Сто лет назад Nestlé сняла серию реклам на тему «наш шоколад такой нежный, что вы сами не заметите, как станете добрее» (это было так давно, что мы еще не знали, что добреют на самом деле от Milka). В одном из роликов актер, играющий Отелло, съедал шоколадину, выходил на сцену с канонически-грозным: «Молилась ли ты на ночь, Дездемона?» – и услышав: «Да, дорогой мой», – отвечал: «Ну тогда спокойной ночи», – задувал свечу и уходил, оставляя партнершу и зрителей в крайнем недоумении.

Это я, как обещала, посмотрела «Азазеля» и, совсем как герои той рекламы, недоумеваю, откуда возникла тенденция экранизировать, переделывая сюжет, чтобы «тем, кто читал, тоже было интересно смотреть». Мне достаточно интересно смотреть, как то, что прочитал режиссер, соотносится с тем, что прочитала я – возможностей для интерпретации всегда намного больше одной. И дело вовсе не в том, что действие кинопоисковой версии перенесено в альтернативный 2023 год, в котором в России сохранились монархия (парламентская), династия Романовых, орфография с ерами и ятями и столица в Петрограде – это забавно, хоть в некоторых моментах, кажется, недокручено. И не в том, что первая любовь Эраста Петровича, бедная Лиза, превратилась из финального приза в полноправную участницу расследования – это даже, пожалуй, и логично.

Но вот к дополнительной сюжетной линии есть вопросы. Она стала основной и не столько расширяет, сколько затеняет и подменяет акунинский сюжет: на фоне запутанной личной и общественной жизни императора переживания какого-то там Фандорина теряются – это раз. Важные второстепенные герои, которые должны бы сыграть и в следующих историях, зажевываются, а иногда и проглатываются, хотя задел на продолжение создатели сериала явно оставили – это два. В финале Фандорин наживает себе непропорционально могущественного врага – юному и потерянному сыщику, сколь угодно талантливому и везучему, с таким не справиться. И это ни разу не Джим Мориарти, которому скучно и хочется поиграть, – все серьезно и ставки по-имперски огромны. Слишком много знающего Фандорина должны убить на следующий день после окончания «Азазеля» – это три. Если его не убьют (а его очевидно не убьют), враг не только могущественный, но и туповатый – это не только четыре, но и реальная проблема.

Возможно, в грядущем, судя по финалу, «Турецком (или другом ближневосточном) гамбите» создатели сериала смогут меня приятно удивить, как приятно удивил Владислав Тирон в роли Эраста Петровича. По трейлеру он казался странным выбором, но в итоге оказался весьма неплох; интересно теперь, получится ли у него удачно вырасти из корсета юношеской наивности. Пока же главное впечатление: новому «Азазелю» остро не хватает чуда, пугающей легкости, с которой бесперспективная жизнь неприметного коллежского асессора превратилась в круговорот странных, но завораживающе интересных событий; почти сказочного перехода от перебирания и переписывания никому не нужных циркуляров к приключениям в безграничном мире – да, иногда смертельно опасным, но таким… живым. У Акунина это есть. В сериале нет.

#БеспорядочнаяЭкранизация