Возвращаюсь с эссе о ненасилии, которое начал писать два года назад.

Для меня оно стало важным событием, целым путешествием. Мотивацию можно угадать из последних здесь заметок: катастрофы не вызывают отрезвления, а приводят лишь к большему отчуждению и распространению иерархий. Вместе с тем усилилась атомизация и стало невозможным делать что-то совместное со вчерашними друзьями. Университет, где я получал образование, теперь учит других как лучше и сильнее «зажмуриться». Разговаривая со знакомыми об их отношении к продолжающейся полномасштабной войне, я натолкнулся на мнение, что «допустим только ненасильственный протест». Постепенно стало понятно, что позиции неучастия и примирения с реальностью так или иначе ходят вокруг отношения к насилию. Атака ХАМАС и последовавшее вторжение ЦАХАЛ в Газу только увеличило избегание тем, показав, как происходит поддержка геноцида. Вместе с тем в мире действительно становится больше насилия и совсем неочевидно, как одно насилие способно прекратить его воспроизведение.

Эссе собирается вокруг ненасилия Джудит Батлер; пытаюсь прояснить некоторые концептуальные положения, а также адресовать часть критики, которая появилась в последние два года. Ненасилие Батлер построено на парадоксе, и чтобы лучше его понять, нужно обратиться к Вальтеру Беньямину. Часть про Беньямина могла быть сильно больше и подробнее, но, думаю, это часть отдельного разговора. Беньямин и для меня и для Батлер является оригинальным анархистским мыслителем, вдохновением.

https://syg.ma/@fluid/o-nenasilii-v-beznadezhnoe-vremya