Вдруг вам хочется почитать не про новости.

«В час битвы завтра вспомни обо мне», Хавьер Мариас

Этот роман я взялась читать из-за названия. «В час битвы завтра вспомни обо мне»… Звучит как музыка, Шекспир at his best, и переводчик не подкачал. Я начинала с этой фразы, когда рассказывала про зиму, тревоги и Стейнбека, и самое забавное здесь, что это не просто тот же Шекспир, но даже тот же «Ричард III».

Роман испанского писателя Хавьера Мариаса с трагедией переплетается многообразно и причудливо: герои смотрят и обсуждают фильмы, снятые по шекспировским хроникам, король Испании рассуждает о сущности власти и странностях судьбы суверена, рассказчик, продолжая его мысль, сравнивает прежних королей с нынешними и постоянно вспоминает вынесенную в заглавие фразу. Многообразно и причудливо – очень подходящие слова для описания этой книги: она вся состоит из подглядываний, допущений, рассуждений о допущениях и комментариев к подглядываниям, ничего не значащие мелочи складываются в цепочку ничего не значащих мелочей, чтобы на ней потом кто-нибудь повесился. Рассказчик рассказывает о том, как важно рассказывать, потому что только рассказанное становится реальностью, и о том, как он при этом получает власть над реальностью, подменяя ее своим рассказом – в своей памяти и в памяти своих слушателей. А вообще, это книга о смерти.

Она начинается с того, что практически в объятиях главного героя умирает практически незнакомая ему женщина. В ее смерти нет ничего подозрительного или криминального (инфаркт? инсульт? аневризма? – что-то до обидного обыденное), но это событие – в целом прошедшее незамеченным для мира – необратимо влияет на жизни многих людей. Герой Мариаса изучает эти влияния, прямые и косвенные, очевидные и совершенно, вроде бы, случайные, значительные и мелкие, чтобы… да в общем-то только затем, чтобы эта история стала историей и сохранилась, а не канула в небытие вместе с безвременно упокоившейся. Случившееся и неслучившееся, реальное и почудившееся переплетаются в его рассказе, который постоянно отвлекается от основной темы, кружит на одном месте, и упорно возвращается на исходную точку: переход от жизни к не-жизни.

Это кружение вполне может показаться чересчур монотонным, но если в самом начале – в нескончаемом, переполненном подробностями, написанном многострочными предложениями с десятками уточнений рассказе о том самом вечере – поймать ритм рассказчика, оно завораживает. В самом прямом смысле слова: роман написан как заклинание, в котором эхом откликаются повторяющиеся фразы, встречаются одни и те же люди, одновременно похожие и непохожие на самих себя времен прошлой встречи. «Зачарованный» мир Мариаса перенаселен тенями наших действий и наших мыслей, и в этом смысле название выбрано исключительно удачно: этими словами угрожают Ричарду призраки преданных и убитых им людей, предрекая ему поражение. «Тебе на сердце камнем завтра лягу», «и выронишь ты меч свой бесполезный; тебе в удел – отчаянье и смерть», – рефрены бессонной ночи, когда размышления о сделанном и несделанном оборачиваются парализующим ужасом.

Мариас сводит традиционно запредельный уровень шекспировского драматизма до обыденности, патетическое раскаяние превращает в такое знакомое сожаление, состоящее из вечных «мог ли я» и «если бы». Его роман – это четырехсотстраничная бессонница, после которой (как и во время которой) ничего особенно не происходит, разве что наступает утро.
Так что вообще, это книга о жизни. Которая продолжается.

📚
«То, что само по себе не является ни грубым, ни возвышенным, ни трогательным, ни прелестным, может стать и прелестным, и трогательным, и возвышенным, и грубым – все зависит от того, как рассказывать.»

#БеспорядочнаяРецензия