Давно люблю китайские самоуничижительные способы сказать «мой», «моё», например:

愚 (глупец) — я
鄙人 (дикарь, человек из захолустья) — я
小人 (маленький, незначительный человек) — я
老朽 (старое гнильё) — я (пожилой человек)
箕帚 (совок и метла) — я (жена, невестка)
拙作 (неуклюжее сочинение) — моё творчество
寒舍 (холодная хижина) — мой дом
陋室 (убогая каморка) — моё жилище
犬子 (щенок) — мой сын

Забавно, конечно, что у самоуничижений тоже была своя иерархия — чтобы научиться изящно называть себя невежественным глупцом, надо было вообще-то для начала получить неплохое образование.

А правитель всех этих невежд и грязных старикашек в доциньскую эпоху, например, называл себя не «Наше величество», а скорее «Наше ничтожество» (寡人 — человек скудных добродетелей).

Потому что Кролик был очень воспитанный.