⬆️
За нарциссической травмой стоит очень много боли, собственной уязвимости, добраться до которой в терапии сложно, очень сложно, а в тяжелых случаях, порой, и невозможно. И чтобы человеку помочь — туда, в эту уязвимость надо потихоньку начать заглядывать. Замечать количество — иногда ужасающее количество — пятен на «белом» плаще. Делать трудную душевную работу — раскаиваться, признавать в некоторых случаях непоправимость произошедшего, учиться всему, что не случилось в детстве, сострадать — себе-в-прошлом, себе, затем и другим. Взрослеть, брать ответственность, учиться контролировать импульсы. Кому-то везет, и травма затрагивает лишь какую-то часть идентичности, а в каких-то случаях мы говорим о тяжелом нарциссическом расстройстве личности, а иногда и социопатии. В каких-то случаях работа принесет плоды, в каких-то будет бесплодной.

Но что делать тем, кто от газлайтинга (и, как правило всего остального, что его сопровождает) пострадал? Если речь идет о взаимоотношениях двух взрослых, то, пожалуй лучшее, что мы можем сделать для своей самозащиты когда мы видим тщательно выгуливаемое чужое белое пальто — это максимально далеко дистанцироваться.

Иногда хватает просто четко поставленной границы: «я не буду с вами про это говорить, у меня другое мнение», «давайте не затрагивать в общении эти чувствительные для нас темы», «у нас разная информация и разные версии событий». Это может хорошо работать и при этом вполне позволяя отношения сохранять в других областях, если хочется.

Сложнее в рабочих, когда газлайтит, например, начальник. Здесь уже есть неравенство власти и зависимость, с одной стороны... С другой, как правило, есть факты, выполненные задачи, рабочие инструкции и начальники над начальниками, и к этому бывает можно апеллировать, хотя иногда здесь уволиться — лучший способ дистанцироваться. Работать в токсичной атмосфере такое себе.

Смотреть на факты вообще очень полезно. Основная проблема газлатинга в том, что, если мы длительное время в этой атмосфере жили — у нас сильно страдает способность тестировать реальность и верить самому себе. Слова других людей становятся для нас ведущим аргументом, мы верим им слепо, а вот себе отвыкаем доверять и привыкаем чуть что — обрушиваться в ощущение собственной вины.

Поэтому важно, во-первых, дать себе возможность слегка остыть. По возможности выйти из ситуации, закончить разговор, выдохнуть. А во-вторых — обратиться к фактам, нет, не за тем, чтоб потом запихнуть их другому в глотку — он будет отплевываться, а для того чтобы свериться с реальностью — я правда плохой работник? Супруг? Друг? Какие факты за это, а какие против? Что именно я делал, как долго, сколько раз?

Самое важное — вернуть себе самого себя. Доверие к себе, к своему праву думать, чувствовать именно так. И поступать сообразно своим потребностям, защищая в первую очередь себя. И вот это очень непросто, особенно в детско-родительских и абъюзивных супружеских отношениях. Здесь речь идет о тех, кто очень близок, о тех, кого любим, тех, кому доверились. Часто о тех, кто воспитал, а сейчас сам стал стар, уязвим и нуждается в заботе.

И здесь часто хождение по кругу. Кого выбрать, их или себя? А может все таки правы они? А если я, а они этого не признают, то как с ними быть дальше, как с ними вообще общаться? Поэтому так часто возвращаются к абъюзерам, в том числе. Нужно время и взгляд со стороны, и часто не один, не два взгляда — чтобы увидеть как сильно в отношениях все не так.

Тут могут помочь разговоры с друзьями, психологами, варианты «давай поживем немного отдельно». И время.

Но самое важное, пожалуй, что хочется тут сказать... Нарциссические защиты сильны, и как людям «правду» в глотку не пихай — если они не готовы ее заметить и признать — ничего не поможет. У каждого своя правда, и если эта «правда» другого о том, что «ты слишком глупая чтобы понять» причиняет боль — лучшее, что можно сделать — отойти на такую дистанцию, чтобы это вас не ранило. Иногда это подразумевает полное прекращение отношений.