В рецензиях на понравившийся мне «Гномон» многие ругаются, что автор много умничает. Мол, мы поняли, что Харкуэю понравилось слово «апокатастасис», но не надо же теперь целую книгу его мусолить.

В СМЫСЛЕ НЕ НАДО МУСОЛИТЬ?

Может ли быть у книги более достойная цель, чем возвращение в оборот слова «апокатастасис»? (И слова «мусолить»)

Я лично целиком на стороне Харкуэя.