Пуууффффф!

Кажется, я вынырнула из примерно двухнедельного заныра в психофизиологию, провела вчера лекцию (и вроде как, меня даже поняли), - и на радостях разбила телефон.

Мозги пустыыые, голова тоже, о чем писать прям даже не знаю. Вот напишу мааленький кусочек, про то «как мы устроены» по мотивам все того же экскурса. И про отвращение.

Итак, есть у нас островковая кора, она же островок, она же инсула. Она относится уже к конечному мозгу, к высшим структурам, хотя и старым, и является своеобразным «привратником» при лобной области мозга. В нее сходится множество сенсорной информации, и она является своего рода интегративным хабом, одна из немаловажных (но далеко не единственных) задач которого — оценить возникающие ощущения, «что, собственно, происходит, что нам предлагают» и сформировать реакцию приближения: «о, мне предлагают что-то вкусное, мне это приятно!» — или отдаления: «фу, какая гадость, это опасно и противно, надо отстраниться! Ну, а если что-то и притягательно, и отвратительно - определиться с решением и выстроить безопасную дистанцию.

И вот именно эта реакция отдаления-отвращения и интересна в контексте людей с серьезной травмой в анамнезе. Отвращение классная и здоровая эмоция, которая предохраняет нас от отравления, от соприкосновения с чем-то ядовитым, токсичным, опасным для нас. И это касается не только протухшего мяса или еще чего-то материального, но и сферы отношений.

Естественно, это касается и социального научения, естественно рамки и границы отвратительного могут двигаться (чем и пользуются власть предержащие), но вообще, так-то у нас есть консенсус относительно отвратительного, постыдного, аморального поведения. Не убий, не укради, не изнасилуй, не унижай, не воруй, не обижай тех кто слабее. Порой какие-то совсем простые вещи. И если мы их распознаем как отвратительные, то мы в домике, мы на берегу прочитаем все красные флажки, посидим покумекаем и в опасные отношения не зайдем, даже если там рядом вкусные приманки разложены. Но то в идеале.

А на практике, все как обычно сложнее. Во-первых, рамку «допустимого» можно тихонечко сдвигать, особенно надавливая на иные чувствительные вещи, типа хорошей идентичности, или создавая дегуманизирующий нарратив. Да, убивать, насиловать и грабить нельзя и отвратительно, но то своих, а если чужих и чучуть, то наверное можно? Особенно если их убеждения это «бред сумасшедшего» и тлетворны и разрушительны для нашей светлой нации? Про все эти манипулятивные политтехнологии и пропаганду писать можно много разного, но коротко, как по мне — они отвратительны.

Хум хау, в этой манипуляции отвратительным мне уже видится определенная травматизация, давление, размывание границ и поляризация. Меня, когда я собаку дрессировала, четко научили — что нельзя, то всегда нельзя. Полезное. Потому что если чужих все-таки можно, тогда почему нельзя своих, но не близких? А потом и совсем своих?

Во-вторых, привет исследователям и функциональному МРТ. У людей с ПТСР объем серого вещества островковой доли снижен, а функционирует она с нарушениями. Инсула может быть гиперактивна (это приводит к чрезмерно сильному влиянию физических ощущений и эмоций на психологическое состояние человека), недостаточно активна (это приводит к диссоциации в виде потери контакта со своими телесными ощущениями и эмоциями) или гиперреактивна (в таком случае наблюдается чрезмерная эмоциональная реакция на внешние стимулы).
И — тадаааам! — у этой же когорты значительные проблемы с чувством отвращения и в принципе его распознаванием.

Что вполне объяснимо. Как правило, если мы говорим про (к)ПТСР, то мы по дефолту говорим о том, что человек длительное время находился в ненормальных, отвратительных условиях. Рос в них и развивался, возможно был принужден совершать отвратительные вещи, например, под угрозой потери жизни. Был вынужден цепляться за немногое хорошее, что было, просто в целях собственного выживания. И как тут не сформировать толерантность к отвращению, если от отвратительного нельзя уйти, его нельзя забороть? Просто перестать это отвратительное распознавать?
⬇️