Семантически слова, означающие «правое», почти всегда выражают идею силы, ловкости, искусности, интеллектуальной «правильности», верности суждений, «справедливости», моральной цельности, благополучия, красоты юридической нормальности; с левым — всё равно наоборот. Верно это и для русского языка, где есть такие слова как «правильный», «праведный», «правление», и, напротив, «левак», «пускать налево».

«Правые» слова, продолжает Р. Эрц, «перед тем как стали обозначать одну из сторон тела, выражали идею действия, которое прямо достигает цели по нормальному и безопасному пути в противоположность движению по пути кривому, окольному и неудачному»; этот смысл иной раз встречается и поныне, например, существует т.н. «Путь левой руки» в восточных эзотерических практиках, а также в оккультизме А. Кроули.

Если же «с помощью сравнительного метода выяснить, из какого источника происходят эти значения, мы увидим … один смысл … для правой стороны — это идея сакральной власти, надежной и благотворной, основа всей эффективной деятельности, источник всякого добра, процветания и справедливости; для левой — это единство профанного и скверного, идея бессильного и немощного, а также зловещего и устрашающего».

Левой зато можно колдовать, с ней «непосредственно связано все демоническое», в ней «всегда есть что-то оккультное и незаконное. «Слишком умелая и ловкая левая рука — признак противления порядку … всякий левша — возможный колдун, которому не стоит доверять». Итак, «левая рука — рука вероломства, предательства и обмана», так, у Плавта требуют подать руку, но не правую, а «другую»: «Левая где, воровская?»

Древним грекам также было присуще вполне общепринятое восприятие правого и левого. «То, что в Илиаде и Одиссее находилось в разрозненном виде, пифагорейцы систематизировали», пишет структ. и д.ф. Видаль-Накэ. В аристотелевской «Метафизике» приводится таблица противоположностей, т.н. систойхия (συστοιχία), «составленная из десяти главных оппозиций, в которые „некоторые пифагорейцы“ укладывали всю действительность»: согласно ей, с одной стороны находится правое, мужское, нечётное, конечное, единое, покоящееся, добро, свет, прямое и квадратное (оформленное), а с другой — левое, женское, чётное, бесконечное, множество, движущееся, тьма, кривое и продолговатое (бесформенное). Надо полагать, что таблица эта является чем-то вроде «изъявления (expression) или же рационализации … древнейших греческих воззрений».

«Дуализм левого и правого, столь четко обозначенный у пифагорейцев, в действительности пронизывает всю греческую философскую мысль V в. до н. э.», продолжает Видаль-Накэ: «Мы имеем дело с традицией настолько мощной, что ее одной … достаточно, чтобы объяснить, почему древние греки имели обыкновение идти в наступление правым крылом войска … потребовалась настоящая революция, чтобы … бросить вызов традиции, которая все еще была столь жизненной».

В наши дни кажется очевидной мысль, что правое и левое практически не отличаются, что это относительные понятия, социальные конструкты (впрочем, с другой стороны, ещё в Совдепии сурово и безжалостно переучивали левшей). Однако для того, чтобы это стало тривиальностью, понадобилась долгая и кропотливая работа, которая осуществилась именно в Греции.

Ни в каком другом месте традицию предпочтения правого левому превзойти бы не смогли, да попросту бы и пытаться не стали. Как пишет д.ф.н. А.И. Зайцев, «в огромном большинстве дописьменных и догосударственных обществ … традиционные нормы очень жестки: они определяют еще при рождении ребенка его будущее место в обществе». Только в классической Греции сложились обстоятельства, позволившие «разрушение жестких традиционных норм поведения индивидуума» и преодоление тирании традиции, «которая … управляет поведением человека гораздо эффективнее, чем любой тоталитарный режим».

Уже Геродот отмечал, что эллины «с давних пор … отли­ча­лись большим по срав­не­нию с вар­ва­ра­ми благоразу­ми­ем и свободой 💳читать далее…