Ⳙⲅⲣⲁ ⳝⲟⲅⲟⲃ [ЗАКРЫТО]

Channel name was changed to «Ⳙⲅⲣⲁ ⳝⲟⲅⲟⲃ [ЗАКРЫТО]»

Channel photo updated

Channel name was changed to «Ⳙⲅⲣⲁ ⳝⲟⲅⲟⲃ [ЗАМОРОЗКА]»

Ⳙⲅⲣⲁ ⳝⲟⲅⲟⲃ [ЗАКРЫТО] pinned a photo

❗️ ВАЖНО ❗️
   С вами на связи я — Хельга.
Пришла я сюда, к сожалению, не с главой, а с рвущей сердце на части новостью:
—————————————
      ❗️Проект «Игра богов» будет заморожен на неопределенный срок❗️
—————————————

Это не первоапрельская шутка, а суровая реальность...
Как и для меня, так и для тех, кто успел проникнуться героями и единственной имеющейся в серии книгой в целом.

❗️В чем причина?

  Причина настолько же проста, насколько и ужасна (во всяком случае, для меня как автора):
  Я выгорела. Да. Мне не лень. Я просто выгорела.
  Мне очень, до боли, жаль, что я, возможно, не оправдаю ваших ожиданий по поводу второй части...
В последние дни актива на данном канале я писала главы через «не хочу». И я в этом добровольно сознаюсь.
Можете кидаться в меня помидорами, называть меня безответственной.
Я в последние дни, когда писала главы, понимала, что просто устаю от героев, но вместе с тем осознавала, что должна оправдать ваши надежды.
Извините.
Также вторую половину причины составляет то, что эмоционально я сейчас переживаю отнюдь не лучший период своей жизни + работаю над более важным для себя и моей искалеченной почти вхлам души проектом, который фигурировал здесь раннее.
Ещё раз извините.
Тем более преданные(?) читатели.

❗️Какие прогнозы?

  Положительных — пока никаких.
Серьезно.
0.
Шансы того, что я обойдусь лишь временной заморозкой проекта, потом к нему вернусь и того, что проект будет закрыт навсегда — 50/50.
Я никому не хочу давать ложных обещаний.
Никого не хотела и не хочу разочаровать.
Но я правда выгорела от этого проекта.
—————
Очень надеюсь на то, что вы, дорогие мои читатели и коллеги по перу, проявите понимание и благодарность за тот кусочек мира, который я вам успела подарить.
—————
Всем всего наилучшего. Надеюсь, ещё встретимся здесь.

— Ваша Хельга Оруэлл.
(Надеюсь, не в последний раз)










——————
Пока этот проект будет в заморозке и будет решаться его судьба, предлагаю вам примкнуть к читателям моей новой книги — «5:30» ( это тот самый проект, фигурировавший здесь раннее, работа над которым сейчас как раз активно идёт)

— Ты знаешь. — Она кивнула. — Тогда ты понимаешь, что здесь не просто бандиты. Здесь секта. Настоящая, со своей верой, со своими ритуалами. И Агностис — её центр. Убей его — культ рухнет.
— Я не убийца.
— Тогда он убьёт тебя. Или твою семью. Выбирай, гринго.
Она протянула руку и сунула мне что-то холодное. Нож. Небольшой, охотничий, с чёрной рукоятью.
— Не пригодится, — сказал я, но взял.
— Посмотрим. А теперь уходи. Они скоро будут здесь.
— Кто?
— Люди Хоффмана. Тот, с длинными волосами, который сторожил тебя в подвале, — он работает на Агностиса уже пять лет. Он знает все убежища. Он знает эту церковь. Он придёт.
Я хотел спросить, как ей удаётся так много знать, но не успел. Снаружи послышались голоса. Много. И шаги — тяжёлые, уверенные.
— Чёрный ход, — женщина указала на дверь за алтарём. — Иди. Я задержу их.
— Но они убьют тебя.
— Я уже мертва, — она улыбнулась. — С тех пор, как убили моего сына. Иди. Живи за нас двоих.

Глава 6. «Чужие среди своих»

Тейлор

Я стоял, прижавшись спиной к шершавой стене, и слушал, как затихают шаги. Сердце колотилось где-то в горле, лёгкие горели. Потом — тишина. Только где-то далеко лаяла собака да из открытого окна на втором этаже доносилась приглушённая музыка — та самая злая бразильская фанка, от которой хотелось бежать ещё быстрее.
Я облизал пересохшие губы и осторожно выглянул из угла. Улица была пуста. Только мусор перекатывался по асфальту, да бельё на верёвках мерно покачивалось на ветру. Ни следа Матеуса, ни других охранников.
Я двинулся дальше, стараясь держаться теней. Ноги дрожали. Не от страха — от слабости. Я не ел с самого утра, а солнце уже клонилось к закату.
Фавелы жили своей жизнью. Дети гоняли мяч по разбитой площадке, женщины перекрикивались через улицу, мужчины чинили мотоциклы, не поднимая голов. На меня почти не смотрели. Чужак здесь был не редкость — туристы иногда забредали по глупости. Но их быстро выводили. Или не выводили.
Я свернул в очередной переулок и чуть не налетел на группу парней, сидевших на корточках у стены. Они играли в карты. Увидели меня — переглянулись. Один, самый молодой, с косичками дредами, ухмыльнулся.
— Эй, гринго, заблудился? — спросил он на ломаном английском.
— Ищу выход к набережной, — ответил я, стараясь говорить спокойно.
— Выход там, — он кивнул куда-то за мою спину. — Десять минут прямо, потом налево, потом вверх по лестнице. Но тебе туда не надо.
— Почему?
— Потому что там стоят люди Хоффмана.
Я вздрогнул. Имя прозвучало как пощёчина. Значит, они уже здесь. Ищут меня.
— Кто такие Хоффманы? — спросил я, притворяясь, что не знаю.
Парень с дредами усмехнулся, бросил карты на землю.
— Не прикидывайся. Мы знаем, кто ты. Тот, который влез в дела «Богов смерти». Тот, который посадил старшего Хоффмана. Теперь младший хочет твою голову.
— Откуда вы знаете?
— Здесь все знают, — он махнул рукой в сторону улиц. — У новостей длинные руки. А у фавел — длинные языки.
Он встал, подошёл ко мне вплотную. Я напрягся, но он не ударил. Только заглянул в глаза.
— Ты храбрый, гринго. Или глупый. Не знаю. Но если хочешь выжить, слушай меня. Не ходи к набережной. Они там перекрыли выходы. Иди вверх, к старой церкви. Там укрытие. Там женщина, которая помогает таким, как ты.
— Каким?
— Потерянным, — он усмехнулся и вернулся к картам. — Давай, исчезай. Мы тебя не видели.
Я не стал спрашивать, почему он помогает. Просто кивнул и пошёл вверх по лестнице, которая уходила в холм.
Лестница была бесконечной. Ступени стёрлись, кое-где отсутствовали, приходилось перешагивать через провалы. Пот заливал глаза, но я не останавливался. Только когда ноги начали подкашиваться, я позволил себе перевести дух.
Впереди показалась церковь. Маленькая, старая, с облупившейся колокольней и покосившимся крестом. Внутри горел свет — тусклый, жёлтый, свечной.
Я толкнул дверь и вошёл.
Тишина. Только потрескивают свечи. В углу, на скамье, сидела женщина. Лет сорока, с усталым лицом и чёрными, как уголь, глазами. В руках она держала чётки. Увидела меня — не удивилась.
— Садись, — сказала она по-английски с сильным акцентом. — Я знала, что ты придёшь.
— Откуда?
— Тебя ждали. Агностис сказал, что ты будешь искать убежище. Что ты заблудишься в фавелах и придёшь в единственное место, где горит свет. — Она усмехнулась. — Он знает людей.
— Ты на него работаешь? — я напрягся, готовясь бежать.
— Я работаю на себя, — ответила женщина. — Агностис платит мне за то, чтобы я сообщала, если кто-то чужой зайдёт в церковь. Но я не люблю, когда мне указывают.
Она встала, подошла ко мне. Я смотрел на неё и не знал, чего ждать.
— Ты похож на моего сына, — сказала она вдруг. — Такой же упрямый. Тоже лез, куда не надо. Тоже думал, что победит зло.
— И что с ним случилось?
— Он умер. — Она сказала это обыденно, будто речь шла о погоде. — Агностис приказал. Говорил, что он предатель. На самом деле просто перестал верить в их бога смерти.— Танатоса, — выдохнул я.

Глава 5. «Буря внутри»


Стивен.

Я проснулся от тишины.
Это была неправильная тишина. Не та, когда все спят, а та, когда кого-то не хватает.
Я сел на кровати, потёр лицо. Вай спала рядом — дышала ровно, спокойно. Я не стал её будить.
Вышел в гостиную.
Джоан сидела на диване с телефоном. Смотрела в одну точку. Не листала, не играла — просто держала в руках черный, тонкий прямоугольник, блестящий в лучах солнца.
— Тейлор ещё не вернулся? — спросил я. Голос прозвучал хрипло, будто во рту была пустыня и каждое слово давалось с трудом, отдаваясь спазмом в горле.
Джоан подняла на меня глаза. В них было что-то, от чего у меня внутри кольнуло.
— Я думала, он с тобой, — сказала она.
Мы помолчали. Я подошёл к окну, раздвинул шторы. Солнце ударило в лицо — золотое, бразильское, наглое. Внизу у бассейна кто-то смеялся. Жизнь шла своим чередом.
Всё как всегда.
А моего сына не было.
— Набирай его, — сказал я, не оборачиваясь.
Джоан нажала вызов.
Гудок.
Гудок.
Гудок.
— Не берёт, — сказала она после пятого гудка.
— Ещё раз.
— Пап, я уже...
— Ещё раз, — настойчивее и холоднее потребовал я.
Она набрала снова. Та же история.
Я взял свой телефон. Тейлор не отвечал. Сообщение «Где ты?» повисло без ответа, точно лайнер, застрявший на мели в океане, где помощи ждать не от кого.
Я оделся за минуту. Джоан хотела идти со мной, но я сказал:
— Присмотри за мамой.
Вышел в коридор. Лифт спускался слишком медленно. Я пошёл по лестнице.
В лобби девушка за стойкой увидела моё лицо и перестала улыбаться.
— Доброе утро, сеньор...
— Мой сын. Шестнадцать лет. Не выходил сегодня?
Она застучала по клавиатуре.
— Номер 312? У нас нет отметок о выходе после восьми вчера. Может, он вышел через запасную дверь... Туристы часто теряют карточки.
— Может быть, — снисходительно пожала она плечом.
Я вышел на улицу. Жара ударила в лицо — сухая и тяжёлая.
Обвёл взглядом парковку, пальмы, дорогу, уходящую вверх, в фавелы. Дома там лепились друг на друга, как больные зубы. И где-то там, в этой бедламной тесноте, моя ночь потерялась.
И Тейлор.
Я набрал Пола. Он взял не сразу.
— Стив? Ты в Бразилии, я правильно помню?
— Пол, слушай. Он пропал. Тейлор.
Молчание. Я слышал, как он закурил — этот хриплый выдох. Он всегда курил, когда нервничал.
— С ночи? — спросил наконец он.
— С ночи. Ни смс, ни звонка от него.
— А местные?
— Что — местные? Полиция скажет: сам виноват, полез в фавелы.
— Виноват? — Пол хмыкнул. — Стивен, ты сам-то в это веришь?
Я не ответил.
— Ищи его сам, — сказал Пол. — Сейчас. Через час звони. Если не найдёшь — я поднимаю связи. У меня есть человек в посольстве.
— Спасибо, Пол.
— Не благодари. Живым привези.
Я повесил трубку первым, убрал телефон. Постоял секунду, глядя на фавелы. Потом зачем-то посмотрел на часы.
Половина девятого утра.
Тейлор пропал двенадцать часов назад.
Но даже это было неважно.
Я пошёл вверх по улице. Один. Без оружия. Без плана.
Только с одной мыслью: я не потеряю его снова.

— Эй, гринго! Стоять!
И топот ног, стремительно приближающихся.
Я сорвался с места, точно пёс с цепи, и дал деру. Нёсся по жаре, по узкой дорожке, зажатой между домиками, обливаясь потом, чтобы уйти от погони. Пару раз чуть не споткнулся, но продолжал бежать.
И когда ноги уже сами несли меня, когда казалось, что ещё секунда — и я взлечу, по курсу показался спасительный угол. Я тут же завернул туда и прильнул к стене, зажав себе рот рукой.
Только когда гонящиеся за мной пронеслись мимо переулка, я позволил себе выдохнуть и закрыть глаза, обмякнув телом.

Глава 4. «Начало блужданий»

Кап.
Кап.
Кап-кап-кап.
Я пришёл в себя в сыром подвале, сидя на стуле, связанный по рукам и ногам. Ноги и руки уже так затекли, что мне в моменте показалось, будто они вот-вот отвалятся.
Меня это начинало бесить. Особенно это дурацкое капание воды. Капли падали прямо на макушку.
— Мать твою, ну когда вы уже скажете, что это — шутка?.. — прошептал я в бессилии.
— Блин, можно как-то побольше экспрессии? А то скучно как-то, что ли... — басистый, с ленцой голос разорвал тишину.
Я резко обернулся на звук.
— Ты кто вообще?
Тот, к кому я обращался, вздохнул, поднялся со стула и сделал пару шагов ко мне. Теперь я разглядел его: скучающие карие глаза, длинные неопрятные чёрные волосы, смуглая кожа, мокрая белая рубашка и шорты цвета хаки. Обыкновенный бразилец. На первый взгляд.
— Тот, кому нужны деньги, — наконец ответил он и внезапно улыбнулся.
— Выходит, это похищение? У меня денег нет.
Мужчина хмыкнул. Улыбка сползла с его лица, но он выглядел скорее уставшим, чем злым.
— Деньги? — он покачал головой. — Нет, гринго. Это не бизнес. Это расплата.
Он отошёл в сторону, и я увидел, что в подвале был ещё кто-то. Тень в углу качнулась, и от стены отделилась фигура. Походка неторопливая, почти вальяжная.
— Он очнулся? — спросил второй. Голос низкий, спокойный, без акцента.
— Сам пришёл в себя, — пожал плечами первый. — Даже не пришлось водой поливать. Но молчит. Скучно.
Второй подошёл ближе. Короткая стрижка, тёмные очки, даже в полумраке. И татуировка на шее — та самая, которую я видел у Мантера. Круг. Солнце с треугольными лучами.
У меня внутри всё оборвалось.
— Вы из культа, — выдохнул я. — Но культ разгромлен. Хоффман в тюрьме. Вайден мёртв.
Второй снял очки. Глаза — серые, холодные, без блеска.
— Хоффман был моим братом, — сказал он ровно. — А документы, которые украл твой отец, стоили нам всего. Тридцать лет работы — коту под хвост. И теперь ты ответишь за это.
— Я ничего не крал, — процедил я сквозь зубы.
— Ты не крал. — Он кивнул на первого похитителя. — Обыщи его.
Тот шагнул ко мне, бесцеремонно запустил руку в карман джинсов. Я дёрнулся, но верёвки впились в запястья.
— Сиди смирно, — лениво бросил он, вытаскивая телефон. — Мы тебя не тронем. Пока.
— Чего вы хотите? — спросил я.
Второй — брат Хоффмана — сделал шаг к лестнице. Обернулся, посмотрел на меня так, будто я уже был трупом.
— Чтобы твой отец узнал, каково терять всё. Как мы. Когда он получит весть о тебе — пусть сам решает, что ему дороже: ты или его драгоценная правда.
Он ушёл. Шаги затихли.
Первый похититель остался сторожить. Он сел в углу, вытянул ноги и закрыл глаза — почти уснул. Или делал вид.
А я сидел в темноте, слушал капли воды и считал вдохи. Свои или его — уже не важно.
Раз. Два. Три.
Руки затекли окончательно. Но страха не было. Только глухая, холодная ярость.
Они не знали, что я уже выживал в подвале. И что я зол.
Стяжки больно впивались в запястья. Я начал тереть их о край стула — незаметно, по миллиметру. Металлический прут был шершавым, и я чувствовал, как капрон потихоньку поддаётся.
Время тянулось, как резина.
Раз — царапина на руке. Два — стяжка на левой руке лопнула. Три — я замер, услышав, как охранник заворочался.
Не проснулся.
Я аккуратно развёл руки в стороны. Пластик больше не держал. Ноги освободил уже дрожащими пальцами — узел на верёвке поддался после второй попытки.
Встать. Не грохнуться.
Ноги затекли так, что я чуть не рухнул. Ухватился за спинку стула, постоял секунду. Кровь застучала в висках.
Охранник всхрапнул.
Я шагнул к лестнице. Она скрипела под ногами, как больная десна. Каждая ступенька — риск. Но он спал.
Дверь наверху не была заперта. Просто прикрыта.
Я осторожно толкнул её плечом и вышел. Аккуратно спрыгнул вниз, осмотрелся — и только сейчас понял, куда вообще попал. В бесконечный лабиринт фавел.
Не успел я сделать и десяти шагов, как позади услышал яростное:

Мы с Джо оккупировали одну из комнат и начали разгребать свои вещи.
Когда с вещами было покончено, я выскользнул из номера и через минуту оказался на первом этаже, предварительно отпросившись у отца «на разведку».
Там практически никого не было, не считая двух администраторов, стоявших за стойкой ресепшена и о чём-то перешёптывающихся.
Там никого не было, кроме шума кондиционеров и витавшего в воздухе едва уловимого аромата ванили.
Я вышел на улицу и прислонился к одной из колонн, стоявших у входа, как ко мне подбежал человек, непроизвольно размахивая в руке каким-то листком.
Услышав торопливые шаги, приближающиеся ко мне, я инстинктивно напрягся и повернул голову в сторону бегущего, всеми силами стараясь игнорировать солнечные лучи, столь назойливо лезущие мне в глаза.
— Извините! А не подскажете..— я и не заметил, как мужчина уже подбежал ко мне, пихая мне в лицо эту самую бумажку и туча пальцем в какое-то место на ней, не договорив.
Четыре секунды — я отрубился, не успев даже осознать, что только что произошло.
Тихо, там, где свидетелем был лишь этот странный мужчина, я рухнул без сознания на пол.

Глава 3. «Чудесное начало»

Вот она. Бразилия, известная своей жарой, которая не щадит никого и ничего, своими умопомрачительным карнавалами с плясками от заката до восхода, а ещё и...очень-очень разговорчивыми людьми. Ну ладно, может, и не такими уж разговорчивыми, но от них веяло тошнотворным позитивом и оптимизмом за километр.
Это я понял, когда помогал отцу выгружать сумки и чемоданы из машины по приезде в отель.
И вот я выгружал очередную сумку, хотел было поставить её на землю, как моё плечо кто-то задел. Причем резко.
Я не должен какой-то жизнерадостной прохожей позволить испортить первый день моего отдыха после того напряжённого лета.
Нет-нет, не сейчас...
Я нацепил притворно-дружелюбную улыбку, что, очень наверняка, выглядело по-идиотски, и повернулся к ней. Точнее будет сказать, к причине будущего разговора.
Передо мной стояла обыкновенная бразильянка: смуглая кожа, цвета сухой земли, которую долго не поливали, черные глазки, очень напомнившие мне ту бездну, в которую меня толкнул Вайден в моем злополучном сне, белоснежные зубы, улыбающиеся во весь рот и худая фигура.
— Desculpe, — сказала бразильянка, улыбнувшись. Я ни черта не понял: португальский в школе я не изучал.
А тем временем девушка заметила моё замешательство, наклонила голову слегка вбок, и её белёсая улыбка тут же смылась с ее лица, точно ветром сдуло, — Извините. Вы, должно быть, американец? — спросила та на ломанном английском.
Я более чем уверен, что она поинтересовалась из вежливости, поскольку всю сознательную жизнь я был убежден, что бразильцы, если затевают диалог, практически никогда не дают собеседнику вставить хотя бы «да», вечно перетягивая все одеяло на себя. А здесь вот такое... Да ещё и вопрос.
Пришлось выпутываться — болтать у меня желания не было вообще.
Я поставил сумку на землю рядом с другой.
— Ну, что-то в духе того, — я дёрнул плечом, кинув опрометчивый взгляд на сумки, лежавшие между моими ногами и машиной, в которой лежали наши сумки и пара чемоданов, прежде чем продолжить, повернувшись снова к собеседнице, — Америка. Флорида.
— О, Флорида! — воскликнула она так, будто я только что сказал, что знаю Роналду лично и раздобыл пару билетов на его матч, — Там ведь жарко! — потом сделала паузу и продолжила с не меньшим воодушевлением, но уже с нотой хвастовства, — Но в Бразилии куда жарче.
— И люди куда болтливее, — съязвил я. Как-то само вышло.
И в ту же секунду на мое правое плечо мягко опустилась папина рука, потом раздался его вежливый голос,
— Извините, ради бога, за моего сына. Он ни коим разом не хотел Вас оскорбить.
Потом тот украдкой посмотрел на меня своим коронным «испепеляющим» взглядом, после чего снова обратился к девушке,
— Стивен. Будем знакомы, — учтиво представился он, протянув девушке руку, которую та тут же с азартом пожала.
— Па‌ула, очень приятно.
— Взаим... — и снова я хотел съязвить, но папа меня перебил, всячески пытаясь спасти и себя от позора, и бразильянку от итогового испорченного впечатления.
— Ну мы, тогда, пожалуй, пойдем, — улыбнулся он и отошёл.
— Конечно. Было приятно с Вами познакомиться! Надеюсь, ещё увидимся! И хорошего отдыха! — и девушка зашагала прочь.
Папа сунул мне в руку сумку, к нам подошли Джоан с мамой и мы двинулись к отелю. Молча. Папа вёз чемодан, держа в руке сумку, мы с Джо и мамой несли по большой сумке.
На подходе к отелю я поравнялся с папой, не взглянув на него, как и он на меня. Тот лишь бросил:
— Я разочарован в тебе, Адлер-младший... Хоть на стену лезь и волком вой.
— Чем же я тебя огорчил? — нарочито поинтересовался я, хотя прекрасно знал ответ.
— Своим неумением нормально разговаривать.
Я фыркнул и опустил взгляд в землю, которая уже сменилась идеально выстеленной ковровой небольшой дорожкой, поправив на плече сумку.
***
Номер был небольшим: две спальни с двуспальным кроватями, кухня, совмещённая с гостиной и балкон.

Н0ВАЯ 🔤🔤🔤 КНNГА 🤍

😗😁😢😭
😡😩😥🫣🤬😰
😢😭😳🥶😢🤬😅🥹
🥵🥶😨😰🤬❤️😚

1981 год.

Школьные коридоры, пахнущие мастикой, и золотое апрельское солнце на паркете актового зала.

«Серёжа ощутил руки Паши на своей талии. В этот раз они не показались ему грубыми. Напротив, в них была какая-то робкая нежность...»

🌼 Серёжа — скрипач. Каждую ночь он слышит во сне идеальную мелодию, но на утро она ускользает, оставляя лишь горечь.
🐚 Паша — мальчик на два года младше, неловкий, шумный и… виноватый в поломке любимой скрипки. По крайней мере, так думал Серёжа.

😊 Их заставили танцевать военный вальс. Один учит, другой спотыкается. Раздражение сменяется первым честным разговором, а вражда — тихим ритмом «раз-два-три».

Смогут ли они найти общий язык? 🌟 И чьи руки на самом деле порвали ту самую струну?

😄😨😭
🥺😳😖😩😄 ☺️
@melodyofyouth_official

рт пост.
вп 20+, по теме писательства и лгбт 0+
дни: гомофобия.
🐱 вп предлагать под этим постом 🐱

#Вп

Эстетики героев цикла «Игра богов»

1. Крис Мантер

«Достаточно им показать, что они не всесильны, как они сами отступят — ты и не заметишь»

2. Стивен Адлер

«Я столько лет пытался уберечь вас... Ради чего? Ради того, чтобы они снова пришли за вами, а заодно и за мной?...»

Этих героев я объединила в один «пост» не случайно.
Почему?
Потому что они оба в той или иной степени «попались», каждый из них по-своему несчастен, каждый из них вынес свой урок из встречи с одним врагом, — культом — который изменил их навсегда.

🤩 Дни рождения героев цикла «Игра богов»

•Тейлор — 15 мая
•Коннор — 25 июня
•Льюис — 5 апреля
•Джоан — 17 марта
•Рейчел — 18 декабря
•Стивен — 29 августа
•Пол — 17 ноября
•Крис — 27 июля
•Вайден — 14 февраля
•Хоффман — 31 декабря

3.5 месяца упорного труда,
3.5 месяца терпения и потерянных нервов,
3.5 месяца, проведенных в попытках понять мотивы своих же героев и распутать этот клубок, который сначала сама же и запутала —
Всё это того стоило.
И нет-нет, дело даже не в том, что сейчас эта книга стоит у меня на полке. Дело в другом:
В том, что я сделала нечто большее.
Не для кого-то. Для вас. И для себя.
Я в один зимний холодный вечер создала этот канал с одной мыслью: «делиться творчеством и этим миром».
А мыслей о том, что в этом мире найдет отклик такое количество людей, у меня и не было...
А теперь есть.
И этому я бесконечно рада и горда.
Спасибо вам. Всем. От читателей до товарищей-писателей, вдохновлявших меня не бросать начатое. Спасибо всем тем, кто следил за историей, даже если и молча читал без реакций на постах или комментариев под ними.
Я очень и искренне надеюсь, что у меня вышло добиться того, ради чего я вообще пишу — помочь, вдохновить или просто помочь скрыться от внешнего мира.
Очень надеюсь, что Тейлор, который не понимал отца, не умел задавать вопросы, боялся, ошибался, но шёл вперёд,
Коннор, который ошибался, срывался, пёкся о своих друзьях и родных,
Льюис, который, несмотря на все свои проблемы, всегда всех пытался сплотить и всегда оставался душой компании, держа лицо и сохраняя оптимизм, вас чему-то да научили, или, может, вы узнали частичку себя в ком-то из них или в других героях...

Отдельное спасибо, отдельный самый низкий поклон выражаю своему редактору❤️

Но это лишь половина пути. Дальше героев ( и вас тоже) ждут новые испытания, новые проблемы, срывы, через которые мы — вы, мои читатели, я и мои герои — пройдем вместе.

А пока спасибо вам всем, что остаётесь со мной❤️

С уважением и любовью ваша писательница Хельга О́руэлл

Сразу говорю, что этот проект не «активизируется», пока я не допишу «Кровавое пекло», так что вступать вы в канал можете, но глав там не увидите