Впрочем, не только для греков была характерна подобная дихотомия, да, в общем-то, Леви-Стросс изучал и не их, но различные первобытные племена. Вот и китайцы, как пишет антроп. Дж. Скотт (2020 [2017]), «использовали [эти] определения … чтобы различать варваров», для которых одомашнивание «означало изменение статуса … с „сырого“ (враждебного) на „приготовленный“ (дружелюбный)».

Итак, по мнению структуралистского дискурса, смена обряда на кремацию в случае взрослых у греков была призвана подчеркнуть принадлежность к «приготовленному». Впрочем, как мы помним, далеко не все половозрелые умершие предавались огню, однако и тут есть система: Видаль-Накэ предлагает вспомнить, что и после битвы при Марафоне «афинские граждане были кремированы, а тела платейцев и афинских рабов, которые вместе с афинянами, но не в одном строю с ними, были погребены».

Согласно Павсанию, «на [Марафонской] рав­нине есть моги­ла афи­нян … и дру­гая моги­ла для бео­тий­ских пла­тей­цев и для рабов», как пишут проф.-клас. Д. Курц и проф. клас. арх. Дж. Бордман (1971), раскопки от 1970 г. демонстрируют именно это: что «тела [афинян] были сожжены», тогда как во втором погребении «мёртвых … погребли». Итак, чужаки и тем более рабы, как и дети, относятся к «сырому» и потому, подобно им, предаются земле, а не огню. Характерно, в то же время, что это не жёстко обусловленная, непроницаемая ситуация, там нет обречённости: все упомянутые имели возможность дослужиться до такого статуса, который позволяет кремацию, достичь её при помощи продвижения на социальном лифте, в ходе акта социальной мобильности.

Впрочем, отмечает Моррис, находку эту, как, собственно, и вообще почти всякую, конечно же ни в коем случае нельзя чрезмерно экстраполировать, делать на её основе слишком уж далекоидущие обобщения, например, приписывая такие практики всей Греции или даже миру в целом. В прошлом подобные мегаломанские наклонности уже сослужили антропологам дурную службу, заставив их сочинять глупости навроде первобытного матриархата или умирающего-воскресающего божества, и т.д. и тп., которые оказались если и верны, то лишь для крайне локальных регионов, где и были изначально обнаружены.

С другой стороны, как пишет Зайцев (2005 [1977?]), проф.-клас. и рел. А. Дитрих (1905) среди обычаев упоминает «один из них, распространенный по всему земному шару», который «имел место и в Греции … Речь идет об обычае погребения маленьких детей несожженными, в то время как в Греции, начиная с архаической эпохи, нормальным способом погребения становится трупосожжение».

По мнению Зайцева, «трупосожжение являлось для греков средством обеспечить душе умершего благополучный переход в царство Аида … гарантировало, как правило, [его] близким … спокойствие и безопасность от возможного в противном случае возвращения души усопшего, совершения ею каких-либо враждебных действий.

#cremation
⬅️⬆️ «Почему христиане запрещали кремацию, а греки считали, что её нужно заслужить?», 4/14 ⤴️➡️