Классовые аспекты белоруссизация. Часть 3

Есть соблазн увидеть в белоруссизации элементы попаданческого романтизма: спасаем Малюту Скуратова, за ним Колчака, потом вместе с ними Сталина и строим галактическую империю гипербореев с Вассерманом и Сигалом. Что намекает на то, какую литературу читают историки из хрустальных замков.

Белоруссизация способствует переходу от (после)классового постиндустриального общества к феодальному сословному обществу (если не кастовому) .
Переход от классового строя к сословному начался еще в 2008 году в рамках перехода от граничащей с минархизмом модели к неумеренному этатизму. Начатый в 2020 курс соответствует радикальным трактовкам этатизма, основывающимся на архаистской позиции.

Замена "рыночной", европейской культуры коррупции кумовством превращает чиновников и силовиков в сословия. На переход к сословному строю обращает внимание введение формы для представителей ведомств и даже работников суда (да, Россия теперь аниме).
Ведомства могут легально формировать квоты на обучение в ВУЗах для родственников. Тем самым подкрепляется отделение чиновничества и силовиков от представителей низших сословий, что также соответствует запросу системы на герметизацию.

Наглядно видна борьба системы с инсайдами, утечками, плюрализмом мнений, что формирует образ диктатуры.
Описанная в прошлом посте перестройка классовой модели также прячет от глаз общественности коррупцию и реальный рейтинг богатейших людей страны.
В рамках герметичной системы возможен переход от модели "башен" к модели домов, более соответствующей феодальной природе полученного государства.

Как во времена Петра, Ивана Грозного или Сталина, надстройка начнет лезть в базис.
Только в данном случае вместо модернизации экономики мы получим её архаизацию, пускай и цифровую. Результатом станет воскрешение Русского поля экспериментов и неизбежный крах полученной модели в первую очередь по причине нарастания конфликтов вследствие герметизации сословий, не имеющих базового понимания ни экономических реалий постиндустриального мира, ни общественных настроений.

Как инструмент внутреннего империализма, белоруссизация является катализатором классовой борьбы: зацементированные классы, угнетенные каждый по своему начнут борьбу между собой, что повлечет экономические и социальные последствия.

С учетом широкого распространения антиэлитарных настроений и насаждения обществу идеологии ненависти (пускай к Западу, но куда вывернется неизвестно), отдельную опасность для стабильности системы создаёт возрождение в полученной модели классического марксистского пролетариата. При этом "элоям" не следует радоваться, для человека с доходом 17 тысяч зажиточным мещанином является человек с доходом 50, в то время как предсредний класс воспринимается как буржуи-богатеи. Таким образом, не имеющая вооруженной охраны и подконтрольных ЧВК, интеллигенция с наибольшей вероятностью станет первой жертвой леворадикальных погромов (так как "богатые" и пятая коломна).

Сообразно восприятию сверхэтатизма номенклатурой, белоруссизация отменяет общественный договор, соответствуя восприятию государства как носителя права сильного, никому ничего не должного (при сохранении права на разовые выплаты и материальную поддержку госкапитала с вовлечением населения через льготные программы), но все должны Родине (а точнее ее аватару - номенклатуре). Поэтому последствия белоруссизации напрямую зависят от способности общества к консолидации. Так, успешная белоруссизация повлечет радикализацию гоббсовской войны всех против всех. Результатом неизбежной смерти дикатора станут погромы, войны, революции. В условиях развитого общества перед угрозой диктатуры можно было бы допустить объединение интеллигенции, низов, коррумпированного среднего чиновничества и даже части олигархии (положение каждой из обозначенных групп существенно ухудшится в рамках белоруссизации), что позволило бы сохранить государство. Однако с учетом потрясающей способности российского общества к консолидации на примере реакции на присуждение премии Муратову, наиболее вероятен первый вариант.

Наивная политология