Как писать статьи о воспоминаниях участников боевых действий?

Вне контекста вооруженного конфликта у исследователя, собирающего частные воспоминания комбатантов, появляется необходимость публиковать обработанные материалы. У меня много остается "в столе" по различным причинам. В том числе не самую последнюю роль играет аффилиация, с которой я могла бы их издать (и, скорее всего, это будет ВШЭ). Для одной журнальной статьи -- мало места, для одной книги -- много места, из-за которого могут последовать непредсказуемые реакции.

🔘Поэтому я искала подборку статей о воспоминаниях из разных войн. Мною была обнаружена статья австралийской исследовательницы Кристин де Матос из Университета Нотр-Дама "Оккупанты и оккупированные: связь воспоминаний" / "The Occupiers and the Occupied: A Nexus of Memories" (2006). Не могу назвать ее текст образцовым, но автор с присущей ей публицистической манерой буквально вшивает воспоминания в академический текст об оккупации Японии союзниками. Оккупация началась в 1945 году и закончилась в 1952 году (за исключением Окинавы). Оккупационные силы Австралии прибыли в начале 1946 года в составе контингента Оккупационных сил Британского Содружества (BCOF). На пике своего присутствия в 1946 году Австралия предоставила BCOF почти 12 тысяч военнослужащих, а в ходе оккупации в ней приняли участие 45 тысяч австралийцев.

Де Матос пишет:

Память: спорная, непостоянная, избирательная, относительная. Главные герои по-разному помнят приход оккупационных войск, и тем не менее память можно использовать для обогащения и (опровержения) исторических записей; для напоминания себе о том, что исторические события оказывают как долгосрочное, так и краткосрочное влияние на жизнь людей в различных аспектах.

Австралийская община была переселена в Японию, например, в Ниджимуре, вместе с домами, магазинами и школами, существующими отдельно от японцев, но взаимодействующими с ними. Это особое явление в истории австралийской военной оккупации и поддержания мира.

👆Автор буквально предупреждает читателя о том, что некоторые воспоминания, которыми поделились с ней японцы, отражают в прямом смысле "темную сторону оккупации". Респондент Мацуно Сейсо работал в эскадрилье гидроциклов BCOF в качестве члена экипажа небольшой лодки. Рулевым всегда был австралийский солдат. Мацуно вспоминает, что одним из главных барьеров между австралийцами и японцами был язык, а язык, особенно в условиях оккупации, приравнивался к власти. Разочарование в общении, усугубленное появившимися тогда историями о жестоком обращении с австралийскими военнопленными со стороны японских солдат, часто приводило к не менее жестокому обращению с японскими рабочими со стороны австралийских солдат, особенно в начале оккупации. Однако те, кто мог говорить на языке оккупанта, "мог вернуть себе некоторый уровень свободы воли и договорной власти" и, как правило, жили немного лучше.

🔘Де Матос приводит в своей статье множество фрагментов из записанных интервью. Она выстраивает свой нарратив, основываясь на персональных эмоциях и собственных ощущениях от полевых исследований ("Во время моего первого визита в Японию в 1986 году я влюбилась в эту страну, людей и культуру"). Ее фигура в тексте выглядит эмоционально ангажированной, а само повествование то и дело проваливается в частные воспоминания респондентов. Но это все не лишает статьи исследовательской ценности -- она умело анализирует нарративы, вписывая их в историко-политический контекст событий прошлого.

#антропологияпамяти
#культурнаяпамять
#интервью
#память