⬆️
То есть мы в целом можем констатировать, и это важно, что человек больше в контакте с образом, с идеализацией в своей голове, нежели с реальным человеком. И также, что в голове включается своеобразный фильтр, который отбрасывает на входе всю информацию, противоречащую сложившейся картине. Как не трудно догадаться тут легко могут страдать отношения с друзьями и близкими, которые в афиге наблюдают эту картину и пытаются «донести, открыть глаза и спасти». Крайне сложно здесь и терапевтам, поскольку тут включается противоречие. Поддерживать игру клиента в «что я могу сделать чтобы его заполучить», в «доктор, что со мной не так», в «доктор, как мне его починить», или даже просто молча сочувственно кивать, пока человек у тебя в кабинете рыдает — это явно не то что поможет. Но прямой то «запрос» клиента именно на это - сделать хорошим и возможным нехорошее и невозможное. Тут необходима конфронтация, а ее терапевтические отношения могут и не выдержать.

Логично, что у человека в таких переживаниях страдает эмоциональная сфера, может развиться вполне себе натуральная депрессия, могут возникать суицидальные мысли, настроение — скакать как мячик. Может меняться и поведение, в крайних случаях переходя в нелициприятные формы сталкинга, шантажа, угроз, в том числе убийством и самоубийством. В самых тяжелых случаях эти угрозы могут реализоваться.

Есть еще ряд вещей, не всегда очевидных и учитываемых.

Первое. Состояние человека с любовным психозом на самом деле очень близко к состоянию человека в наркотической ломке. Только в роли наркотика выступают вещества, которые мозг вырабатывает самостоятельно — те самые эндогенные опиоиды и каннабиоиды, я раньше говорила о них в других постах. На полную катушку фигачит мозговая химия, в диких количествах вырабатывается дофамин, система вознаграждения сходит с ума. Любой знак внимания, улыбка, что-то, что трактуется в пользу «отношения все-таки возможны» включает... даже не эйфорическое состояние, хотя бывает и так, а наконец, просто нормальное. Отвержение, отсутствие внимания — и по всем признакам мы видим ломку, где в роли наркотика — романтические отношения с определенным человеком. Там в целом мозгу плохо — вся эта беда глушит функции префронталки, снижая способность к критическому мышлению, там на ушах стоит миндалина, усиливая эмоциональный дисбаланс, там нарушается связность работы сети по умолчанию...

Второе. Чаще такая беда случается, когда объект привязанности, в свою очередь, ведет себя странно и неоднозначно. То есть, если человек всем своим поведением, словами, эмоциями транслирует однозначное и, желательно, сочувственно-уважительное «нет», типа, чувак, с тобой все в порядке, но мы не совпали и этого не отменить — тогда, скорее, это состояние любовного психоза не разовьется до тяжелой степени, и довольно быстро закончиться. Беда, и прям беда-беда случается, когда объект привязанности транслирует непонятное. Он вроде говорит «нет», но не против при случае переспать. Или сперва он бурно строит совместные планы на будущую свадьбу, а потом без объяснения причин растворяется в тумане. Или просто мычит что-то невнятное, периодически то отталкивая, то проявляя сочувствие и совершая акты заботы. А кто-то откровенно наслаждается своей властью над человеком в таком состоянии, сознательно то притягивая его к себе, то отталкивая. Короче, чаще всего объекты такой «любви» сами имеют огромные проблемы с границами, говорением отчетливого «нет», а то и пограничные, нарциссичные и психопатичные черты.

И третье. Часто пропускается характерная черта в самоотношении людей в таком состоянии. А это часто провал в тотальное «я плохой и ничтожный». Вплоть до «я не заслуживаю жизни, если он оттолкнул меня». И здесь работает четкий паттерн, жесткая поляризация. Объект любви — всегда хороший и идеальный (и все в его поведении, доказывающее обратное игнорируется), и если он меня оттолкнул — то я невыносимо плох. А когда я невыносимо плох — ну и мне невыносимо плохо, и единственный способ вернуть себе хорошее самочувствие — это как-то так заставить его себя полюбить...
продолжение следует...