Я еще немного, обещаю. И вернусь к политике памяти.
В 1989 году Грозный оставался преимущественно русскоязычным и многонациональным: русские составляли около 52,9% населения Грозного, чеченцы — около 30,5%. В Чечено-Ингушетии в целом русских было 23,1%. Люди вместе учились, работали на нефтяных предприятиях, жили в одних дворах, на одной улице.
Но! Если вспоминать советский Грозный, легко получить впечатление, будто чеченцы постоянно женились на русских. Статистика показывает обратное. В 1989 году 93,7% чеченских семей в Чечено-Ингушетии были однонациональными. По РСФСР — 88,5%. То есть смешанный брак был хорошо заметен в самом Грозном, но для чеченского общества в целом оставался меньшинством.
И была сильная гендерная асимметрия: чеченец + русская женщина встречались гораздо чаще, чем чеченка + русский мужчина. Это подтверждают и интервью бывших жителей Грозного, и современные исследования. Один московский чеченец вспоминал буквально: «Всегда женились на русских».
Поэтому классическая чеченская шутка про смешанный брак направлена именно в эту сторону.
У Болы из Элистанжи спрашивают:
— Что будет, если я женюсь на русской?
Ответ:
— Трудно сказать. Но три раза в день щи будешь есть точно.
Анекдот приводит этнограф Ян Чеснов в своей работе «Над чем смеются чеченцы?» именно в разделе о том, как русские выглядят в чеченском этническом юморе.
Но почему таких анекдотов мало? Чеснов отмечает, что в чеченском традиционном юморе почти отсутствуют скабрезные сюжеты и анекдоты о супружеской неверности. При огромном количестве шуток о мужьях, женах, сватах, стариках и семейных отношениях интимная сторона брака почти не отражена в комическом жанре. То есть русская жена могла быть предметом подкола — щи, язык, бытовые привычки. Но подробно шутить о том, что происходит между ней и чеченским мужем, уже невозможно. И сравните с русским фольклором, где муж-жена-любовник-теща образуют чуть ли не отдельную вселенную анекдотов. Я не любитель анекдотов (кроме политических), так что поправьте меня.
Чеченец, много лет женатый на русской Светлане, рассказывает журналисту о русской родне:
«Теща в жизни не видела меня ни в трусах, ни в шортах, я никогда не позволяю по отношению к ней никаких шуточек, какие обычно в ходу у русских зятьев».
Русская жена могла сама становиться более «чеченской», чем ее муж. Чеченский продюсер Газимагомед Сахаев рассказывает на Мосленте (в 2020 году) о своей русской жене: именно она напоминает ему и детям о чеченских корнях и готовит чеченские блюда. То есть русская жена становится домашним хранителем чеченской идентичности.
@inmemorych