⬆️
Да твою же мать. Психика и тело не являются бесконечно масштабируемыми системами. Ресурсы конечны. Уровень доступной поддержки ограничен и зависит от материального и социального положения, а так же самой системы. Где то медицина бесплатная и хорошая, а где то только платная и при этом плохая. Есть в конце концов биология, давайте не закрывать на нее глаза. У всех разный мозг, у кого-то нейротипичный, а кто-то живет с нейроотличиями. У кого-то было благополучное детство, а у кого-то травма на травме травмой погоняет. Уровень интеллекта не выдумка психологов, у кого то низкий, у кого то высокий. У всех разный опыт, уровень знаний и способностей этот опыт и знания использовать. Мы друг другу НЕ равны. И у всего этого есть предел, то самое «выше головы не прыгнуть». При всем моем порой неукротимом желании нельзя впихнуть невпихуемое. А еще мы стареем, такая вот неприятная новость, и сил становиться все меньше.

Регресс, срыв, истощение, отказ — это часть реальности, это норма, а не ошибка исполнения. Более того, это нормальная реакция на перегрузку. Нельзя выздороветь быстрее, чем справится до конца с болезнью моя иммунная система и восстановится организм, а если я при этом не в кроватке лежу, а обдолбавшись антигриппином бегаю по делам... ну, такое, 9 из 10 раз пронесет, но в случае более серьезной болячки это затягивает выздоровление или может привести к осложнениям. Если человек не может — он не может. Точка. И тогда обложи его «помощью» - будет она не помощью, а насилием и давлением. И вот эта реальность бессилия, неспособности, ограничения, слабости как по мне повсеместно сейчас становится слепым пятном, чем-то игнорируемым, недостойным, постыдным. Тем, чего быть не должно.

Да, человек, который не справляется сам, неудобен. Системы, в которые он включен, встают перед выбором — тратить на него дополнительные ресурсы — время, эмпатию, деньги, что-то для него придумывать. Нанимать отстающему школьнику репетитора или оставлять на второй год, родителям брать больничный и оставаться с заболевшим ребенком, работодателям оплачивать эти самые больничные или подбирать индивидуальный график сотруднику. Строить пандусы для инвалидов и мам с колясками. Или подвергнуть несправляющихся и слабых остракизму и исключить из полноправных членов общества.

Лишить права не справиться. И тогда у и так не справляющегося человека идет в нагрузку хронический стыд, вина, отчаяние, чувство изоляции от других людей — все вот справляются же как-то, а я нет. Я ужасный, я плохой, все пропало. Кошмарная порой совершенно аутоагрессия. Инструментальное к себе отношение — заставить себя, принудить, на пинках, на стиснутых зубах.

Самое паршивое, что вот отсутствие того самого права не справиться просто как реальности, на которую можно было бы опираться, часто усугубляет ситуацию. Так то мир устроен так, что в нем нет абсолюта. Абсолютного могущества, силы, власти и контроля, но и абсолютного бессилия, во всяком случае пока мы живы, тоже нет. С задачей этого уровня я не справляюсь, но вполне способна справиться с чем-то что проще. Еще проще. Если дать себе время, которое тоже ресурс, то что организм, что психика восстанавливаются и выздоравливают. Если я знаю, что могу, а что не могу, то в этом у меня появляется здоровая граница, на которую я могу опереться. Понимание, какого рода помощь из доступной мне мне тут пригодится. Я, в конце концов, понимаю как мало смысла в том, чтоб бесконечно стыдить себя и пинать ногой, и что от этого мне точно не становится лучше.

Но если этого права нет, то это, к сожалению, часто приводит к усилению чувства беспомощности, отказу выполнять даже посильные задачи, отрицанию самой возможности изменений. Помощь отвергается, или воспринимается как давление и насилие. Возникает замкнутый круг бессилия. Поэтому, считаю я, в работе с низкоресурсными, депрессивными, «не справляющимися» клиентами начинать надо не со списков задач и структуры, хотя и это полезно, а с признания их права не справляться. Реальности ограничения. И того, что ничего по настоящему ужасного и непоправимого в этом, пожалуй, нет.