Есть компания, где за похороны собственного проекта дают премию. Всей команде.

Представьте. Команда полгода работает над идеей, приходит к руководству и говорит: мы все проверили, наш проект не взлетит, закрываем. Что случилось бы с этими людьми у вас?

В X, фабрике муншотов Alphabet, бывшей Google X, случается вот что. Аплодисменты коллег. Обнимашки от руководителя, буквально, он сам так описывает. Премия каждому в команде, хоть их двое, хоть за тридцать. А еще за такое повышают.

Руководитель X Астро Теллер объясняет эту странность так. Если за остановленный проект наказывать, люди будут тянуть мертвое годами. Из страха, из гордости, из внутренней политики. И вливать в него все новые деньги. Alphabet знает цену вопроса не понаслышке: в воздушные шары Loon, раздающие интернет, успели вложить миллиард долларов, прежде чем признать очевидное.

Премия за честные похороны обходится дешевле. Сильно дешевле.

Масштаб такой: только за один год фабрика закрыла больше ста идей. До финиша доживают около двух процентов, и Теллер называет эту мясорубку не браком производства, а самим производством. Внутри даже принято начинать день с азартного вопроса: ну что, как мы сегодня убьем свой проект?

Зато выжившие два процента это Waymo, беспилотники которого уже возят пассажиров. А с прошлого года лучшие проекты X отпускает в свободное плавание отдельными компаниями, под это собран фонд на полмиллиарда долларов. И команда получает долю в том, что не дала похоронить.

Теперь про нас с вами. В большинстве компаний закрытый проект это пятно в биографии. Я вижу это на интервью: кандидаты прячут такие эпизоды, как двойку в четверти. Хотя руководитель, который умеет вовремя сказать «это не работает, останавливаемся», встречается на рынке реже, чем чемпион по запускам. И стоит, по-хорошему, дороже.

Люди приносят вам правду ровно до тех пор, пока за правду не наказывают.

Посчитайте, во сколько в вашей компании обходится честно закрытый проект. Не в деньгах, в карьерах тех, кто его закрыл. От этой цены зависит, что лежит у вас в отчетах: реальность или красиво оформленное мертвое.

Софья Беляндинова