⬆️
Тем не менее, открылось «окно возможностей», юридической регуляции не было никакой, ну и толком, кстати, до сих пор нет. Каждый был волен делать что хочет и строить свой бизнес как хочет. При этом, уже в 80-е примерно, ряд выпускников психфаков пытался изучать «западную» психотерапию, как раз предназначенную для работы с «несуществующим в СССР» широким кругом психологических проблем, по книжкам, «подпольно». И в виде «психологических кружков» или первой частной практики «по сарафану» ее практиковать. Конечно, эти умные, амбициозные и образованные люди тут же воспользовались ситуацией, стали приглашать зарубежных тренеров, проходить у них сертификацию сами. А вскоре открыли свои частные «институты психотерапии». Боюсь соврать, но в самом начале это не были даже всякие АНО ДПО, а просто «красивые вывески», без всяких лицензий на образовательную деятельность, а по факту обучения давались красивые бумажки-сертификаты, имеющие вес только в зарождавшемся профессиональном сообществе, но не имеющие ровно никакой юридической силы.

И тем не менее спрос оказался колоссальным, психотерапию «повезли» по всей стране, понадобились новые, уже «свои» тренеры. Бардак тоже творился колоссальный. Творится он, как по мне, во многом и до сих пор, но то что позволялось тогда, сейчас, как минимум «в приличных кругах», считается некошерным. Ну, например, пара очень мною уважаемых, очень квалифицированных учителей ностальгически вспоминали (причем независимо друг от друга), как тогда, когда они начинали учить психотерапии в 90-е, сами они едва знали вообще чему учат, не были в этой психотерапии сертифицированы и действовали во многом по наитию и озарению. Доучивались сами, «на ходу», всеми силами.

Исторически сложилось, что первыми психотерапиями, так завезенными в Россию, оказались психодрама, гештальт, психоанализ, экзистенциальная терапия, семейная системная терапия, эриксоновский гипноз, и, чуть позже, КБТ, процессуальная и телесные подходы.

Сложились именно тогда еще наши две российские «традиции». Первая — учиться брали буквально всех желающих, независимо от их первого высшего образования. Инженеров, педагогов, врачей любых специальностей... в общем — всех. Ну и «сертифицировали», соответственно всех, кто оплатил свое обучение и прошел его до конца, зря что ли, люди деньги платили? Вторая — работать так же приходилось буквально со всем возможным кругом проблем, вообще независимо от того, была ли базово заточена та психотерапия, которой ты учился, на этих проблем решение. Про эту заточку позже.

Привело это в итоге к тому, что, с одной стороны, некоторые бывшие инженеры очень быстро стали читать все по психотерапии и психологии, до чего только могли дотянуться, шли учиться еще вот тому, и еще вот этому, и в итоге превращались в очень квалифицированных специалистов, действительно умеющих профессионально помогать людям с широким кругом проблем. В разы лучше выпускников психфака. С другой — появилось немалое количество шарлатанов и просто слышавших звон, очень низкоквалифицированных «практиков», гордо называющих себя психологами и психотерапевтами.

Да, конечно, выпускники таких образовательных программ должны были себя как-то называть. А так как учились они, строго говоря, именно той или иной психотерапии, называть они стали себя именно что психотерапевтами.

Второй же веткой «отклика на запрос» было массовое появление первых «курсов переподготовки на психолога». Их выпускников наши преподаватели возмущенно называли «девятимесячными психологами», справедливо негодуя, что за девять месяцев освоить профессию невозможно, а давалась на таких курсах «галопом по Европам» весьма своеобразная выжимка психологических знаний. Но выданные такими курсами дипломы о профессиональной переподготовке давали «право на ведение профессиональной деятельности» в качестве «практикующего психолога», например. Но не квалификацию и не «вышку».
продолжение следует...