В гостиной говорящие часы настойчиво пели: тик-так, семь часов, семь утра, вставать пора! — словно боясь, что их никто не послушает. Объятый утренней тишиной дом был пуст. Часы продолжали тикать и твердили, твердили свое в пустоту: девять минут восьмого, к завтраку все готово, девять минут восьмого!
На кухне печь сипло вздохнула и исторгла из своего жаркого чрева восемь безупречно поджаренных тостов, четыре глазуньи, шестнадцать ломтиков бекона, две чашки кофе и два стакана холодного молока.
— Сегодня в городе Эллендейле, штат Калифорния, четвертое августа две тысячи двадцать шестого года, ...
Так начинается один из самых знаменитых рассказов Рэя Брэдбери, «Будет ласковый дождь». В рассказе цитируется одноименное стихотворение Сары Тисдейл. На мой вкус, его перевели слишком помпезно, если можешь, читай лучше оригинал.
And not one will know of the war, not one
Will care at last when it is done.
И никто, и никто не вспомянет войну —
Пережито-забыто, ворошить ни к чему.
Хотя зачем нам перевод Льва Жданова, когда есть отличный перевод Виктора Цоя:
Красная-красная кровь –
Через час уже просто земля,
Через два на ней цветы и трава,
Через три она снова жива.
Вообще после просмотра «Одиссеи» Кристофера Нолана стало интересно, как далеко в историю уходят идеи пацифизма. Вот у Гомера еще их будто не было. Когда же они появились?