(По ссылке классный пример работы с ритмом в английском нонфике и рассуждения о том, как с ним быть при переводе на русский.)

По мотивам чтения парочки приятных проходных книжек про природу (Gathering Moss и One Garden Against the World) в очередной раз задумалась, что нонфик с научно-познавательным компонентом — это практически единственное, что я скорее предпочитаю читать на английском, а не в русском переводе. Потому что простой, ясный и звонкий английский оригинал в русском легко шершавеет, скучнеет, покрывается наростами морфологических излишеств, сбивается с ритма.

И как будто сохранился смысл, и как будто книжка все так же симпатична и познавательна, но не летишь уже мыслью на небеси, а бредешь вместо этого средь чащ и болот долгими скудными тропами — бог весть, добредешь ли.

Попыталась вспомнить в связи с этим русские переводы нонфика, с которыми никаких этих бредучих проблем у меня не возникло, и вот они:
— Атул Гаванде «Все мы смертны», переводчик: Анастасия Бродоцкая;
— Сиддхартха Мукерджи «Царь всех болезней. Биография рака», переводчик: Мария Виноградова;
— Джон Дербишир «Простая одержимость: Бернхард Риман и величайшая нерешенная проблема в математике», переводчик: Алексей Семихатов.

Ну с Алексеем Семихатовым все более-менее понятно, а интересно мне тут, что и Анастасия Бродоцкая, и Мария Виноградова — переводчики (в числе прочего) детских книг. Моя теория о том, что переводчики детской литературы — сверхлюди, подтверждается.