Это звучит разумно, но отводит на совсем далекий план сталкера Рэдрика Шухарта, оставляя ему роль нарушителя равновесия, не понимающего науку и попирающего закон. Но он, вообще говоря, главный герой, потому что именно он связывает стилистически и идейно разнородные части. Бывают, конечно, герои, нужные только для таких вот связок, но что если он предлагает третий путь взаимодействия с непонятным – любовь. Не сочтите меня чересчур сентиментальной (хотя можете и счесть, от меня не убудет), но беспринципный Рэд Шухарт, если присмотреться, не только безоговорочно обожает жену-красавицу и дочь-мутанта, но и тепло принимает притащившийся из Зоны оживший труп отца; он работал в Институте, зарядившись энтузиазмом Кирилла, и тяжело переживал его смерть; он, безбожно ругаясь, вытаскивает из Зоны глубоко ему неприятного «коллегу» сталкера, и сам не может себе объяснить, почему; он, можно сказать, восхищается Зоной, пытается постичь ее законы не логикой, а чутьем и преуспевает: в первой части он кидает вперед гайки, чтобы наметить путь, а в последней идет уже просто так, на ощущениях. И ему открывается куда больше, чем ученым и «законникам».

Этот путь тоже оканчивается провалом, но есть два существенных «но». Во-первых, Рэд сворачивает с него: сознательно приносит своего попутчика в жертву Золотому шару, по легенде исполняющему желания. Во-вторых, он тоже переходит на уровень человечества и просит «СЧАСТЬЯ ДЛЯ ВСЕХ, ДАРОМ». В полном противоречии с эпиграфом, сделать добро из зла никак не получается. Но еще ироничнее, что человечество в целом, выходит, настолько стационарная система, что ее нельзя не только разрушить, но и осчастливить.