⬆️
Такому родителю ребенок неинтересен. Сидит там в своей комнате тихо — и славненько. Принес двойку, разбил чашку — идиот, получил пятерку, убрался дома — молодец. Иногда значительно жестче — «четверка не оценка, за пятерку не хвалят» (гимн моего детства), «второе место не первое», «ты должен...» долгий список того и сего, и «не должен...» того и сего, а чего хочешь ты сам и что ты там чувствуешь — вообще никого не волнует, поскольку «твой номер восемь, жди когда тебя спросят», «старших надо слушаться» и «я последняя буква в алфавите» (кстати, наоборот, первая, но это тема другого поста). Порой родители делают так, потому что просто сами замотаны до самой крайности и просто пытаются выжить, порой потому что поранены сами и не умеют иначе, порой — просто из собственной жестокости и способности отыграться на ребенке. И таким способом самоутвердиться и подпитать собственную слабенькую идентичность.

И да, газлайтинг может быть частью такого воспитания тоже.

В итоге следствием воспитания часто является довольно объектное отношение к самому себе и другим людям, а идентичность оказывается неразвитой, неинтегрированной и пораненной. Такой человек часто не чувствует себя ценным самим по себе, важно не то, кто он — а то какой он. Муж, родитель, работник, насколько он соответствует своей функции, как ее выполняет и «что люди скажут».

Мы не просто так говорим о нарциссической травме. Травма равно диссоциация, диссоциация — равно отщепление, потеря доступа к какому-то своему внутреннему опыту, материалу, эмоциям, потребностям. Способности осознавать в полной мере свои поступки и чувства, соприкасаться с ними, выдерживать их. И да, порой действие совершается как раз из диссоциированной части, но щас не про это. Травма может проявлять себя по разному, и травмы есть у всех нас.

Но в целом все мы склонны защищать свои раны и уязвимые места. Человеку с серьезной нарциссической травмой часто оказывается очень важно поддерживать образ «хорошего себя» в своих собственных глазах — гораздо важнее, чем находиться в истинном контакте с реальностью окружающих его людей и замечать свое не только позитивное, но и негативное влияние на них. Тем это сильнее — чем глубже травма.

Выдерживать чувство вины и/или стыда, возникающие у нас в норме, когда мы «плохие» поступки совершаем — такому человеку совсем невыносимо. Не просто неприятно, больно, противно с себя самого — а невыносимо. Признать что поступил плохо — равно воткнуть себе нож в спину, это разрушит все — картину мира, восприятие самого себя. Придется столкнуться со своей слабостью, уязвимостью, болью, стыдом, часто вполне реальным, с тем что навредил и конкретно... И это часто тем сильнее невыносимо - чем сильнее объективно нанесенный другим вред.

Если мы говорим о нарциссической травме, столкновение с реальностью поступка буквально делает плохим не поступок, а самого человека. Бьет в итак слабенькую и раненую идентичность. Ага, щаз, позволит тебе твоя психика с этим просто так столкнуться и это заметить.
продолжение завтра...