Энн Карсон — (ещё одна) идеальная лауреатка Нобелевки (2/4).

Начало ⬆

Проблема не в том, что Мураками пишет исключительно джаз для 180-граммовых виниловых пластинок, или что он делает это в окружении изготовленной на заказ буковой мебели. И не в том, что Шведская академия предвзято относится к любителям кошек (они предпочитают лабрадоров) и джазу (они запланировали присуждение премии 30-летнему шведскому рэп-исполнителю Yung Lean в 2050 г.), или что они не ценят сложность приготовления пасты «аль денте» (они едят только фрикадельки). Отсутствие в творчестве Мураками богатых и плодотворных дружеских отношений с женщинами и его удушающая стерильность могут даже сыграть ему на руку.

Прекрасное видео, где поклонники Мураками рвут свои (откровенно нелепые) футболки, затрагивает настоящую проблему: Мураками никогда не выиграет, потому что обладает совершенно иным уровнем влияния, по сравнению с практически любым другим «серьезным» романистом. Нынешняя версия Нобелевской премии по литературе, существующая со скандально ужасного 2018 г., серьёзна, утонченна и не интересуется фанатизмом и манией. Она неоспорима и безупречна. Она не одобряет, когда люди рвут свою одежду в защиту своего любимого романиста (который, кстати, опубликовал целую книгу о своей одежде).

Карсон, как бы там ни было, неоспорима и безупречна, она – совершенный лауреат Нобелевской премии, которую теперь присуждают исключительно совершенным. Почетное звание, присвоенное днем ранее работам двух ученых, получивших Нобелевскую премию по химии, относится также и к ее творчеству: оно посвящено «разгадке тайны асимметрии жизни». Абстрактная, интертекстуальная, смешивающая жанры и формы Карсон технически является поэтом, хотя этот термин имеет свои пределы. Когда Шведская академия сообщила Карсон о присуждении ей Нобелевской премии, она находилась у себя дома в Исландии. Она сказала им, что находится там, чтобы “слушать ветер”.

"Писать о музыке" - это все равно что "танцевать об архитектуре", но именно «слушать ветер» — это то, что Энн Карсон снова и снова сотворяла в своих более чем 20 произведениях, написанных за 4 десятилетия, которые описывались, среди прочих эпитетов, как «стихи», «романы», «пьесы» и «либретто». Но «Энн Карсон слушает ветер» - ближе к истине, которая, вероятно, невыразима, или, по крайней мере, может быть описана только самой Карсон.

Возьмем, к примеру, «Nox» - одно из самых известных ее произведений, цикл стихотворений в виде раскрывающейся гармошки, упакованной в коробку. Коробка — это не просто рекламная уловка: она необходима для самого произведения, посвященного смерти ее брата. (К тому же, ее очень трудно описать без наглядных пособий — а именно, без коробки, — поэтому вам придется нам поверить). Карсон всегда была привержена форме — в виде коробки или чего-то еще, — но, естественно, у нее есть и другие интересы: горе, тоска и, как пишет Карсон в книге «The Gender of Sound», то, как патриархальная культура закрывает «дверью женский рот». Эта дверь, пишет Карсон, существовала «с древности и до наших дней», что указывает на еще одну особенность ее творчества — глубокий и явный интерес к классической литературе и тому, как она продолжает демонстрировать великую преемственность, несмотря на тысячи лет социальных потрясений.

Карсон — необычайно тактильный писатель. Это верно как в буквальном смысле (см. упомянутую выше коробку), так и в более широком: почти во всех своих работах Карсон проявляет интерес к выходу за рамки формы и языка. Когда она говорит, что находится в Исландии и слушает ветер, она так же честна, как и сам ветер — и не только потому, что Исландия входит в число самых ветреных мест в мире. (Согласно неподтвержденным сообщениям, Карсон в настоящее время ведет переговоры с издательством New Directions о возможности упаковки нового прозаического стихотворения в деревянную коробку, которая будет содержать настоящий ветер с острова Хваннадальсхнукур. Если цепочка поставок будет налажена, ожидайте появления «Хваннадальсхнукуре» этой зимой по цене $89,99).

Продолжение ⬇