот от радости вмиг
мяч вбухнул в ворота,
сам бухнулся в них.
Так счет был открыт,
и в неистовом гвалте
прошло озаренье по тысячам лиц…

Это строки из стихотворения Евгения Евтушенко. Он тогда всю ночь простоял в очереди за двумя билетами и вместе с поэтом-фронтовиком Евгением Винокуровым стал непосредственным свидетелем, по моему мнению, главной победы нашей сборной за всю ее историю — 3:2!!!

Восемь спартаковцев имеют к ней прямое отношение: они вышли в стартовом составе. А три из них — Паршин, Маслёнкин и Ильин — забили голы в этом тяжелейшем противоборстве. Тяжелейшем не только потому, какой грозный соперник нам противостоял. И даже не потому, что за 21 минуту до конца он вел — 2:1. А потому, что обстоятельства были против нас.

В Тарасовке не смогли тренироваться два ключевых центрфорварда, два голеадора — Стрельцов и Симонян, отметившийся, как и Сальников, двумя голами во встрече со шведами в 54-м (7:0). И хотя (цитируя Александра Нилина) «фигуры Симоняна и Паршина были несопоставимы, Качалин сделал ставку на дублера Никиты в "Спартаке". И не ошибся». Ну как тут не вспомнить Бескова, который не раз повторял: «Каждый должен заниматься своим делом — пироженник печь пироги, а сапожник шить сапоги»!

Да, Паршин уступал в классе Симоняну и Стрельцову, но его задача была та же — забивать. И спартаковец отменно с ней справился! «От волнения мы вышли из раздевалки с ватными ногами, но гол Паршина раскрепостил команду», — рассказывал мне в Тарасовке Анатолий Исаев, уже будучи помощником Симоняна.

Спустя 71 год после того, как сборная СССР победила обстоятельства и немцев, на «Динамо» хозяева поля встречались со «Спартаком». Предматчевая проблема гостей заключалась в отсутствии Барко и Литвинова. Не вдаваясь в иные причины, лишь констатирую: красно-белые не сумели взять верх над обстоятельствами. И, как следствие, — над «Динамо».

Понятно, что болельщики
«Спартака» покидали стадион разочарованными. И хотя Хемингуэй как-то заметил: «Нервничать и расстраиваться — значит мстить своему здоровью за глупость других», — к болельщикам красно-белых это не относится. Спартаковцы с ромбом на футболках для них не «другие» и не чужие. Потому и поражение команды в дерби они приняли близко к сердцу. Настолько близко, насколько мы принимаем собственные неудачи!

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

Ложка для узкого круга pinned a photo

Вспоминаю счастливые лица дончан и искренне сочувствую землякам, жителям Подмосковья (особенно мальчишкам), чья территория превышает вместе взятые государства Бенилюкс. Болельщики дальних районов Московской области фактически были лишены реального шанса попасть в среду на «Лукойл Арену» из-за немыслимо позднего начала матча «Спартак» — «Родина»! Им, вероятно, было вдвойне обидно, когда они узнали: Хуан Карлос Карседо выставил на игру практически основу. И во втором тайме, кроме юных игроков, неплохо себя проявивших, на замену выходили те, кто нередко появляется в старте.

Для меня же по ходу матча стало очевидным: Жедсон чувствует себя в своей тарелке на позиции правого латераля и, наоборот, в «роли Барко». Это первое. Второе: какой же низкой тренерской квалификацией надо обладать, чтобы мурыжить на скамейке Зобнина — одного из самых заметных игроков ЧМ-18, способного поддерживать боевую форму по сей день?! Третье: игра «Спартака» заметно отличается от рубиновской. И Даку нужно время на адаптацию — независимо от того, одного форварда использует Карседо или двух. Во втором случае на то, чтобы поставить слаженную игру, этого времени потребуется даже побольше, так как перестройка касается всей команды.

Бердыеву, с которым работал в «Ростове», чтобы встроить в игру без потери надежности пятого защитника, потребовалось два с половиной месяца сборов. У Карседо их нет. Однако в его распоряжении более классные игроки, чем были у Бердыева. Так или иначе, но нам с вами надо набраться терпения и верить в расчетливые гроссмейстерские ходы тренера, которые позволят не только демонстрировать зрелищный футбол, приглашающий зрителя на следующий матч, но и, выражаясь языком велосипедистов, сохранить позиции в головной группе вплоть до финишной прямой. А там посмотрим…

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

«Любого человека, ставшего частью бизнеса, в который превратился футбол, можно заменить. Единственные, кого заменить нельзя, — это вы, болельщики. Люди, которые не просят взамен ничего, кроме эмоций!» Готов подписаться под каждым словом Марсело Бьелсы. Не сомневаюсь, что и тренеры «Спартака», с которыми, к счастью, в разные годы меня свела судьба — Гуляев, Симонян, Бесков, Романцев, — с неменьшим уважением, нежели их именитый аргентинский коллега, относились к поклонникам своей команды. При всем уважении к Лобановскому, провозгласившему: «Игра забывается, а счет остается», — для тех, кого я назвал, зрелище футбола было столь же весомо, как и результат.

Смею утверждать, что игроки, неспособные радовать игрой трибуны, надолго не задерживались в «Спартаке». И лишнее подтверждение тому — разнос в раздевалке после вымученной победы, который устраивали Бесков или Романцев и которому я становился свидетелем.

Однажды Константин Иванович в Лужниках при счете 1:0 в пользу минчан вернулся в раздевалку за 5 минут до конца матча. А как только в ней появились футболисты, выплеснул на них все эмоции, которые накопились у него за время игры. Его пламенную речь, в которой ключевыми словами были «Вы ни себя не уважаете, ни болельщиков!», никто не смел прервать. Кроме Дасаева: «Да что вы раскричались?! Мы же выиграли!» «Это правда, Леонид?» — обратился Бесков за подтверждением почему-то ко мне. «Да, 2:1», — отвечаю. «Все равно вы играли безобразно!» — напоследок выпалил тренер и закрыл за собой дверь с таким грохотом, что он был слышен в раздевалке гостей.

Это был матч чемпионата СССР. Что касается кубковых баталий, то к ним «Спартак» относился столь же ответственно, как и играм первенства. В том числе как раз из-за уважительного отношения к любителям футбола. Взять хотя встречу 1/16 финала Кубка 30 июля 97-го года с «Красным Сулином» — в одноименном старинном городе в 97 километрах от Ростова-на- Дону с населением около 35 000 человек. Узнав, что жребий свел команду со «Спартаком», красносулинцы даже шоссейную дорогу, ведущую к городу, обновили на несколько десятков километров. «Для нас это не менее важное событие, чем визит на завод Менделеева в 1888 году» — признался мне сотрудник исторического музея. И спросил: «Вы, наверное, дубль привезли. А так хотелось на звезд посмотреть — когда еще будет такая возможность?!» — «Вот и посмотрите: Олег Иванович на радость жителям города привез основной состав».

И болельщики увидели на поле Филимонова, Ананко, Горлуковича, Ромащенко, Мамедова, Хлестова, Аленичева, Бахарева, Мелёшина, Титова, Тихонова, Ширко, Лутовинова и Сергея Дмитриева, чей сын играет нынче в Спартаке». В течение четырех минут — с 27-й по 31-ю — Аленичев и Лутовинов забили по мячу. 2:0 — с таким счетом красно-белые взяли верх. И это был тот редчайший случай, когда болельщики проигравшей команды благодарили победителей: «Спасибо за праздник!!!» ⬇️

Валерия Николаевна Бескова, которую мне довелось видеть на сцене театра Ермоловой и которая иной раз по вечерам контролировала в уютной гостиной двухкомнатной квартиры на Маяковке количество тостов, произнесенных нами с Константином Ивановичем за бутылочкой армянского коньяка с лимончиком (дабы не была превышена норма), гордилась не только мужем, чей «Спартак» гораздо раньше «Барсы» приводил в восторг публику ювелирной игрой в тики-таку (полярной по отношению к размашистой Лобановского), но и их общим любимцем попугаем Кешей. Если Эллочка Щукина «легко и свободно обходилась тридцатью словами», то Кеше, чтобы оповестить «Лерочку» о возвращении «Костиньки» из Тарасовки хватало двух. «Костя Бесков!» — восклицал он, когда тот лишь приоткрывал дверь. А еще через несколько секунд еще громче добавлял: «Спартак чемпион!»

К моему величайшему сожалению, все это осталось в прошлом и никогда не повторится. За исключением чемпионства «Спартака». Да и то, с тех пор как Романцев, считающий себя учеником Бескова, ушел с тренерского мостика красно-белых, корабль, окрашенный в эти два цвета, лишь однажды бросал якорь в победной гавани отечественного первенства. Поклонникам же «Спартака», число которых увеличивается с каждым годом, а их любовь, по моим ощущениям, становится все сильнее и сильнее (вот она, магия красно-белого магнита!), ничего не остается, кроме как ждать и верить, что все вернется на круги своя. Я ведь в новогоднем мистическом сюжете на клубных интернетовских ресурсах на вопрос популярного актера и страстного почитателя команды Сергея Лавыгина (цитирую по памяти) «Что же делать?» абсолютно искренне отвечаю: «Верить!!!»

Со дня премьеры минуло восемь месяцев, и 23 августа в матче «Спартак — «Зенит» Хуан Карлос Карседо представил на суд зрителей команду, начиная от атакующего состава и заканчивая жаждой победы с максимальной по возможности разницей, команду, где каждый игрок ищет борьбу на поле и не уступает в ней, команду с продуманной и выверенной до мелочей стратегией и тактикой, команду, радующую глаз долгожданным (не побоюсь этого эпитета) спартаковским футболом в лучших его традициях! В противном случае коллега Денис Казанский (между прочим, капитан сборной российских журналистов по хоккею), погруженный, судя по публикациям в «СЭ», в английский футбол, не вдохновился бы на подробнейший разбор воскресной битвы на «Лукойл Арене».

Что касается Олега Ивановича Романцева, то он вчера своим неожиданным вопросом застал меня прямо-таки врасплох: «Как считаешь, если человек идет по улице и улыбка не сходит с его лица — что о нем подумают прохожие?» «Это о ком, если не секрет, идет речь?» — ответил я по-одесски вопросом на вопрос. «Удивишься, но обо мне. Вот уже какой день выхожу, к примеру, на прогулку в центре Москвы — и улыбаюсь. Вот она, волшебная сила хорошего футбола! Да еще когда твоя команда выигрывает у «Зенита» за явным преимуществом. За долгие годы впервые поймал себя на мысли: «Спартак» реально может бороться за чемпионство. Ибо и с «Краснодаром» играл на равных. Но именно матч с «Зенитом» должен стать ориентиром для игроков «Спартака». Впрочем, уверен, Карседо понимает это не хуже меня и донесет до своих подопечных».

Ну а я после этого разговора поспешил в зоомагазин. Понятно за кем — за попугаем. Надеюсь, два слова к 30-му туру он в состоянии выучить?! С моей помощью, конечно. Тем более что тратить время на придумывание ему имени вообще не придется: за меня давным-давно это сделал «Костя Бесков».

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

Я не знаю, как остальные,
Но я чувствую жесточайшую
Не по прошлому ностальгию —
Ностальгию по настоящему.

Могу только догадываться и предполагать, по чему именно ностальгировал Андрей Вознесенский. Но это будут, повторяю, лишь мои версии. Зато точно знаю, что вкладываю в смысл своей «ностальгии по настоящему». Иными словами — чего мне не хватает сегодня. Не стану перечислять всего, дабы не начать высокопарно — с искренности и не завершить уж совсем приземленным, то бишь бензином.

К тому же срабатывает инстинкт самосохранения, и я предпочитаю кое-какие мысли оставить исключительно при себе. Как это делают нынче писатели и драматурги, поэты и художники, сценаристы и кинорежиссеры. Раз уж упомянул о «самом массовом из искусств», по мнению вождя пролетариата, то на экраны выходит все больше фильмов, где у актеров нет необходимости прожить роль: вполне достаточно ее сыграть. Потому слова полотера Басова (то есть его персонажа) об отсутствии «правды жизни» в ленте «Я шагаю по Москве» уже не выглядят столь ироничными, как это было, образно говоря, только вчера.

Что касается «правды жизни» в футболе, то пропасть между богатыми и бедными клубами увеличивается с каждым годом. И в этом контексте ожидание и ажиотаж вокруг матчей фаворитов турнира предельно возрастает. Дабы убедиться в этом, даже память не надо напрягать: что творилось в преддверии воскресного противостояния «Спартак» — «Зенит», описать не берусь, ибо на одни лишь прогнозы, начиная от категоричного Тимура Гурцкая и заканчивая дипломатичным Царем — Александром Мостовым, потребуется отдельный пост. Но не отдать дань изящному ролику красно-белого клуба было бы несправедливо. Единственное, что меня настораживало, — а что если в действительности девиз «Один за всех и все за одного» повиснет в воздухе над изумрудным полем «Лукойл Арены» и не отразится победными для хозяев цифрами на двух огромных табло?!

К счастью, самая любимая команда России (мы с Олегом Романцевым в прошлый вторник в Казани на встрече с людьми из Владивостока, Калининграда и многих других городов на себе ощутили эту народную любовь) разительно отличалась от соперника — в лучшую сторону. А разница заключалась в том, «Зенит» играл в футбол, а «Спартак» жил футболом! От стартового свистка до финального. Помните у Олега Митяева: «Лето — это маленькая жизнь»? А для Хуана Карседо, его штаба, включая переводчика, начальника команды, врачей, массажистов, администраторов и, конечно же, игроков в красно-белых футболках, в том числе и запасных, — это жизнь длиною в 90 летних минут. Вроде бы тоже небольшая, если исходить из того, что началась не вчера и не завтра закончится. На самом деле — не бог весть какая долгая.

Зато настоящая!!!

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

«Каким талантом надо обладать, чтобы не умереть взрослым? Как до конца жизни сохранить в себе ребенка?» Это слова из песни Жака Бреля. Знаю только один рецепт: не переставать восхищаться! Я много жил, но, к счастью, не утерял этой способности. Иначе в воскресенье меня бы не привела в восторг 14-секундная комбинация с голевым пасом Даку и разящим, словно молния, ударом по воротам «Балтики» Угальде. И мне, признаться, абсолютно все равно, какой национальности ассистент и откуда родом автор гола: для меня важно, что их роднит принадлежность к «Спартаку», который долго вынужден был как журналист любить тайно.

Зато теперь могу радоваться победе красно-белых, как в детстве. Победе трудовой, с максимальной самоотдачей каждого игрока, работавшего не столько на себя, сколько на команду. А иначе одолеть «Балтику» невозможно, ибо ее игроки сражаются не на жизнь, а на смерть. И спартаковцы сражались точно так же. Но при этом превосходили соперника в классе. Благодаря чему и взяли верх в этой футбольной битве.

У Хуана Карседо, вернувшегося в «Спартак» более чем через 10 лет (не столь важно, в каком качестве), сегодня есть возможность сравнить ту команду с нынешней. Причем большая, чем у меня: после двух первых занятий испанского тренерского штаба в Тарасовке я по собственной инициативе (Унаи Эмери не имел к этому никакого отношения) покинул «Спартак» и три сезона провел в «Ростове». Однако видел все матчи красно-белых по телевизору. Но этого было вполне достаточно, чтобы получить представление о том «Спартаке».

Так вот: если не брать в расчет подбор исполнителей и уровень их мастерства, тот «Спартак» уступал нынешнему в страсти, в желании не проиграть в единоборствах, в стремлении во что бы то ни стало победить. И хотя Эмери приглашал сам владелец клуба, должной (я бы сказал: необходимой) поддержки, когда она требовалась как глоток воды в пустыне, он, увы, не получал. Как, впрочем, чуть позднее и Руй Витория.

А вот двум предшественникам Карседо, на мой взгляд, было грех жаловаться на руководителей клуба. С их подачи «Спартак» вспомнил про своих легендарных ветеранов; они снова ощущают причастность к команде, которой отдали лучшие годы молодости. Да и болельщики чувствуют себя частью клуба — особенно это заметно на выездных матчах, где за гостей нередко болеет народу не меньше, чем за хозяев. Словом, и для Гильермо Абаскаля, и для Деяна Станковича были созданы идеальные условия. Но воспользоваться ими они не смогли.

Что касается Карседо, то несколько бокалов шампанского он уже заслужил, если следовать неписаному закону — кто не рискует, тот не пьет шампанского (и к тому же, добавлю, никогда ничего не выиграет). А Карседо, ощутивший послевкусие чемпионства на Кипре, мечтает о золоте и в России. Потому и рискует — чаще оправданно, чем наоборот. Самый свежий пример: поставив в Калининграде дуэт форвардов Угальде — Даку, он фактически тоже рисковал. Ведь, по существу, они взаимодействовали с листа и искали общий язык по ходу матча. А еще при необходимости, как и партнеры, без раздумий вступали в борьбу, стелились в подкатах, давая тем самым соперникам понять: легкой жизни у вас сегодня не будет!

А само по себе возвращение в «Спартак» после холодного приема в 2012 году — разве не риск?! Только не надо мне, человеку не постороннему для «Спартака», рассказывать сказки про то, как Эмери потерял контакт с командой. В этой связи на память приходят слова Аль Пачино: «Так смешно слушать ложь, когда знаешь правду…»

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

Прежде нередко задумывался над тем, а правильно ли я сделал 40 лет назад, что из «МК», куда пришел из «Люберецкой правды» в 67- м, из « МК», куда на работу спешил как на праздник, из «МК», который в виде редчайшего исключения пробил мне квартиру и прописку (одно без другого было невозможно) в Москве, с третьего раза откликнулся на предложение главреда «Совспорта» тиражом в 5 млн и перебрался в газету, где, по словам Л. И. Филатова, собрались лучшие спортивные журналисты страны.

Я и до этого прислушивался к советам Льва Ивановича. И когда он аргументированно одобрил переход из городского издания во всесоюзное — я принял окончательное решение. Оглядываясь назад, благодарю «Совспорт» не только за возможность освещать крупнейшие футбольные и хоккейные турниры и матчи за пределами Союза, но и за то, что именно на ул. Архипова мое знакомство с Владимиром Кучмием, первоклассным журналистом и редактором, постепенно переросло в дружбу.

Однако к 91-му году «Совспорт», к нашему с Кучмием сожалению, образно говоря, окончательно превратился в «стенгазету» Госкомспорта. Руководители федераций добились того, чтобы их виды спорта были представлены в том же объеме, как, к примеру, футбол и хоккей. Интересы читателя ушли на десятый план. Самый яркий пример: в свежем номере газеты на первой полосе можно было прочитать два лаконичных отчета о футбольных матчах тура и узнать результаты остальных шести, сыгранных накануне. От прежнего издания остались лишь зарубежные командировки и относительно высокие оклады с гонорарами. Большинство это устраивало: где еще можно было заработать такие деньги? Где на всю огромную страну одна спортивная газета?!

Лишний раз убедился в этом весной 91-го, вернувшись из Финляндии, где проходил чемпионат мира по хоккею. Но никакая сумма прописью или же дубленка с джинсами не могли заменить мне ощущения от ежедневной работы, приносящей ни с чем не сравнимую радость. Особенно если это чувство испытываешь не ты один, но и твои читатели. В этом мы с Кучмием были схожи. Стоит ли удивляться, что и ему, и мне курс, взятый «Совспортом», был не по душе?

Тем не менее я и представить себе не мог, что вскоре после возвращения из Тампере Кучмий, первый зам. главреда, позовет меня к себе в кабинет, чтобы поинтересоваться ближайшими планами «на жизнь».

— Писатель, тебе нравится газета, которую мы с тобой выпускаем? — начал он издалека.

— Нет, конечно!

— И что думаешь делать дальше?

— Все чаще об этом задумываюсь. И как только поступит дельное предложение — прощай, «Совспорт»!

— А что если нам свою спортивную газету сочинить?

— Я только за! — ответил в следующую секунду.

— Писатель, ты на сто процентов со мной? Если передумаешь — я буду писать книги.

— Как я могу передумать, если делать свою независимую спортивную газету — моя давнишняя мечта! Только не представлял, как ее реализовать.

После этих слов Кучмий встал из-за стола и обнял меня. Вслед за этим достал из сейфа бутылку коньяка, и мы выпили с ним по три рюмки. Параллельно обсуждая каким каждый из нас видит наше детище. И это притом, что у нас не было денег, помещения для редакции, сотрудников, типографии… Да ничего не было, кроме идей и сумасшедшего желания! А иного желания у сумасшедших — а нас многие впоследствии так называли — быть не могло.

Но если бы мы с Володей Кучмием и нашими единомышленниками были другими — «СЭ» никогда не появился бы на свет. К слову, проще всего оказалось придумать название газеты. Кто-то на кухне у Кучмия (Гескин уверял: на кухне Вайцеховской) предложил «Спорт тудэй», кто-то «Спорт сегодня», я — Спорт-Экспресс». Большинство одобрило — и 14 августа 1991 года мы выпустили первый номер «СЭ».

С тех пор минуло 35 лет. Увы, не все, в том числе и Кучмий, дожили до сегодняшнего дня рождения. Я же до конца жизни буду с благодарностью вспоминать тех, кто поверил в нашу безумную затею и помог ее реализовать.

К тому же это была совершенно другая журналистика, где у каждого талантливого человека был шанс себя проявить, творчески расти и доставлять удовольствие миллионам поклонникам спорта!

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

«Кто я без хоккея?» «Куда я без хоккея?» Эти два вопроса волновали Валерия Харламова — вы не поверите — на пике его феноменальной карьеры. Когда однажды он произнес их при мне, я предпочел отделаться шуткой: «Поедешь в Испанию поднимать хоккей». В этой шутке, как в любой другой, была и доля правды. Во-первых, мама Валерия была испанкой, а во-вторых, помнится, в 76-м, на ЧМ в Катовице приезжала целая делегация из Испании с предложением поработать играющим тренером сборной страны. Харламов деликатно и аргументированно отказал представителям Пиренейского полуострова. И на самом деле, будучи офицером советской армии, он был лишен возможности в отпуске навестить в Бильбао близких родственников. Хотя и при желании не смог бы раскрыть никаких военных секретов. По той простой причине, что не был в них посвящен вовсе.

К слову, в ту пору мы с Харламовым и представить себе не могли, что в России будут работать испанские тренеры. В том числе и в футболе, который он любил даже больше, чем хоккей. А ведь только в «Спартаке» за последние 15 лет трудились (впрочем, о Карседо нельзя говорить в прошедшем времени, ибо он сегодня — на тренерском мостике красно-белых) три испанских специалиста. Причем первые два — Эмери и Абаскаль — профессионалы совершенно разной величины. Потому у первого немало впечатляющих побед на турнирах самого высокого уровня, а у второго их как не было, так и нет. От слова «вообще». Что лично для меня совершенно неудивительно. Константин Иванович Бесков нередко повторял: «Обмануть футбол пока никому не удавалось и вряд ли когда-нибудь удастся».

Мне посчастливилось брать интервью у Милянича, Беарзота, Кройфа, Беккенбауэра, Антича, Ируреты, Анчелотти, Мёллера-Нильсена, выигравшего со сборной Дании ЧЕ-92… С каждым из них разговаривал минимум час. С Абаскалем за все время его пребывания в «Спартаке» общался минут 10, не больше. Из них пять — о том, почему он назвал сына Николаем, и еще пять — о футболе. Он мог назвать его Никитой в честь Симоняна, Игорем в честь Нетто, Фёдором в честь Черенкова, наконец, Олегом в честь Романцева… Но ни игра команды, ни результат от этого лучше не стали бы. Руководители клуба понимали это не хуже меня и приобрели Абаскалю билет в один конец.

Вероятнее всего, он принадлежит к тому разряду специалистов, которые убеждают своих работодателей, что на создание команды требуется три года. Между тем Бесков после победы «Спартака» в чемпионате СССР — 79 в беседе для декабрьского номера «Огонька», в частности, делал акцент на том, что в июне, если ты принял команду в январе, должны быть видны контуры игры, а в сентябре болельщик должен получать от игры, поставленной тренером — истинное удовольствие.

На мой взгляд, Карседо идет плюс-минус по графику Бескова. По крайней мере я понимаю, в какую игру играет «Спартак», ко всему прочему отменно готовый физически. Тот футбол, который исповедует Карседо, по душе не только зрителю, но и, что не менее важно, его подопечным. Когда они понимают требования тренера, когда игра выстроена структурно, в нее гораздо проще вписать даже целую группу исполнителей, как это произошло в матче с «Оренбургом». В матче, где чувствовали себя как рыба в воде «честолюбивые дублеры» Сорокин и Полех, забивший самый юный гол в истории клуба.

Пока у меня не было возможности подробно расспросить Карседо о его взглядах на жизнь и на футбол. Хотя дважды наши пути пересекались. Видел его в Тарасовке на первых двух тренировках в качестве помощника Эмери. А еще до этого — в матче Сегунды за мадридский «Атлетико» в роли опорного хавбека против «Хихона», за который играл Ледяхов.

— Я не был большим футболистом, — с улыбкой признался мне Карседо, когда я напомнил ему этот эпизод из своей журналистской карьеры.

Надеюсь, это, как и природная скромность, не помешают испанцу стать большим тренером. А адекватная самооценка должна в этом, полагаю, помочь.

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

По моим многолетним наблюдениям, талант ненавидят все бездари. Но самое удивительное — таланты тоже. В этом смысле Олег Романцев — приятное исключение. Возможно, из природной скромности. Возможно, по какой-либо другой причине, о которой даже не догадываюсь. Для меня же важно: совместной работой в «Спартаке» и сборной наши отношения не ограничились. И если вместо, к примеру, «Доброе утро!» слышу в телефоне «Привет, мой друг!» — значит, нас связывает нечто большее, чем полсотни лет знакомства. Что, в частности, дает мне счастливую возможность поговорить с Олегом Ивановичем о предстоящем или прошедшем матче нашей любимой команды. Разговоры наши с давних времен носят доверительный характер. По крайней мере, ни разу в жизни, еще будучи репортером, не слышал от собеседника: «Это не для прессы!». Ибо, в отличие от прототипа чеховского «злоумышленника», я точно знаю, «что льзя, а что нельзя». В смысле — чего не стоит выносить на суд широкой общественности. Притом что от болельщиков «Спартака» у Романцева почти нет секретов.

— Олег Иванович, перед матчем в Грозном вы придерживались мнения, что это игра должна показать сегодняшние возможности гостей, — напоминаю Романцеву после игры.

— От своих слов не отказываюсь. Разве что хочу добавить: вкупе с играми против конкурентов. Скажем, того же «Краснодара», встреча с которым предстоит в ближайшем туре и которую собираюсь посетить.

— В каком настроении, если иметь в виду игру в Грозном?

— Эта игра настроила меня на оптимистический лад. На своем опыте игрока и тренера убедился, насколько тяжело даются игры в Грозном. Воскресный матч это лишний раз подтвердил. Однако выигрыш «Спартака» — это не дело случая. Я увидел команду, которая приехала за победой. Это касается всех футболистов: не обнаружил среди них ни одного, образно говоря, «отдыхающего». Никто в борьбе не убирал ног, каждый стремился выйти из единоборств победителем.

— При плотной опеке соперников гости хорошо комбинировали. Не правда ли?

— Согласен. Спартаковцы выглядели раскрепощенными, никто на них не давит. Кроме того, для меня было очевидно: импровизация в атаке не возбраняется. Понравились несколько многоходовок в одно касание. Со временем, надеюсь, их число будет увеличиваться. Для этого, понятно, по возможности лучше играть одним составом. Чтобы игроки не глядя понимали друг друга.

— А какой из матчей, сыгранных вами в Грозном, запомнился больше всего?

— В 1977 году мы боролись за возвращение в высшую лигу. На финишной прямой играли в Грозном. Довольствовались нулевой ничьей. Но так сложилось, что очка хватило для досрочной победы в турнире первой лиги. Подробностей той игры не помню. А то, что эмоции били через край, осталось в памяти по сей день.

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

— Нам судьи вообще-то никогда не симпатизировали... Не правда ли, Леонид Федорович?

Это был в чистом виде риторический вопрос, ибо мы с Олегом Ивановичем Романцевым, задавшим его, работали вместе не один год. Потому не стал на него отвечать, предоставив возможность собеседнику продолжить мысль.

— Не случайно перед началом каждого сезона, обращаясь к игрокам, неизменно повторял: чтобы выиграть чемпионство (а «Спартак», как всегда, ставит перед собой именно эту задачу), нам надо быть на голову выше соперников! С учетом этого ключевого фактора я и готовил команду.

— Слава богу, мне тренировки посчастливилось наблюдать неоднократно. Одни ваши фирменные квадраты, где вы играли нейтрального, отнимали у футболистов столько сил и требовали такой концентрации и сообразительности, что за минутные паузы они едва успевали восстановить дыхание. И еще одна деталь, которую подметил уже в ходе сезона. Все, что вы хотели донести до игроков, — делали это перед матчем, на установке. И чрезвычайно редко подходили к бровке во время игры…

— Да, только в случае крайней необходимости. Всегда опасался, что игрок или игроки меня не услышат. Но если у тренера есть потребность, он может чаще подходить к бровке. Это не возбраняется. Впрочем, иной раз на поле возникают ситуации, когда, к примеру, капитан команды вносит какие-то коррективы на поле или дает необходимый совет партнеру. По крайней мере мне приходилось это делать.

— Как и Йохану Кройфу, с которым мы беседовали в 82-м во время чемпионата мира в живописном местечке Эль-Монтанья, что километрах в пятидесяти от Барселоны. Позволю себе процитировать фрагмент из высказываний Кройфа: «Отношения между тренером и командой имеют очень существенное значение для игры, для результата. Понимаете, тренер, даже самый знающий, вынужден во время матча оставаться на скамейке. Он видит игру снаружи. А игрок — изнутри. И мыслящий авторитетный игрок в случае необходимости вправе без подсказки тренера даже внести какие-то изменения в тактику. К примеру, Беарзот поручил опекать Марадону Джентиле. Тот получил желтую карточку, а мог заработать и красную. Если бы я играл за Италию, то посоветовал бы уже другому защитнику держать Марадону. Команде трудно так перестраиваться в игре, но этот ход, по-моему, был бы разумен. По крайней мере, будь на скамейке итальянцев мой любимый тренер Ринус Михелс, у которого я играл одиннадцать лет, мое решение он бы одобрил».

— Помню тот матч, в котором Джентиле так «отоваривал» Марадону, что еще до перерыва должен был быть удален. Уж не знаю, насколько на судейские решения повлияло то обстоятельство, что за арбитраж на турнире отвечал президент итальянской федерации Фабри… Что касается Кройфа, то он вовсе не случайно из великого капитана превратился в выдающегося тренера!

— Если же вернуться на нашу грешную землю, а точнее, к матчу «Спартак» — «Зенит», то если бы спартаковцы разумно разыграли угловой на исходе основного времени — не пришлось бы играть дополнительное.

— Возможно, Зобнин на правах капитана и опытнейшего пытался что-то дельное посоветовать Солари и Умярову, как выжать максимум из этой ситуации. Но не успел или не докричался. В любом случае я бы никого не винил в том, что «Спартак» уступил Суперкубок.

— Так вы и в бытность тренера ни разу на моей памяти не искали при поражении «крайнего». И ваши игроки разных поколений это подтверждают.

— По сей день убежден: выигрывает команда и проигрывает команда. Да, иной раз, какой-то игрок на мгновение забывает о том, на чем, в частности, я делал акцент на установке: полнейшая концентрация от первой и до последней секунды матча. И если кто-то запамятовал и его оплошность стала роковой — сыпать соль на рану не в моих правилах. Ибо игрок этот переживает после матча не меньше тренера и своих партнеров.

— И напоследок: как бы вы оценили исход Суперфинала?

— «Спартак» играл лучше и в большей степени заслуживал победы, нежели «Зенит».

Подписывайтесь: @leotrahtenberg

На завершившемся ЧМ пенальти за обоюдные нарушения в борьбе никто не давал. Но Карасев, по всей вероятности, так расстроился: на турнире обошлись без него — что, похоже, не стал смотреть его матчи. В противном случае он не отдал бы команду молодому «служителю Фемиды» пересмотреть кадр в мониторе с уже понятной для миллионов людей целью — дабы тот изменил свое первоначальное решение и перед финальным свистком предоставил шанс тонущему на спасение!

К величайшему сожалению, организаторы впечатляющей по вывеске увертюры к новому сезону оказались последовательны в своих решениях от начала до конца. До матча они не посчитали нужным объяснить нам, простым смертным, свой выбор арбитра, который, между прочим, под занавес так ударил лицом в грязь, что отмываться придется долго, долго. Нет такой страны в мире, где бы не удалили Барриоса, душившего Умярова, словно Отелло Дездемону. С той только разницей, что несчастная так и не выбралась из рук палача, а спартаковцу, к счастью, это удалось, хотя следы на шее — лишнее свидетельство нешуточных намерений колумбийца — остались.

«Вишенкой же на торте» стало отсутствие жеребьевки ворот, в которые должны были бить пенальти. Во-первых, устроители финала расписались в своей беспомощности, ибо не сумели навести порядок на трибунах (беспорядок же спровоцировали питерцы и бригада арбитров) и, что не менее важно, не удосужились предварительно объявить по стадиону, почему без жеребьевки Буланов подчинился очередному указанию «сверху», вплотную приблизив картину «послематчевые 11-метровые» к фанатам «Зенита».

…За шесть десятилетий, что я так или иначе связан с журналистикой, выработал привычку в репортажах о матчах страстно и в то же время по максимуму беспристрастно, рассказывать о сюжете и перипетиях противоборства на зеленых полях. Если коротко — находиться над схваткой! Помня: репутация зарабатывается годами, а теряется за один день. Потому за моей подписью не было и не может быть заказных статей. И еще: где бы и кем ни работал, по-прежнему смотрю на игру глазами журналиста и думаю о том, на чем бы построил отчет и как бы его озаглавил. Так вот: финал Суперкубка-26 я бы назвал «Хроникой заранее спланированного убийства».

Надеюсь, Маркес понял бы и простил коллегу. Да, коллегу, ибо каждые полгода великий колумбийский писатель целиком погружался в журналистику, чтобы не отрываться от реальности. После чего на шесть месяцев непременно возвращался к литературе…

Подписывайтесь: @leotrahtenberg