Компенсация средой выглядит, на первый взгляд, довольно просто. Что-то в характеристиках среды должно быть устроено таким образом, чтобы брать на себя то, что самому человеку делать сложно.

Сложно начать — функцию подтолкнуть к началу работы берет на себя дисциплина, родитель, ответственность перед клиентом, дедлайн или аврал, или то, что дело такое интересное что фиг отложишь. Сложно не отвлекаться — что-то в среде должно быть устроено так, чтобы постоянно возвращать внимание обратно — высокий уровень стимуляции и интереса, быстрая обратная связь, понятные и логичные следующие действия, малое количество отвлекающих факторов. Сложно остановиться вовремя — опять же, окончание действия задает не сам человек, а что-то в среде. Наличие логического конца в самой работе — окончание терапевтического часа, вымытая посуда, закончившаяся книжка.

Короче, чему-то — или кому-то — внешнему делегируются задачи регулировать и организовывать деятельность. И да, вроде как, у любой задачи есть начало и конец, существует трудовая и школьная дисциплина, так в чем же сложность? В том, что не каждая жизненная история интересна, осмысленна, структурирована, отчитывается «перед пользователем» на каждом шагу о достигнутом прогрессе и при этом все это одновременно.

Очень много чего зависит от везения. Повезло тебе со школой, сложилось так, что в ней есть баланс между поддержанием дисциплины — она необходима, чтоб задавать рамки и структуру, - и определенной степенью свободы, учителя горят своими предметами и способны понятным языком объяснить сложные вещи — прекрасно, есть все шансы что ребенок с СДВГ станет лучшим учеником и искренне полюбит учиться. Нашли родители ресурсы организовать жизнь ребенка, установить ему режим, хвалить его за достижения, заниматься им регулярно — тоже прогноз резко улучшается. Научился человек видеть и устанавливать структуру сам, разбирать большое на понятные и подъемные куски, понял, зачем это надо, понял, что нужны те правила, которые правильны для него самого — тоже будет лучше, чем если нет.

Но так может и не случиться. И роль «протезов» возьмут на себя другие контексты. Рилсы, компьютерные игры, сомнительные компании, рискованное поведение. Попытки поменять свое состояние разными странными веществами. Как выйдет, как повезет...

И тем не менее. Если я знаю, что «работает» и для чего - я могу это, в меру сил своих, искать для себя и создавать для своего ребенка, использовать, как кубики конструктора. А работает...

Для начала работает смысл. Мне кажется об этом говорят не часто, но это одна из важнейших вещей. Наличие ответа на вопрос зачем мне, именно мне, в принципе делать это или то. Не: положено, принято, было бы хорошо, мама так сказала, когда-нибудь потом пригодится — а именно мне сейчас зачем напрягаться, трудиться, совершать порой очень энергозатратные, скучные, непонятные телодвижения? Это один из сильнейших способов подтолкнуть сбоящую систему мотивации. Цель приобретает эмоциональную окраску, из абстрактной становится конкретной и нужной именно мне. И не просто цель — сама цель, результат, могут быть очень осмысленными и желанными — но могут вызывать затруднения ведущие к ней действия, вот они скучны и бессмысленны. Но — и личный смысл, и смысловая прозрачность среды — позволяют увидеть связь между отдаленным желанным результатом и текущим небольшим, но трудным действием. И помочь выполнить его. И на этом можно очень много сделать и очень долго ехать.

Найти смысл — не самое простое дело, особенно когда речь идет не о себе, а о, допустим, ребенке. Я прошу Вадима убрать игрушки — Зачем? - отвечает мне мой четырехлетний сын — и продолжает задавать мне этот вопрос (вместо уборки), пока не получит устраивающий его ответ. И правда, зачем, ему и так хорошо, это мне надо чтоб он игрушки убрал. Но варианты «чтоб больно босой ногой на Лего не наступить», «чтобы мама не ругалась» и «чтоб мама похвалила» - пока вполне устраивают. Но какой смысл ходить в школу, если там скучно, зачем учиться, если непонятно, зачем работать, если мама и так накормит, и похрен что ругается? А на одной силе воли и (само)принуждении человек с СДВГ далеко не уедет. Пока для Вадима смысл дает в том числе мое одобрение, но... это довольно скоро закончится. И ему придется искать свои смыслы.

И логично, что деятельность приобретает смысл, когда отвечает существующим потребностям и ценностям, дает искомый результат. Вадим очень хорошо рисует для своих лет и собирает потрясающие штуки из Лего. Ну... у него планшет и мультики по праздникам, злая мама не дает, надо себя как-то развлекать. Надеюсь, скоро так и до чтения дойдем.

Дальше. Ну, интерес и новизна, конечно. Но про них только ленивый не написал, и это затерто настолько, что мне кажется уже сложилось заблуждение, что люди с СДВГ в принципе способны функционировать только тогда, когда им интересно или ново. Это, конечно, не так, но так же верно и то, что и то и другое очень сильно влияет на значимость действия, а следовательно, на способность его выполнять.

Высокая структурированность — понятные правила, последовательности, понимание что из чего вытекает, возможность разделять деятельность на понятные и подъемные «куски», предсказуемость. По сути — должно быть понятно как, зачем и почему и в какой последовательности мы что-то делаем. Тогда будет меньше необходимости каждый раз заново решать что делать дальше. Сюда же очень желательна быстрая обратная связь об успешности действия, сделал — увидел результат, получилось или нет, плюс или минус, минус - корректируем. Очень помогает не отвлекаться и сохранять интерес.

Дробность задач, ограниченность выбора следующего действия и четкая система приоритетов. Заранее заданная иерархия дел сама определяет их важность и последовательность исполнения, не надо полчаса виснуть, пытаясь понять, чем именно сейчас важнее позаниматься, и в итоге отправиться в телефон. Задачи посильны, следующий шаг обусловлен. Таким образом сама деятельность снимает часть нагрузки по выстраиванию приоритетов и принятию решений.

Наглядность. С глаз долой — из сердца вон — вполне пословица про СДВГ. Убранные в шкаф вещи вполне могут исчезать навеки, то, что не записано, не внесено в календарь — элементарно забываться. Но когда важное находится перед глазами — в виде открытых систем хранения, списков, вещей на видных местах, расписаний — жить становится повеселей. Ну и делегировать странное чувство времени будильникам и напоминалкам тоже неплохая идея.

Важная особенность — слишком жестко тоже плохо. Поэтому толерантность к колебаниям продуктивности, допустимость смены режима, возможность управляемого снижения/повышения стимуляции весьма годные вещи. На самом деле вряд ли кто-то умрет, если разрешить ученику носить шумоподавляющие наушники, давать почитать книжку на уроке, если задача решена и делать нечего, вертеть в руках слайм — или разрешить эффективному сотруднику приходить попозже или уходить пораньше. Иногда довольно простые вещи делают жизнь качественно лучше.

Но эти сложные простые вещи очень часто требуют отклониться от того как «правильно», как принято, как кому-то зачем-то должно. Выстроить немного другую архитектуру жизни — выделить один день на «хозяйство», в него убрать квартиру, накупить и приготовить еды, постирать — и забыть про это на оставшуюся неделю. Найти работу с нестандартными условиями — например проектную, со свободным графиком, творческую. Убрать из жизни часть обязанностей, которые можно бескровно делегировать, не стыдиться оплачивать клининг и доставки — я вполне встречалась с осуждением, мол ты чего на такое деньги тратить, у тебя их вагон? Сама убраться не можешь? Забить на «положено» и сделать так как удобно и возможно. По сути — для успешного функционирования при СДВГ важно найти себе/ребенку подходящую среду, а не бесконечно насиловать себя, пытаясь приспособиться к заданной среде.

Если это получается — часто СДВГ становится практически невидим, бессимптомен. И при этом резко дает о себе знать, если меняется среда. А получается, к сожалению, далеко не всегда. Одна из частых проблем это переход во взрослую жизнь. Ребенку расписание и режим устанавливают родители и школа, взрослый - сам, все сам.