Глава 3. «Чудесное начало»

Вот она. Бразилия, известная своей жарой, которая не щадит никого и ничего, своими умопомрачительным карнавалами с плясками от заката до восхода, а ещё и...очень-очень разговорчивыми людьми. Ну ладно, может, и не такими уж разговорчивыми, но от них веяло тошнотворным позитивом и оптимизмом за километр.
Это я понял, когда помогал отцу выгружать сумки и чемоданы из машины по приезде в отель.
И вот я выгружал очередную сумку, хотел было поставить её на землю, как моё плечо кто-то задел. Причем резко.
Я не должен какой-то жизнерадостной прохожей позволить испортить первый день моего отдыха после того напряжённого лета.
Нет-нет, не сейчас...
Я нацепил притворно-дружелюбную улыбку, что, очень наверняка, выглядело по-идиотски, и повернулся к ней. Точнее будет сказать, к причине будущего разговора.
Передо мной стояла обыкновенная бразильянка: смуглая кожа, цвета сухой земли, которую долго не поливали, черные глазки, очень напомнившие мне ту бездну, в которую меня толкнул Вайден в моем злополучном сне, белоснежные зубы, улыбающиеся во весь рот и худая фигура.
— Desculpe, — сказала бразильянка, улыбнувшись. Я ни черта не понял: португальский в школе я не изучал.
А тем временем девушка заметила моё замешательство, наклонила голову слегка вбок, и её белёсая улыбка тут же смылась с ее лица, точно ветром сдуло, — Извините. Вы, должно быть, американец? — спросила та на ломанном английском.
Я более чем уверен, что она поинтересовалась из вежливости, поскольку всю сознательную жизнь я был убежден, что бразильцы, если затевают диалог, практически никогда не дают собеседнику вставить хотя бы «да», вечно перетягивая все одеяло на себя. А здесь вот такое... Да ещё и вопрос.
Пришлось выпутываться — болтать у меня желания не было вообще.
Я поставил сумку на землю рядом с другой.
— Ну, что-то в духе того, — я дёрнул плечом, кинув опрометчивый взгляд на сумки, лежавшие между моими ногами и машиной, в которой лежали наши сумки и пара чемоданов, прежде чем продолжить, повернувшись снова к собеседнице, — Америка. Флорида.
— О, Флорида! — воскликнула она так, будто я только что сказал, что знаю Роналду лично и раздобыл пару билетов на его матч, — Там ведь жарко! — потом сделала паузу и продолжила с не меньшим воодушевлением, но уже с нотой хвастовства, — Но в Бразилии куда жарче.
— И люди куда болтливее, — съязвил я. Как-то само вышло.
И в ту же секунду на мое правое плечо мягко опустилась папина рука, потом раздался его вежливый голос,
— Извините, ради бога, за моего сына. Он ни коим разом не хотел Вас оскорбить.
Потом тот украдкой посмотрел на меня своим коронным «испепеляющим» взглядом, после чего снова обратился к девушке,
— Стивен. Будем знакомы, — учтиво представился он, протянув девушке руку, которую та тут же с азартом пожала.
— Па‌ула, очень приятно.
— Взаим... — и снова я хотел съязвить, но папа меня перебил, всячески пытаясь спасти и себя от позора, и бразильянку от итогового испорченного впечатления.
— Ну мы, тогда, пожалуй, пойдем, — улыбнулся он и отошёл.
— Конечно. Было приятно с Вами познакомиться! Надеюсь, ещё увидимся! И хорошего отдыха! — и девушка зашагала прочь.
Папа сунул мне в руку сумку, к нам подошли Джоан с мамой и мы двинулись к отелю. Молча. Папа вёз чемодан, держа в руке сумку, мы с Джо и мамой несли по большой сумке.
На подходе к отелю я поравнялся с папой, не взглянув на него, как и он на меня. Тот лишь бросил:
— Я разочарован в тебе, Адлер-младший... Хоть на стену лезь и волком вой.
— Чем же я тебя огорчил? — нарочито поинтересовался я, хотя прекрасно знал ответ.
— Своим неумением нормально разговаривать.
Я фыркнул и опустил взгляд в землю, которая уже сменилась идеально выстеленной ковровой небольшой дорожкой, поправив на плече сумку.
***
Номер был небольшим: две спальни с двуспальным кроватями, кухня, совмещённая с гостиной и балкон.