Проходила ремастер Syberia из 2002 года — мне кажется, для многих в нашем поколении «тм» это была одна из первых игр вообще. Тогда она произвела огромное впечатление и навеки в сердечке.

Но еще заметила то, что в детстве заметно не было. Главная героиня — Кейт Уокер, молодая юристка из Нью-Йорка. Она приезжает в красивый альпийский городок, чтобы оформить продажу местной фабрики автоматов мега-корпорации. Автоматы в городке внедрены в жизнь повсеместно, это лифты, замки, музыкальные инструменты, водители поездов. В мире игры есть технологии — например, мобильные телефоны. Но все это — совсем не то же самое. Автоматы не делают жизнь удобнее, проще или эффективнее — они делают её ✨волшебнее✨

Кейт — из Америки, в которой есть только прагматизм, контракты, правила, пластик, эгоизм, безвременье, глупость и погоня за прибылью. И она попадает в новый мир, полный истории, предметов, переживающих вечность, гениальности, гуманизма, любви и погони за мечтой. Короче говоря, идеалов, буквально определяющих жизнь людей. Это не настоящая магия, но она ощущается, как что-то магическое.

И вот Кейт втягивается в историю, становится частью чего-то, что началось сотни лет назад — едет на поезде, ищет гениального и не от мира сего инженера, который оставил своих автоматов по всей Европе, и понимает, что все, что она раньше считала важным, не имеет ценности. А что имеет? Реальный поезд, реальный фантастический мир, реальное путешествие, но путешествие не грустное и отчаянное, не от неприкаянности, а, напротив, потому что в этом путешествии только и бьется что-то живое в этом мире фальши и всякой глупости.

Это история про мечты, безумие и вещи, которые придают жизни смысл на чисто индивидуальном уровне. Кейт Уокер оставляет позади все: маму, бойфренда, друзей, работу, чтобы прыгать с поезда на поезд, чтобы бесконечно путешествовать в поисках того, чего никогда найти, конечно, не получится — ведь сам путь и есть то, что ты ищешь. Её пытаются вернуть обратно, но она уже никогда не вернется.

И вот что забавно. Европа в Syberia полу-выдуманная: вроде Франция, но город выдуманный; вроде был СССР, но фабрика выдуманная; вроде похоже на правду, но все же это не правда. Это клюква, то, какими эти места воображают те, кто никогда там не был. Но для Кейт Уокер любая Европа — выдуманная; Кейт — это осколок мира без истории, без чего-то существенного, за что человеку можно было бы зацепиться. Эта Европа оказывается для неё магическим миром, наполненным удивительными историями, красивыми пейзажами и магическими автоматами — и тут на самом деле неважно, реальная это Европа или нет, для Кейт Уокер, человека из пластикового мира ложных ценностей, это все — фантастика, сказка, страсть.

В своем роде эпистемологическая фантазия: мамонты обретут реальность, если найдется кто-то достаточно безумный, чтобы в них поверить. Реальность будет такой, какой ты осмелишься её себе вообразить.

Но в современном мире рассуждать об отношениях человека и технологий, кажется, еще страшнее, чем в нулевых. Тогда еще о чем-то мечталось, сейчас же технологии несут в себе только экзистенциальную тревогу: разрушают связи между людьми, создают зависимости, оглупляют, и все такое прочее. Вещи в мире Syberia буквально дают сдачи: они сопротивляются, обладают агентностью, направляют действия людей, напоминают, что граница между социальным и технологическим по большей части тоже выдумана. Материальный мир — это именно то, что удерживает нашу реальность от окончательного распада. Но сама по себе технология не несет в себе потенциала разрушения, она может быть созидательной — если создана из любви, для того, чтобы помогать людям, устанавливать с ними осмысленные связи.

Хорошая оптика, чтобы думать о разнообразных всяких технологических новинках — это что-то, о чем мы мечтаем? Допустим, это прогресс; но прогресс кого и куда? Это что-то, что может присниться нам в самом прекрасном сне? Приближает ли это нас к фантастическому миру, в который хочется попасть? Делает нас лучше? Восхищает, удивляет? Если нет, то, вполне может быть, можно заняться чем-то еще.