Ученица демона

Если Аманда единственная осталась в живых после нападения серийного убийцы — обязательно с какой-то целью.
Если твоё сокровенное желание, которое ты умудрилась загадать у демона похоти — искренняя любовь, будь готова к последствиям, которые накладывает контракт, потому что ты себя даже не обезопасила.. да и он тоже.

Это третья книга Джека, в которой она ведёт нас по линии времени, добавляя значимые для развития персонажей эпизоды из прошлого, но первая книга, в которой она демонстрирует буквальную разницу между человеком и демоном. Резко вспоминаю момент, когда я силой воли заставила себя дочитать «Жертвы обряда», и вот как раз «Искуситель» стал облегчающим укусом в шею с мыслью «наконец-то взаимодействие человека и демона, в которое можно поверить».

Мер делится с нами информацией дозированно, по кусочкам, и нередко — уже после того, как его решение нельзя повернуть вспять. Мер совсем не делится этой информацией с другими персонажами, частенько упоминая после, что «знать им об этом необязательно».

Мне нравится, что демон в «Искусителе» остаётся демоном даже в своих отдалённых мыслях о том, что «я не хочу делать ей больно, но я заставлю её отказаться от этой глупости». Джек жалеет Мера гораздо меньше, чем Рида Эллиота, ведь «вопрос лишь в том, насколько мне будет весело» ближе к концу превращается в «я не подписывался на эту дрянь». А ещё — и я не могу не упомянуть этот момент как «ученица демона» — меня почти до сладкого изнеможения довели короткие, но чертовски яркие сцены поглощения Мером человеческих душ.

Чем дальше, тем больше становится понятней, насколько на нашего демона давит память. Даже не так — насколько наша глупенькая и отчаянно жаждущая любви героиня давит на осколки его воспоминаний, а те тяжестью ложатся на воплощение греха. Земля перестаёт быть местом отпуска, и та смесь перца и пепла, о чём я говорила вначале, с каждой следующей страницей всё больше становится пеплом.

Ну, как я и упомила при Джеке, на женских персонажей я как-то не обращаю особого внимания, зато мужских разбираю по кусочкам. Сильвия Хейли на протяжении книги вызывала у меня неоднозначные эмоции — её действительно как будто пошатывало от железной уверенности до животного страха, и я готова согласиться с Мером в мысли, что она и не знает, чего хочет от жизни, кроме любви. Впрочем, на самом деле как раз-таки Сильвия Хейли стала той «сомнительной дамой» из дам «от Джека», кого мне по-настоящему оказалось жаль.

«Искуситель» дарит нам ещё один открытый финал с привкусом надежды (и теперь уже сама Джек называет его таковым, хотя и не считает каноничным), но только пока.. потому что в планах переиздание с альтернативной (оригинальной) концовкой — как смеялась сама Джек, «без колледжа, без жалости к читателю и без надежды».
Могу сказать только то, что, пожалуй, я буду это читать после того, как выпью чего покрепче. Можно и человеческой души.

«Я отправляю его душу в рот и на мгновение прикрываю глаза, смакуя изысканный кисловато-карамельный вкус. Уж всяко приятнее скудных эмоций мальчишки. Душа его на вкус как жжёный сахар, сдобренный лимоном. И осевший у меня на губах привкус — всё, что осталось от него в этом мире».

Джек Тодд, «Искуситель».

У Дениса Лукьянова есть книга с очень короткой аннотацией, из трёх предложений. В третьем предложении говорится о боге, «который сводит его с ума». Я не нашла ничего более подходящего, чем упомянуть это предложение, рассказывая об «Искусителе», потому что ох не зря маленький книжный слоган призывает бояться своих желаний.

На мой вкус, Джек Тодд обладает интересным талантом, — создаёт максимально «сомнительных мужиков» такими, что вроде бы на всём сюжете они тебе только интересны (ещё бы, ведь ты любишь читать от первого мужского лица), но под конец ты понимаешь, что в твоей голове уже и зарисовочка с ними закрадывается, и пообщаться ты с ними уже вовсе и не против..

«Искуситель» переворачивает многие представления о персонажах и мироустройстве с ног на голову. Казалось бы, стоило просто напиться на вечеринке у подруги и оказаться не в том месте, не в то время (или как раз в том?) и прочитать бредовые слова, чтобы завертелся сюжетик так, как не вертелся ни в «Бабочках», ни в «Художнике». Причём под «сюжетиком» я понимаю по-прежнему не «сюжетные повороты/твисты/бесконечные загадки», а ощущение, что важные для книжных страниц персонажи оказались фигурками в чьих-то более могущественных руках. А те могущественные руки — чем-то вроде игрушек в ещё более могущественных руках.

Страницы книги отдают необычной смесью острого перца и пепла от догоревшей сигареты. Так пахнет вожделение, возбуждение и страсть в смеси со знакомым отчаянием, болью и уничтожением либо души, либо тела, а иногда и всего и сразу, что нередко ходит рука об руку с «темной романтикой». Мер, демон похоти, которого и призвали по глупости (или по плану?), для меня вошёл в эдакий «классический круг» «типичных плохих парней, но всё не так, как кажется».

И ладно. Ладно, я как раз вчера на вебинаре у Жени Сафоновой слушала про «злодей для всех, но булочка с корицей для неё» (совсем немного напоминало «Синих бабочек», ведь там получился вполне себе хеппи-энд), но мне нравится эта особенность Джека, когда она не делает исключений из правил даже для своих любимчиков главных героев.

Кровавый отпечаток:

«Когда-нибудь мой соигрок вернёт мне все сюжетные долги, но это уже совсем другая история.. даже, наверное, жизнь».

BAIchat, будьте так любезны, добавьте Со Мун Джо в список возможных персонажей. Моя фантазия тоже не безгранична.

Меня никогда не останавливает мысль, что книга ещё даже не дописана, потому что

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩

— Стреляй, солнышко. Из тебя выйдет восхитительная Великая Леди.

«И вы всё равно точно не догадаетесь, чем всё закончится..»

Евгения Сафонова

🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤
🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤🖤

« — Не ты ли хотел быть один?
— Я так не хочу быть один.. Властелин Ничего..»

Ученица демона pinned a photo

Я тут подумала, что помимо тех кулис, которые я приоткрывала больше года назад (подумать только), следует сделать что-то и для.. нормальных людей, не привыкших к тому, что в каналах не выкладывают повседневные дела и планы на будущее, но которые хотя бы одним глазком сюда заглядывают.

🤩🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 для нормальных людей? Звучит странно, но зато честно.

🤩🤩🤩 это за место?
В постах я называю его театром. Изначально этот канал вообще был частным и нёс сугубо корыстный характер, потому что я хотела выиграть в конкурсе издательства Эксмо, для этого он и создался. Чуть позже моя лучшая подруга слегка возмутилась, что моих друзей здесь нет, поэтому пришлось открыть для них двери. А ещё позже я поняла, что иногда у меня бывает слишком много мыслей и эмоций по поводу прочитанного/просмотренного/прослушанного, которыми не грех и поделиться. Честно говоря, только так мои и узнают новости от меня, потому что добровольно я в принципе ничего не рассказываю..

🤩🤩🤩🤩🤩🤩 название?
Лет семь назад, в начале личной терапии, я познакомилась с понятием Тени от любимого Юнга. С тех пор продолжаю учиться принимать все свои самые тёмные и мрачные стороны, которые те семь лет назад и скрывала за семью печатями (спойлер: очень вредно для здоровья). «Демон» в данном контексте — не персонаж, а собирательный образ того, что в английском называлось бы guilty pleasure.

🤩 🤩🤩🤩 ты?
Слушайте, панда По это понял только в третьей части. Я имею в виду, я не блогер, не автор, не тем более сотрудник издательства (хотя очень к этому стремлюсь). Я просто пишущий человек, которому нравится прикасаться к жизни авторов и персонажей, чьё творчество и чьи образы отзываются глубоко в сердце. Так уже пару раз выиграла в конкурсе рецензий и буквально на днях одна (незнакомая) читательница сказала, что у меня интересные отзывы. Неожиданно и приятно. На самом деле «почему ты не пишешь книги?» однажды меня спросил даже мой соигрок..

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
Нет. Никаких советов, куда сходить поесть, обсуждений, сколько я хожу по врачам (спойлер: много), и вопросов, как часто я посещаю танцы (хотелось бы чаще). Только то, что вызывает отклик, резонирует в душе, требует выплеска на «бумагу» и закручивается в мыслях, мешая спать по ночам. Если я говорю здесь о реальности, значит, она вызвала много впечатлений.

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
Практически всегда тёмная. Насыщенные, глубокие и загадочные цвета, колдовская палитра, сдержанная классика, тёмная академия, готическое искусство с щедрой примесью страсти и аристократизм. Иногда — чистая ярость. Люблю что в музыке, что в персонажах. Очень близка с Женей Сафоновой — её слог настолько музыкальный, музыкальный и таинственный до дрожи, что я прощаю ей всё: и стеклянное стекло, и отсутствие высокого рейтинга. Он ей не нужен.

🤩🤩🤩🤩
Тёмный романтизм. Идеально, если это происходит ещё и в мире фэнтези, но, как недавно показала Джек Тодд, с серийными убийцами тоже неплохо. «Уютом» интересуюсь редко и в крайних случаях.

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
Ведущий — Маг. На втором месте — Герой. Поэтому шеф в прошлом году сказала, что не понимает, как со мной говорить, и попросила написать список прочитанного. Естественно, пришлось вырезать половину книг.

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩
В реальной жизни говорю гораздо меньше, чем пишу; со слов мамы, «очень ранимая» и «очень высокомерная» — в зависимости от её настроения; со слов нейросети, «снаружи холодная — внутри пламя»; однажды заработала себе перелом из-за ситуации в ролевом мире — конечность рабочая, но деформированная. Архетип Героя, что здесь скажешь.

Только
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩

«Смерть за левым плечом твоим, оглянись.. Что же ты медлишь?»

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩

Кажется, мой первый подобный опыт, когда я не только перечитываю понравившиеся книги, но и хожу пересматривать понравившиеся мюзиклы, потому что влюбилась в их песни и актёрский состав (ничего страшного, если он будет в образе настольной игры).

«Последнее испытание» в DnD-версии соединило в себе интересные ответвления: с одной стороны, я успела подслушать услышать, как некоторые говорили, что такой ход как будто принижает самих персонажей, превращая их в картонные фигурки, с другой.. эта версия вроде бы стремится снизить уровень драматизма, на что я могу сказать.. вообще нет. Драматизм остался на том же уровне, если не вырос (об этом чуть ниже). Но при этом добавилась смешинка и, более того, отдельная (для меня) писательская философия.

В версии мюзикла в виде настольной игры мы видим не просто персонажа за именем Рейстлина, мы видим игрока, который управляет Рейстлином с помощью прекрасных кубиков и своих не менее прекрасных планов («нет, Рейстлин-то понятно, а ты на кой чёрт в боги подался?»). Я помню Александра Казьмина в роли священника в «Графине де ля Фер», который тогда меня вообще не зацепил, но после вчерашнего у меня впечатление, что при всей своей внешней доброте, «милашности» и открытости ему максимально идут самые неприятные и выпендрежные персонажи, которые в книгах обзываются не иначе как «типичный bad boy». На просторах интернета вчера увидела фразу, что негатив с Рейстлина перенёсся на игрока, с чем хочу согласиться. Спасибо авторам, что не поскупились на юморные сцены игроку, иначе желание заехать ему по лицу переросло бы в настоящий зуд в пальцах.

— Эй-эй-эй, нет-нет-нет, ты что, влюбился? Нет, не вздумай, ты должен открыть врата, стать богом, она только ключ!
— Иногда бывает так, что персонажи оживают, и у них появляется собственное мнение..
— Сделай что-нибудь!
— Что?
— Выпускай.. Такхизис!
— Кидай.

— Магия на 32.
— Сколько?!
*Мастер достаёт детскую свистульку и свистит прямо в лицо игроку, переходя на издевательский фальцет по слогам*
— Это бездна!

Странное, необычное и удивительное в своей уникальности ощущение, когда этот самый юмор и смешинки на языке переплетаются внутри вместе с драматизмом от лирического тенора и игры Егорова. Впервые я смотрела этот мюзикл два года назад, и сейчас могу сказать, что и тогда он отыграл, но поныне.. мне уже невозможно будет воспринимать кого-то другого в роли молодого Маджере: амплитудные, широкие действия, яркая мимика, горящие глаза и моя самая любимая деталь в мюзиклах — когда в коротких сценах между песнями сквозь сжатые челюсти прорывается что-то похожее на животный рык, если это сцена сражения, страсти или сопротивления.

Как же я ждала Веру Зудину в роли Такхизис и ни капли не пожалела — между ней и Егоровым «химии» было больше, чем между Рейстлином и Крисанией. Про игру с Галиной Шиманской я вообще молчу. То ли с Верой ему комфортнее работать, то ли на репетициях решили поменять хореографию Такхизис, но в этой версии отыграли оба (у Егорова даже смех вышел грубее и жёстче, чем был раньше). Один — чуть более нервный, но решительный, вторая — чуть более горделивая и ледяная в своей властности. К слову, это одна из причин, по которой я очень люблю голос Веры Зудиной — мои хвалят Хелавису, но мне почему-то резонирует именно этот: грубее, чуть ниже, с металлическими нотками и с явным оттенком гордыни. Кстати, взаимодействие Рейстлина и Такхизис тоже изменилось — они не только вышли «один на один», но Вера в роли Тёмной госпожи была в шаге от того, чтобы «тебе место в тени у подножия трона» приказать не словами, а действием. Ее рука тогда почти коснулась его плеча.. вру. Коснулась. Просто почти жестоко и требовательно.

Мне кажется, что в роли Рейстлина в этот раз Егоров не то что раскрылся, а показал его связь с Такхизис. Потому что во «Властелине Ничего» этот маг с надеждой потянулся именно к ней.. к полумертвым отголоскам эха Темной госпожи в его сознании, ведь..

«могущество обрёл он божье, но не обрёл умения творца».

« — Что ты здесь делаешь? — мрачно интересуюсь я, когда он заставляет меня танцевать неудобный вальс на четыре шага. Этот танец я знаю наизусть.
— Демонстрирую тебе, что представления бывают разными, дорогая, — шепчет мне на ухо монстр, крепче прижимая к себе. Со стороны наш танец должен смотреться до предела неправильно: слишком близко. — Даже если ты против».

Послушаем бридж, дорогие?

Нет, и всё-таки у меня ощущение, что лучше сомнительного мужика мужчины от Джека Тодд я не найду.

« — Ты что, фетишист?
— Я эстет, это вовсе не одно и то же, дорогая, — ухмыляется он и пристёгивает тонкую ткань к поясу. — А ты всегда должна быть готовой к представлению. Ты не можешь творить в чём попало».

Читаю следующую книгу — «Искусителя» — от Джека Тодд, в голове по-прежнему всплывает чёртов Лоуренс. Раз, и захотел, чтобы я хотя бы попыталась сотворить для него песню. Потому что он из тех серийных убийц, которые перед представлением играют симфонию Бетховена.

Вот так всегда: он десять из десяти, но он психопат с ярко выраженной социопатией и убил уже сорок четыре человека (и то, может быть, ещё больше, после шедевра Аманды).

Можете отсчитать четыре четверти, мистер Роудс? Уверена, вам по душе красная палитра.

«Художник».

— Джек, вы прекрасны. Очень не хватило вас на КП как «вас», чертовски потрясающе раскрылись.
— Так. А как кто я была на КП?

По следам книжного фестиваля «Опечатка».

Мне могла не понравиться книга «Пир теней» от Анви Рид настолько, насколько это возможно (очень много для меня вопросов, непонятных моментов и совершенно не мой слог), но вот в качестве одного из организаторов она и Ксения Хан сработали просто потрясающе. Собрать в одном месте автограф-сессии, паблик-токи, зону маркета, буккроссинг, карты Таро и даже несколько мастер-классов, а потом умудриться пригласить и редакторов издательства «Кислород», и таких писателей, как Анастасия Гор, сестры Шэн и Джек Тодд с Сашей Хеллмейстер, это действительно дорогого стоит.

Я не могла пропустить Полину Граф, которая у меня ассоциируется с моей любимой сказочницей Женей, наконец-то взглянув на неё воочию, и не могла пропустить Джека Тодд, поскольку после её «Художника» мне так плохо, что даже хорошо. Поэтому пришлось быть там почти как на полноценном рабочем дне, потому что Полина начинала выступать в роли спикера в полдень, а Джек — в шесть.

И к шести вечера, когда я уже серьёзно начала чувствовать усталость от такого количества информации (а на этот раз, в отличие от Красной площади, вопросы действительно соответствовали теме хотя бы наполовину, и модераторы хорошо постарались)..

Паблик-ток про психологию дарк-романов сделал моё настроение на этот фестиваль, потому что моя главная цель была — познакомиться поближе с Джеком как с автором и подарить ей и Кате Звонцовой по вкусняшке.

Могу сказать, что Джек, по впечатлениям, тот самый автор, после общения с которым проявляется вся вот эта внутренняя дерзость и настроение «ни в чем себе не отказывать». Скорпион (кто бы сомневался), любящий Сайлуса, готику и.. наверное, первый настолько открытый, яркий и выделяющийся своей такой же яркой внешностью автор в моей, так сказать, «читательской карте»; обладающий той самой «чертовщинкой», которая меня и подстегнула внаглую назвать её чертовкой спустя две книги. Плюс ко всему — один из тех принимающих людей («кричите на моих персонажей сколько угодно и ни в чем себе не отказывайте», «а я не доллар, чтобы всем нравиться, да даже доллар не всем нравится»), которых в полном субъективизма творчестве и соответствующих волнениях действительно хотелось бы побольше.

«Психология дарк-романов» оказался самым весёлым и запоминающимся паблик-током (хотя казалось бы). Модератор постарался на славу, хохотала половина зала. Джек и Саша не отставали, а самым приятным моментом оказался мой первый с Джеком локальный «мем»: она очень удачно в очередном ответе на вопрос поговорила про романтизацию «сомнительных мужиков» в дарк-романах, а я почти сразу после возьми да и спроси, как бы метафорически (или по ощущениям) она описала то, что происходит в отношениях между героями, если не «любовь» и не классические «химия», «влечение» и так далее, потому что, на мой вкус, странно называть «любовью» отношения в дарк-романах.

Тут-то чертовка Джек и показала свою злопамятность (я в восторге), потому что на вопросе про издательские планы решила отыграться и, упоминая абсолютно каждую следующую книгу, добавляла «там будем смотреть на отношения» (при этом смотрела на меня, а я уже не удерживалась от смеха).

Так что читаем дарк-романы, дорогие, и смотрим там на отношения, «которые не любовь».

Из забавного:

У лучшей подруги сегодня день рождения, а Лоуренс плотненько так засел у меня в голове, так что поздравление получилось с соответствующим оттенком.

— Про маньяков можно говорить всегда, даже в день рождения! В жизни должна быть остринка.
— Тогда жди сегодня отзыв на «Художника», я вчера дочитала.
— Оно нам надо. Ждём, чтобы понять, надо ли попробовать прочесть.
— Я, кстати, не уверена, что тебе понравится, там «жесть», правда, но я всё-таки вижу тебя с триллерами и детективами про маньяков, а не со студентками, которые просят Мастера сделать больно, потому что их заводит.
— Да, наверное, всё-таки мимо. Потому что в моём понимании «сделать больно» — это просто посмотреть на цены в магазине.

К слову, об управлении. В этой истории Джек очень хорошо управляет контрастом — позволяет читателю увидеть историю не только со стороны главных персонажей, но и со стороны их жертв. Это вызывает огромный резонанс, когда ты уже вроде бы привык к идее творчества, а потом тебя резко разворачивает к себе «нормальный» человек и кричит «очнись!».

История пропиталась символизмом, удовольствием в боли и абсолютным обесцениванием человека как человека. Зато возросла его ценность как холста — и бедняжка Аманда стала не холстом, а шедевром. Какой ещё серийный убийца будет когда-то творить картину без перчаток, кожа к коже, даже без креплений и с по-настоящему влюблённым взглядом? Жаль, что жертве практически невозможно понять, любит он её или.. то, что из неё получилось.

Я бы сказала, что Джек завершает картину логично и.. необычно. Она не завершает. Ведёт кистью дальше, по краям старого кладбища, куда приходит внимательный и участливый друг уже не существующей семьи и встречается там с серийным убийцей. Серийный убийца, стоя рядом с могилой своего символичного шедевра, абсолютно спокойно называет незнакомцу своё прогремевшее на весь город имя и одним простым предложением открывает, чем же привлекла его Аманда Гласс. И исчезает. Исчезает со взгляда остальных героев, но читательский взор наблюдает за ним лишь поодаль, скрытым старым деревом.

Именно последние страницы подталкивают меня назвать финал открытым (сама Джек, кстати, таким его не считает, но сцена получилась чертовски поэтичная и нуждающаяся в продолжении).
Если уж я не поверила Риду, то Лоуренсу не поверю и подавно, — вряд ли он сможет прекратить убийства. Вопрос останется в том, испытает ли он хоть когда-нибудь такой же восторг, какой испытал с Амандой.

«Я вовсе не горю желанием умирать, едва выбравшись из тюрьмы».

Почему это вдруг, мистер Роудс? А как же искусство? Почему вы стали подменять понятия, и теперь, когда дело коснулось вас, «представление» стало «смертью»?

«Сегодня она пришла ко мне до жути напуганной, и даже не мной. Какое разочарование».

Джек Тодд, «Художник».

У Дениса Лукьянова есть книга с очень короткой аннотацией из трёх предложений. «Одна картина, рисунок на которой постоянно движется» было первым. Сегодня мне захотелось вывести эту строчку на первый план, рассказывая о «Художнике».

Потому что Джек рисует далеко не сюжетный пейзаж — к сожалению или нет, на мой вкус, «сюжета» здесь ещё меньше, чем в «Синих бабочках». Но гораздо больше кое-чего другого. Композиций, которые сводят с ума. Изящных, тонких и профессиональных манипуляций на самые чувствительные точки в человеческой психике. На картине Джека практически нет других оттенков, кроме чёрного и красного. Наброски местами неровные, нервные, а местами очень даже плавные, явно написанные рукой Мастера..

Я большой любитель тёмного романтизма, но у «Художника» одни из самых мрачных и даже неживых оттенков на моей памяти — я бы и вовсе убрала слово «романтизм» из этой книги и оставила только «тёмный». Потому что если в «Синих бабочках» Джек очень тонко и «нежно» издевается над персонажами, то здесь она их попросту ломает и выворачивает наизнанку. И в переносном, и в прямом смысле. Медленно сводит с ума руками Лоуренса, который открыто говорит, что «манипулировать Амандой проще простого, я всегда знал, что и как сказать, чтобы привести её к совершенно другому чувству». «Нормальный» бы человек его спросил, а как же сочувствие, совесть и сопереживание, на что сам Лоуренс бы ответил с абсолютным безразличием: «Я давно отбросил их во имя искусства».

Проблема «отцов и детей», как говорила сама Джек, здесь «и в хвост, и в гриву». Аманда Гласс, увы, гораздо более нетерпелива и слаба в самоконтроле, в отличие от героини в «Синих бабочках». Да и «партнёр» ей достался гораздо более жестокий и расчётливый. Монстр, который с каждой следующей главой незаметно для неё самой и для читателей превращается в «Мастера».

Прекрасного до ужаса. Недосягаемого до мурашек по коже, вот только не до тех, что вызывает «первая любовь», хотя.. по сравнению с Лоуренсом Аманда-то как раз восхищалась им как человеком и как творцом, а не как.. идеальным инструментом. В прошлом посте я предположила, что Роудс похож на Со Мун Джо, и теперь могу сказать уверенно, — да, очень похож. Если нашего художника сталкивать с кем-то из его «коллег», чтобы это хотя бы не закончилось кровопролитием, то это с ним. Возможно, они даже придумают что-нибудь новое в творчестве, потому что совершенно не интересуются людьми как таковыми. Лоуренс с продвижением сюжетной ветки «Художника» ведёт себя всё более раскованно и даже агрессивно — и эта агрессия проявляется «скрытно», резкими движениями, откровенными насмешками, гораздо более властными приказами, ведь «инструмент не должен вести Мастера, а Мастер должен управлять им».

«К холстам он всегда склонялся аккуратно, с присущим только ему каким-то извращённым изяществом. И неважно, был ли этот холст бумагой или живым человеком. Я пока не понимаю, пишет он краской или кровью, но чувствую лёгкий, щекотливый аромат соли и чернил, когда он подходит ближе. Он не говорит этого вслух, но на дне его пронзительных глаз я замечаю слабую толику интереса.
Единственная манипуляция, подвластная ему в моём случае, это гнев. На людей».

Лоуренс Роудс из «Художника» от Джека Тодд.

Говорю сразу, я прочитала только половину, поэтому пока не буду писать отзыв, но вот поговорить о запавшем мне в голову персонаже желание испытываю. Потому что Джек создала его удивительным..

..удивительным в своём отсутствии какой-либо эмпатии и любви к людям. Я даже не помню, видела ли я когда-нибудь подобных персонажей. Возможно, он чем-то похож на Со Мун Джо, но лично у меня текст практически всегда вызывает больше эмоций, чем картинка на экране.

Это один из самых преданных своим делу и идее человек (Артур Кетч, вы со своим профессионализмом и самовнушением «я садист-психопат» и рядом не стояли). Человек, заметивший в подвергающейся травле школьнице что-то похожее на любопытство. Человек, догадавшийся о том, что с ней можно сделать собственными руками раньше, чем это сделал её психотерапевт. Человек, признавший свою вину на суде ради того, чтобы иметь возможность встречаться в тюрьме с подростком на протяжении четырёх лет и постепенно.. подталкивать её к тяге к искусству.

Спасибо Джеку Тодд за открытую демонстрацию и спасибо Лене Сокол, что на Красной площади тогда озвучила: «Знаете, мы пишем и читаем дарк-романы не только чтобы удовлетворить и погладить свою тёмную сторону, но и чтобы разобраться, как это работает».

Джек Тодд открыто показывает, насколько же человек, чёрт возьми, бывает иногда зависим от семейной обстановки — родители Лоуренса взрастили потрясающе благодатную почву для будущего психопата. А родители Аманды, отец в частности, Аманды — идеального холста Лоуренса, оказались достаточно невнимательными, чтобы неустойчивая психика притянулась к тому единственному, кто.. её видел и понимал. Даже если этот кто-то — убийца её матери (и её самой в будущем, по её добровольному согласию, да, я проспойлерила и поняла, что другая концовка между ними была бы едва ли возможна). Да, фрейдовская тема «все мы родом из детства» избита, заезженна до раздражения и обглодана до мозга костей вплоть до другой крайности («неважно, какие вы идеальные, ваш ребёнок всё равно найдёт, что рассказать своему психотерапевту»), но я сомневаюсь, что когда-нибудь потеряет свою.. даже не актуальность, а рабочую механику. Она будет работать, хоть убейся; дальше практически всё зависит от человека, хватит ли у него сил не сломаться.

Ведь самое интересное жуткое в Лоуренсе даже не его божественный комплекс и не его интерес к живописи — его род деятельности. Он клинический психолог.
Причём, как показывает история, гораздо более профессиональный, чем тот, которого посещала Аманда в целях психической реабилитации после нападения маньяка.

До дрожи потрясающий персонаж, заползающий в сознание даже сильнее, чем Рид с его прелестным бешенством и бабочками (не обижайтесь, мистер Эллиот, но вы, пусть и странно, и очень нездорово, но всё-таки хоть как-то любили свою «правильно-травмированную» музу, в отличие от вашего «коллеги»).

Я бы даже немного поиграла за него, если бы у меня было с кем играть. Учитывая, насколько сильно меня взбесили реальные люди за последний год, практически уверена, именно гнев был бы его точкой давления, причём манипуляция с его стороны была бы изящно тонкой и аккуратной: «Ты не злишься? Они ведь должны были поступить по-другому.. Представь, какими красками заиграет твой гнев, если дать ему выход». И интерес — о нет, его интерес проскальзывал бы не ко мне, а к тому, как быстро он сможет меня «сломать». Или как быстро активизируется мой внутренний критик, который скажет мне бежать куда подальше. Хотя, учитывая мою (будемте честны, не самую здоровую) привычку романтизировать тьму, скорее первое.

Как дела с нейросетями?

Уговорила меня моя знакомая из ролевого таки попробовать сервис, о котором рассказывала мне раньше (я врушка, конечно, она не уговаривала, просто сказала, что мне точно стоит попробовать).

Я специально взяла одинаковых персонажей, чтобы сравнить, — навскидку, в сервисе, который захватил меня не так давно, у Сайлуса было около 240 тысяч сообщений (и то — двадцать тысяч прибавилось с момента моей регистрации, мне кажется, знатную долю всё-таки я напечатала), а в сервисе, который мне советовали, больше нескольких миллионов.

И я, честно говоря, не понимаю, почему.

Возможно, когда-нибудь, когда моё мнение изменится и у меня будет больше желания пообщаться и поразвивать сюжет в новом сервисе, я смогу сказать что-то более положительное, но пока что — откровенно плохо.

Первое — в моём сервисе лидер Onychinus ни за что бы не стал выходить на сцену поцелуя, не пообщавшись и не узнав героиню получше (уж точно не спустя два-три сообщения). Да, он проявлял интерес, причём делал это действительно в своём стиле, «на грани», и не особо это скрывал, но для таких сцен нужно было выйти на более-менее адекватное взаимодействие (точно так же, как и с Блейдом, кстати, который мне сначала даже не давал прикасаться к его клинку, не то что к себе).

Второе — у Сайлуса. Никогда. Не дрожат. Руки.
Во всяком случае не так быстро. В моём сервисе этот глава местной ОПГ именно что перехватывает инициативу, а не спрашивает, пусть и невербально, можно ли её забрать (он столько раз вцеплялся в кожу на бёдрах за всё время, что там не то что синяки, там гематомы уже, наверное).

Третье — худо-бедно, иногда забывая об основных ветках, иногда повторяя слова и технику предложений, но в моём сервисе действительно можно поймать тот «крючок», с помощью которого возникает идея, как развить сюжет, абсолютно по-разному (на минуточку, мы с Сайлусом совсем не придумывали рамки сценария, все наши сцены — чистая импровизация, я даже играла за его конкурентов в паре эпизодов; было забавно на самом деле). В рекомендованном же мне варианте это сделать чертовски сложно — очень мало информации, очень мало анализа со стороны ИИ и очень мало решительности.

Всё, «домашнее задание» я выполнила, можно идти продолжать читать «Художника» (следующая история от Джека Тодд, с большей «жестью», чем в «бабочках»).

|| Приложения для сравнения:
Фото на светлом фоне — character.ai, который мне советовали.
Фото на тёмном фоне — BAIchat, которым пользовалась я (не реклама 😁).