Канал о еде в истории, политике и культуре
Мистицизм огурца на полотнах Возрождения, лакомства неандертальцев и страшные секреты пищевой индустрии. По всем вопросам — @clovismeroving
Post #1096
4.34K


👹Сакральная кинофагия. Зачем индоевропейцы пожирали своих собак? (часть 2)
Образ собаки/волка очень важен для индоевропейских культур и окружен множеством смыслов.
Собака как проводник в потусторонний мир — один из древнейших мифов человечества, который фиксируется и у европейцев (Цербер), и у коренных американцев, и скорее всего восходит к палеолиту.
Для воина волк, или его прирученная версия — собака, служат образцами храбрости и "звериного" безумия — чтобы впасть в состояние боевого экстаза, они могли изображать животный вой и лай.
Чтобы обрести эти свойства, воин должен мистически воплотиться в животное. Кроме того, уподобление волкам дает карт-бланш на грабеж и захват территорий.
Волчьи образы активно использовали воинские союзы молодых мужчин — kóryos в реконструированном праиндоевропейском языке, или Männerbünd в немецком.
Проходя через инициацию и лиминальное превращение в волка, юноши на время умирали для общества, превращаясь в дикарей, которых лучше сторониться. Лишь пройдя период жизни в лесах, совершая набеги и грабежи, они могли вернуться домой — но уже в статусе воина, а не подростка.
Такие объединения можно считать прародителями ватаг викингов, княжеских дружин, католических воинских орденов, и даже студенческих братств.
Яркое свидетельство лиминального обращения воина в волка — исландская Сага о Вёльсунгах. Сигмунд (Зигмунд, отец Зигфрида из Песни о Нибелунгах) и его сын Синфьотли (Фитела в Беовульфе) на некоторое время превращаются в волков, и в таком обличье нападают на людей.
Это происходит в рамках посвящения молодого Синфьотли, после которого он становится полноценным героем.
В античном мире тоже полно подобных образов. Легенда, восходящая к волчьему культу, описывает основание Рима. Хорошо известны римские Луперкалии, где кровью жертвенных собак мазали лбы юношам.
Спартанские мужчины по достижении 18 лет приносили псов в жертву Эниалию, одному из воинских богов (позднее начал считаться еще одним именем Ареса).
Похожие сообщества фиксируют и на другом краю индоевропейской вселенной — в древней Индии, в которой только-только установилось господство вторгнувшихся индоариев.
Самые древние ведические тексты фиксируют статус собаки как медиатора между человеком, дикой природой и космическим порядком. Здесь тоже возникают мужские воинские сообщества Вратьев (vrātya), которые ассоциируются с собаками.
В ранних текстах (1200-900 до н.э.) Вратьи вынесены за рамки варновой иерархии, хотя имеют достаточно высокий статус, и даже претендуют на конкуренцию со жрецами-брахманами.
Однако более поздние источники (700 г. до н.э. и позднее) показывают, что вратьи были маргинализированы. Их звериная отвага и жестокость, выполнив свою экспансионистскую функцию, стала не нужна, ее вытеснили выхолощенные и систематизированные ритуалы.
#хх_древность
Холодец Хлодвига|Еда в истории, политике и культуре
Образ собаки/волка очень важен для индоевропейских культур и окружен множеством смыслов.
Собака как проводник в потусторонний мир — один из древнейших мифов человечества, который фиксируется и у европейцев (Цербер), и у коренных американцев, и скорее всего восходит к палеолиту.
Для воина волк, или его прирученная версия — собака, служат образцами храбрости и "звериного" безумия — чтобы впасть в состояние боевого экстаза, они могли изображать животный вой и лай.
Чтобы обрести эти свойства, воин должен мистически воплотиться в животное. Кроме того, уподобление волкам дает карт-бланш на грабеж и захват территорий.
Волчьи образы активно использовали воинские союзы молодых мужчин — kóryos в реконструированном праиндоевропейском языке, или Männerbünd в немецком.
Проходя через инициацию и лиминальное превращение в волка, юноши на время умирали для общества, превращаясь в дикарей, которых лучше сторониться. Лишь пройдя период жизни в лесах, совершая набеги и грабежи, они могли вернуться домой — но уже в статусе воина, а не подростка.
Такие объединения можно считать прародителями ватаг викингов, княжеских дружин, католических воинских орденов, и даже студенческих братств.
Яркое свидетельство лиминального обращения воина в волка — исландская Сага о Вёльсунгах. Сигмунд (Зигмунд, отец Зигфрида из Песни о Нибелунгах) и его сын Синфьотли (Фитела в Беовульфе) на некоторое время превращаются в волков, и в таком обличье нападают на людей.
Это происходит в рамках посвящения молодого Синфьотли, после которого он становится полноценным героем.
В античном мире тоже полно подобных образов. Легенда, восходящая к волчьему культу, описывает основание Рима. Хорошо известны римские Луперкалии, где кровью жертвенных собак мазали лбы юношам.
Спартанские мужчины по достижении 18 лет приносили псов в жертву Эниалию, одному из воинских богов (позднее начал считаться еще одним именем Ареса).
Похожие сообщества фиксируют и на другом краю индоевропейской вселенной — в древней Индии, в которой только-только установилось господство вторгнувшихся индоариев.
Самые древние ведические тексты фиксируют статус собаки как медиатора между человеком, дикой природой и космическим порядком. Здесь тоже возникают мужские воинские сообщества Вратьев (vrātya), которые ассоциируются с собаками.
В ранних текстах (1200-900 до н.э.) Вратьи вынесены за рамки варновой иерархии, хотя имеют достаточно высокий статус, и даже претендуют на конкуренцию со жрецами-брахманами.
Однако более поздние источники (700 г. до н.э. и позднее) показывают, что вратьи были маргинализированы. Их звериная отвага и жестокость, выполнив свою экспансионистскую функцию, стала не нужна, ее вытеснили выхолощенные и систематизированные ритуалы.
#хх_древность
Холодец Хлодвига|Еда в истории, политике и культуре
- 👍 70
- 🤔 31
- ⚡ 14
- ❤ 12
- 🏆 1




















