NSFW лолоцесты, ужас, омегаверс. (В который раз.)
Тело послушно выгнулось: позвонки выступили на бледной глади спины, а сам Джон даже не сопротивлялся. Более того, он задрал голову вслед за рукой в волосах даже больше, полностью открывая свою шею. Доверие? Слепота? В любом случае, уязвимость. Он был уязвим, как никогда: обычно колкий и независимый — по нему и не скажешь, что омега, — сейчас Харрис нуждался в пассивности и ведомости как в кислороде, хрипло всхлипывая и постанывая от каждого резкого толчка.
В уголках глаз всё же заблестели бусинки слёз; не от боли, конечно, но от огромного количества новых ощущений — вполне. Джон был на грани. Кровь в венах будто кипятилась, а мысли расслаивались в разрозненные бессмысленные кусочки мозаики, собирать которую не было ни сил, ни желания. Джон, обычно болтливый, даже говорить-то почти не мог, только обрывисто скулил что-то сдавленное: между стонами скакало жалостливое «ещё», «пожалуйста», «хочу» и простое, безнадёжно растянутое «Ло-о».
Редакта тоже нет.