Помните, в «Дне выборов» была такая песня (в фильме ее пел Шнур): лирический герой готовится к голосованию, потому что это очень важно, а заканчивает словами: «Выборы, выборы, кандидаты – пидоры!». Подохреневшие принимающие вкрадчиво говорят, что песня хорошая, правильная, вот только последнюю строку надо бы убрать, на что получают решительный ответ: «Ради этой концовки все и затевалось!». Почему я вдруг вспомнила? Потому, что февраль, до которого нужно успеть сдать в печать первый номер возрождаемого в собирательном областном центре литературного журнала – это февраль 2022 года. Герои, разумеется, ничего особенного от этой даты не ожидают – кроме того, что дедлайн близок и неотвратим – но о сущности, причинах и моральности войны в какой-то момент рассуждают весьма страстно и пространно. Война понимается вообще, без какой-то конкретики, но ощущение того, что «ради этого все и затевалось» было внезапным и сильным.
За пределами этого ощущения «До февраля» огненный детективный триллер, еще и с литературным уклоном. В тихом Сарсовске в середине 90-х орудовал маньяк, душивший на дому одиноких бабулек, его так и не поймали, потом он как будто затаился, а потом о нем забыли. В 2021 году тихая и забитая студентка Аня помогает готовить тот самый литературный журнал с патетическим названием «Пламя» и находит в архиве рукопись, в которой подробно описаны все преступления пятнадцатилетней давности – так подробно, что это, похоже, писал сам маньяк. И тут же возобновляются убийства. И круг их все ближе подступает к Ане, которую все больше захватывает рукопись.
Маньяк у Идиатуллина прекрасен: нечеловечески ловок, изобретателен, невидим и неуловим. Количество его жертв, в строгом соответствии с канонами жанра, растет в геометрической прогрессии, даже самые классные и умные не застрахованы от внезапной и, возможно, мучительной смерти. Написано так хорошо, что временами бывает реально страшно за героев, и хочется по-детски покричать им в книжку, чтобы не ходили туда – плохая же идея явно. На этом фоне своевременная сдача номера кажется сущей ерундой, но в то же время здорово поддерживает Аню: «Нет способа выдернуть человека из экзистенциального ступора быстрее, чем срочные рабочие или бытовые вопросы. Жизнь – боль, но каша сама себя не сварит и номер никто за тебя не соберет».
Вот только журнал этот, затеянный исключительно из политических соображений – ради какого-то большого федерального чиновника, чей дед в свое время был флагманом сарасовской литературы, – в феврале, скорее всего, будет уже никому не нужен, другие вопросики появятся. И от этой мысли, от того, что герои-то ее вовсе не думают, становится жутковато – похлеще чем от маньяка. Потому что маньяк это что – редкая вспышка психопатии, общественно опасный выброс, но все-таки локализованный в теле человека, следовательно, конечный. А системное насилие, тихое и внешне так малозаметное, вездесуще, и от него не спрятаться. Не спрятаться. Не спрятаться.
📕
Люди гибнут, а я словами жонглирую. С другой стороны, в этом вся суть литературы: люди гибнут, а мысли нет, если оформлены в правильные и красивые слова, которые хочется хранить и повторять.
#БеспорядочнаяРецензия