На твою девушку упал космодесантник

В коридоре боли отлетают защиты. Отлетает контроль. Отлетает стеснение. Остается эта вот штука, которая несет тебя вперед, как автопилот, и ты видишь все, видишь людей, видишь столы, видишь их движущиеся кроссовки, видишь солнце, которое закатывается за облако, видишь мир, огромный мир, вокруг тебя, и как-то ты двигаешься вперед, сам особо не понимая, как именно у тебя это выходит.

Меня, по-моему, держало и притягивало вперед то, что мне показалось на 18м что ли км, что я вижу вдалеке створку финишных ворот. Мы бежали с холма, но с очень длинного холма, и такое синее вдалеке - мне казалось, что это финишные ворота, а как только я доберусь до финишных ворот, то конец, а если я их вижу, значит финиш близко. И я бежала туда, к воротам, к синей штуке, двигалась, по-прежнему временами начиная бежать, временами переходя на шаг, потому что это свое рвущееся дыхание в силе “эээх эээх иииих” наладить так и не удалось.

Пишу “Я сожалею обо всех своих жизненных выборах ПРЯМО СЕЙЧАС”. Вот прямо сейчас сожалею!!

Почти пишу “и о выборе уйти от тебя”. Я даже набираю эту фразу. А потом стираю. Потому что даже сейчас, своим яростным рептильным мозгом, я знаю, что в жизни не бывает случайностей. Что так должно было быть.

Он пишет да ладно тебе, осталось немного.
И я знаю. Я знаю, блин. Что осталось немного. Миля 12я. Брусчатка, еще и крупная, ну потрясающе. Правое колено начинает немного поднывать, но немного. 
Где гребаный финишный коридор, вот какой вопрос меня волнует больше всего. За поворотом? За тем зданием? Где гребаный финишный коридор, потому что тогда уже можно начать ускоряться, а когда ускоряешься, то бежишь быстрее, а когда быстрее, то полумарафон кончился, забег кончился, где финишный коридор ,я вас спрашиваю. В итоге в этот самый коридор, облепленный болельщиками со всех сторон, я вбегаю с грацией выстиранной половой тряпки. Я понятия не имею, как я не иду, потому что воздуха у меня так и нет - не положено, видимо. В наушниках что-то грохочет, надеюсь что-то подходящее моменту. И опять этот момент, который есть почти на каждом забеге, и я еще в Москве его помню - бежишь ,а ворота не приближаются, не приближаются, не приближаются…. Сто метров, пятьдесят, линия, линия АААААААААААА. Я издаю хриплый вопль “УУУ!” и перебегаю сначала одну линию, а потом другую. В груди у меня кол, щеки пылают, меня качает, но теперь уже неважно.

Делаю скриншот. Пишу Все. Закончилось. 

Ну а потом как обычно - медали, трава, страва результат, оранжевый сладковатый энергетик - электролит, не помню уже что. Люди, сидящие на асфальте, мышца на ноге мелко дрожит, сидят у ограды, лежат на картонках, тянутся, сидят и смотрят в одну точку.
Хм. Это, конечно, звучит странно после такого опуса о коридоре боли и расстроенных чувствах, но я уже минут через, наверное, пять- десять (ну ладно, двадцать пять) после финиша чувствую себя норм. Посидеть это да, но в целом… 

***

В этом плане полумарафоны все одинаковые. После нет ощущения триумфа, ощущения победы. Ощущения, что ты сделал что-то такое значительное или замечательное. Просто когда боль убирают, коридор убирают, остаешься ты. Обычный ты.
И надо подниматься с травы, желательно не через элегантную позу, которая идет каждой леди “перекатись на четвереньки, потом вставай, кряхтя и держась за поясницу”, и искать обратный автобус. 

Так и хочется сыронизировать, что, если однажды мне так повезет и я буду рожать ребенка, то я тоже смогу придерживаться нехитрого принципа “ну, теперь все закончилось, вот тебе ребенок, дальше сама. Если станет репером, будешь всем говорить, что не твой”. Пусть и перекатиться на четвереньки в данной ситуации это, конечно, уже роскошь. 

И в этот момент (когда перекатилась и поднялась) я вдруг понимаю ,что я в дальнем пригороде, и обратная дорога займет уже не 1.5 часа, а все 3. Либо надо добираться на пароме. Ну супер.

Если быть совсем уж честной, я написала на 13м, когда накрыло в первый раз.
Я на 13м километре, говорю. Что, доволен теперь, что со мной не бежишь.
Он пишет (эх, он хороший очень человек) - ну, ты уж больше половины пробежала. Ты молодец, давай, у тебя получится. 

На 15м я пишу Блять, ну почему ты отказался. Почему ты отказался со мной бежать, падла, пишу я.
Ты знаешь, почему, пишет он. (и не только потому, что мы разошлись - у него были уважительные причины, и вообще, человек может вот просто не хотеть бежать 21 км первый раз в жизни, да еще и не в своем городе). 
Я бы тоже щас страдал, пишет он. Я ж не тренировался. Не готов.
Какая разница, готов ты или не готов, думаю злая я на 16м километре. Какая разница блять, главное что ты должен был быть тут, а тебя тут нет, мразь ты эдакая. А знаешь еще к чему ты не готов. Нет, туда не пойдем, не пойдем, думаю, и продолжаю как-то ковылять дальше.

Ничего из этого я не пишу, понятное дело. Пишу this shit is fucking never enging. Это блять никогда не кончится. 17й, кажется, км. Он ничего не пишет.

Потом пишу Как тяжело, а. Просто зачем я на это согласилась. Не помнишь, зачем я на это согласилась.

Раз уж пошел такой разговор, поговорим немного про коридор боли. 
После расставания есть коридор боли, и во время полумарафона есть коридор боли. И во время родов есть, наверное, коридор боли, причем так сказать в буквальном смысле, и во время много еще чего, о чем я не знаю, он есть. У меня вообще есть теория, что в каждом большом достижении он есть  - построить ли компанию, сделать первый миллион, написать ли книгу, достичь карьерного прорыва, построить дом, вырастить ребенка и сделать так, чтобы он не убился до 18 лет и вырос кем-то достойным, вылечиться от болезни, прожить много лет с одним и тем же человеком. 
Везде есть коридор боли, и чаще всего тебя о нем не особо предупреждают, и жизнь с тобой как-то не особо церемонится, когда тебя в него втискивает. И чаще всего нет примерно никаких указаний, когда он закончится. Знаков, как говорится в том меме, тоже не будет.

Основное свойство коридора боли - даже когда ты знаешь, что в конце есть результат и конец вообще есть, когда ты внутри, у тебя полное ощущение, что ЭТО будет вечно длиться. Веч-но. Это тупо бесконечные 5 км, которые не закончатся никогда. Никогда. Вся моя жизнь будет эти пять километров, все, чего я когда-либо делал, хотел или мечтал. В этом и есть феномен этой вот “последней мили”, про которую я в последнее время бесконечно и все время думаю, последней невыносимой мили, которая тяжелее, чем все предыдущие 12, 15. 100 миль. И уж точно длиннее первых 10 миль, это тупо статистический факт.

Также надо сказать, что в этом коридоре, да и раньше/позже временами, есть такой режим автомеханика. Как на Формуле один, когда машине быстро меняют колеса. 
Режим автомеханика - это такое задваивание. Когда тело - водитель - продолжает двигаться вперед, а автомеханик - элемент сознания, который в фоновом режиме прикидывает, что делать. Перебирает - так, а если еда. А если лед. А если вода. Так, а если представить, что после финиша будет пиво и жареная картошка. А какая жареная картошка - как фри или как правда жареная, на сковородке, горкой? И с ней маринованный огурчик. А как насчет представить, что все твои желания уже исполнились, и ты весь такой торжествующий летишь вперед? Ладно, это не работает, тогда как насчет того, что все твои враги сдохли? Вот прямо все? Отлично, с кого начнем?
Автомеханик это очень полезно, короче. Когда тебе, мягко говоря, не очень, он соображает что делать и примеряет то одно колесо, то другое.

Есть еще одна зона, которую я называю белой, после 30 км. Это когда вообще пусто и ничего нет в голове, и ты вообще не понимаешь, как ты сюда попал. Белый экран и все предустановленные программы слетели. Я там была всего раз в жизни и очень удивилась, конечно.

Километры (вторая часть)

Но внутри я складываюсь, как складной стул, и у меня нет другой метафоры для этого - I fold like a fucking desk chair. Причем ноги нормальные, с ногами проблем нет. Дело в дыхании, в грудной клетке. Там что-то как сгорбилось, зажало, как будто спина согнута, и как будто внутри у меня металлический крючок, который тянет и тянет и не дает грудной клетке раскрыться и нормально дышать. Я отчаянно пытаюсь выгнуться, пытаюсь ее раскрыть, пытаюсь дышать в нее полностью и загонять туда воздух до диафрагмы, до донышка. Никак. Диафрагма -  легкие - ключицы. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Я вообще не могу дышать животом. Не могу глубоко дышать. Не могу дышать как обычно дышу при беге, на четыре шага. На четыре вдох, на четыре выдох. Каждый раз, когда я пытаюсь наладить ритм, дыхание сбивается, и я его теряю. Из-за этого гребаного металлического крючка я дышу рывками ,иду, бегу, иду, и никак блять не могу дышать не рывками. И разогнуть крючок я тоже не могу и чувствую себя как рыба, выброшенная из воды. Хотя ноги и бедра и ягодичные все еще нормальные.  
Ну прекрасно. Strava показывает, что осталось еще 5 км. Как еще гребаные 5 км, думаю я. Я ни в жизни не бегала такие длинные 5 км, как я пробегу еще 5 км, простите. This shit is so fucking hard.

И вот тут следите за руками, пожалуйста. Есть два пути. (ха.ха. На самом деле есть больше. Но останавливаться нельзя, поэтому DNF мы не рассматриваем).

Очевидный путь - when in pain, do some soul searching. Тебе хреново - иди внутрь. Узнай почему. Выключи музыку. Начни двигаться медленнее, еще медленнее, найти внутреннюю силу, внутренний голос, найди как себя наладить, настроить. Успокой себя. Посмотри на небо. Посмотри на заборы по краям трассы, на оранжевую толпу, на хлопающих полицейских, на каменные дома. На свою жизнь. На бегунов, огибающих реку, на красные автобусы вдалеке. Посмотри на то, чего ты уже достиг. Подумай, зачем ты это делаешь. Подумай, как потом люди тебе буду делать комплименты на страве. Подумай, что они напишут “молодец”, а тебе на минутку будет приятно. Слушай себя и иди внутрь, начинай медитировать, как буддийский мудрец, начинай копать в собственную душу, и беги ей. А не дыханием или ногами. И это пройдет. Скажи себе это. И это пройдет, как финишная линия, и ты даже не заметишь. Уйдя слишком глубоко в себя, можно много чего открыть.

Но я не пошла этим путем. Хз, почему. Может, ресурса не хватило, может, мне просто не хотелось сталкиваться с собой на 15м километре полумарафона, или 16м, или между 16м и 17м. Или мозг был уже в таком состоянии, что не в состоянии откатиться обратно во внутренний покой. Также крючок в груди, вернее, в спине, малость мешал философскому отрешению и detachment, которое теперь все на ютубе так пропагандируют.

И я пошла вторым вариантом.

Я написала бывшему. 

Я никогда не пишу бывшим. Честно. Я не звоню им, не пишу, не добавляю их в друзья, не сталкерю их нигде (можете не верить, но это так), не смотрю их сторис и не тянет. Кроме, может быть, внезапного всплеска любопытства раз в полгода-год. Окей. 
Я не пишу им пьяной, я не пишу трезвой. Я не пишу любовных писем, не отправляю сообщения “случайно”, не прошу друзей посмотреть, что они делают, с другого аккаунта. Внутренне я приняла то, что они обвалились и исчезли с лица земли. 
Я знаю, если люди, которые сохраняют хорошие отношения, и дружат - ок. Никому я не желаю плохого, если вдруг жизнь сведет снова - с интересом поговорю. Но специально писать общения и следить - не, спасибо.

Я написала бывшему потому, что. Потому что мы должны были бежать этот полумарафон вместе. Потому что, возможно, надо сменить старую парадигму на новую, где остаётся дружба. Потому что я заебалась. Я заебалась, в глобальном смысле и на 15 километре, и у меня не осталось других защит.

И вот я первый раз чувствую, что кроет, на 13м км. Но я продолжаю, насколько я помню, бежать до 15го, на морально-волевых, как это говорится, в смысле запускаю руку в свой арсенал - запустить тренера Беннетта в ушах, чтобы он что-то мне говорил (это вообще не помогает), другая музыка, скомандовать себе - медленнее, медленнее, работай руками, тело вытянула вверх, в линию, нет, в линию, медленнее, тебе не надо быстро, тебе не надо красиво, тебе надо просто продвигаться вперед, понимаешь. Тебе надо просто покрывать дистанцию. Помню, что прямо диктовала себе, повторяла - you hunker down, hunker down, hunker down. Заякориться, зацепиться за медленный стабильный ритм движения. Не получается, честно говоря.
Хотя второе дыхание ненадолго включилось, да, и четко помню, когда - на выходе с одного из самых живописных мостов, мечта любого бегуна - но хватило его всего на пару км о силы. Может на три. 

На длинных дистанциях, да и не только на них, лезут наружу самые разные эмоции. Может вылезти обида, гнев, злость, жалость к себе, сожаление, стыд, да что угодно на самом деле.  Что копилось, то и вылезет. У меня вылез гнев в таком чистом, беспримесном виде “где эти ваши мили, блять”.
Потому что я вдруг поняла, что жду и жду следующей мили - оранжевого индикатора- а его все нет и нет. Все нет и сука нет. Я все бегу, а его все сука нет. И станции с водой нет. Нет и нет. Нет и нет. Дайте мне эту гребаную станцию, вы что, все спятили тут, что ли, она мне нужна, станция, где станция.
По-моему, энергетик мне дали километре на 17м, воды примерно тогда же, но позже, и к тому моменту, как я зацепила из рук у волонтера бутылочку, я уже, честно гворя, отчаялась когда-либо ее получить. И даже ярость почти догорела, потому что бежать, бежать, бежать, а пункта нет - то еще развлечение. Так скажу. А ждать очередной мили и понимать ,что миля это гребаных 1.6 км, а не 1 км, прямо когда ты полностью готов морально к тому, чтобы миля была 1 км, а лучше чтобы она была 0.8 км, потому что дайте уже следующую милю пожалуйста - не очень.

Кто, блять, эти ваши мили придумал, думаю я, пытаясь слушать коуча Беннета.Его слова вообще не отпечатываются у меня в голове. Вот бывает так - все мимо.
Переключаю песни. Для такого случая у меня была приготовлена Muse Hysteria, и все что вроде того, и они вроде помогают, а вроде не помогают. Бывает такой пограничный момент, когда тебе вроде все помогает, а вроде не помогает ничего. Помогло если бы кто-то бежал рядом со мной, вот что. Вот это бы помогло. Наверняка. 

Я вычисляю примерно по времени, и знаю, что последние 30 минут - 45 минут надо просто как-то продержаться и это самый сложный кусок. Я знала это заранее, я сказала себе это заранее, и все равно от этого не легче. Бежать. Не легче абсолютно.
Более того, так было на всех моих полумарафонах, кроме, наврное, парочки, когда я была молода, резва и готова так, что и после 21 км была готова бежать дальше - но такое было всего пару раз, и звезды, как говорится, должны сойтись, ноги быть свежие, в Меркурий в ретрограде.  
 
На пятнадцатом километре я складываюсь, как складной стул. Морально, физически я все еще прямая и двигаюсь вперед (чему обязана всем в жизни вообще). И каким-то задним умом я все еще знаю, что у меня физически достаточно сил, чтобы закончить дистанцию, и что я могу это сделать. Я в конце концов бегала все предыдущие месяцы, и две недели перед этим была длинная тренировка в 17 км, и было ну норм.

(остальное завтра)

Пока мы ждем в стартовом кластере (таком месте, где куча одетых в беговое людей толпятся вместе, делают видео и селфи, которые потом ты удовлетворенно смотришь в запрещенной социальной сети, думая, и я там был, только никто этого не знает), мимо пролетает группа лидеров-мужчин, а минут на 10 позже - и женщин. Они на самом сложном, как я потом понимаю, участке - в 13-15 км, на 8й миле из 13ти. Тут все  в милях, эт я тоже понимаю поздновато, и это одновременно странно психологически, но и вроде проще, потому что 13 не 21. Досчитать до 13 проще же. А пока досчитаешь до 21 с лишним, с ума сойдешь. Думаю я тогда.

Стартовая группа выглядит сосредоточенными, идет борьба, кто-то впереди, кто-то “сидит на колесе” и не отстает. Я вспоминаю М., которая как-то пришла на забег, один из моих первых, чтобы меня поддержать, и говорит : “Тут люди так страдают, работают, я даже как-то неловко себя чувствую, когда смотрю на все это. Самой хочется пробежаться”. Эх. Разделяю с ней это мнение. 

Топчемся, топчемся, чувствую себя нормально. Это реально забег, где я могу себя поздравить, уж если меня не поздравит никто еще - я , хоть и не подводилась с планом, в смысле не бегала по какому-то определенному графику, но подошла в хорошем состоянии. С нормальными набеганными объемами, с нормальной выносливостью, не  тяжелыми ногами, без судорог, без особой усталости даже. Подошла в лучшей форме, в которой вообще была за… наверное, последние года три точно. А может и все пять. Или все шесть, которые прошли с моего последнего официального полумарафона.
 
Так что все должно пойти хорошо. Все - объективно - должно пройти хорошо. Дистанция меня не пугает. Условия меня не пугают. Тело вроде норм. Ноги норм. 

Вообще бег этим летом, да даже раньше, но в этом году точно, стал чем-то вроде стиля жизни, а не просто тренировками. Стал ближе к жизни, менее от нее отделим. Может быть, из-за беговых клубов и сообществ, может быть, из-за большего процента бега по улице (почти весь), может быть, из-за больших, чем раньше, дистанций. Может быть, все вместе, и город как-то слился со мной и бегом, и все три стали единым целым, и вальсируют теперь.
Километры, думаю я, пока бегу начало. Километры.
Начало нормальное. Правда, ничего особенного - я себя не останавливаю, не придерживаю, и это ошибка, но почему-то не получается, что ли. Я просто бегу как обычно бегу, не слишком быстро, не слишком медленно, по возможности сбоку от толпы. Мне ничего не мешает, ничего не выдается и не выпирает, не тяготит - я не могу сказать, что мне легко, но могу сказать, что мне нормально. Солнце, ветер. Даже спуск в туннель на 1м км и подъем из него же на 3м км - нормально. Бежим по широкому шоссе, впереди небоскребы деловой части города. 

Про первые 13 километров мне почти нечего сказать - я бегу, все весело, толпа вокруг, лого наших конкурентов на одном из небоскребов, все разноцветные, асфальт. Дорога петляет то туда, то сюда, очень еще не наступила, а лето еще не ушло, ветер рвется в лицо. Не ем, не пью, необходимости не чувствую.

А на километре 13 меня накрывает. Шестая миля что ли? Седьмая? Больше половины. 
Меня накрывает в первый раз, но накрывает еще так, что я могу продолжать. И в беге, и в жизни, мне кажется, все знают это чувство - когда тебя уже точно накрыло, то ты еще можешь продолжать. И кто-то так годами может, кто-то неделями, кто-то всего несколько дней и все. У кого-то терпелка и вот это умение идти через боль и дискомфорт такое огромное, что они могут вообще до конца дистанции бороться. Кто-то бросает сразу, на первом же сигнале. Кто-то, у кого продвинутое чувство самосохранения, себя ставит на предохранитель еще до момента X, чтобы вдоль этой черты не ходить.

Километры

Еще один текст,  который написать - день, отредактировать - месяц. Думала весь его убрать под телеграф, а потом думаю, да ладно. Но он ОГРОМНЫЙ. Извините.

Тут же Телеграм канал не как у других, так что. Вернее, очень даже как у других. Просто длиннее и извилистее в плане букв.

(мат)


Эх, не так надо начинать этот текст. Не на усталости. 
Но именно так я его начинаю - это текст про полумарафон 7 сентября. Я еще когда бежала, знала, что я его напишу, и думала, а как, ну как, без того, чтобы не раскрывать слишком много личных деталей.

Огромное отступление про личные детали
Я ведь очень стараюсь не раскрывать личное, а проводить четкую черту между жизнью других людей  и тем, что чувствуют они, и тем, что чувствую я. Поэтому я, кстати, никогда не думала, что этично писать в соцсетях о деталях расставаний, или отношений, или жаловаться на то, что сделал или не сделал другой человек, потому что везде контекст важен - как правило, город, который как пирамидка из колечек, и каждый человек в нем наполовинку искалечен (в тему строчек из русского репа, которые первыми приходят в голову), строят двое. Их двое в этом самом городе, и кто искалечен почему, надо еще разобраться.
Никогда не была фанатом однозначных мнений “эта - крыса”, “этот - мудак”, “этот - козел”, “эта  понторезка”, “эта - двинутая мечтательница”, “эта - искательница денег”, “эта - отлетевшая”, “а разошлись потому и вот еще поэтому и ЕЩЕ ВОТ”. 
Ну потому что так просто проще, засовывать людей туда, где все с ними понятно. А это ведь не так.

Обратно к бегу
Полумарафоны бывают разные. Как и тренировки. Как говорил тренер Бретт Ратнер, известный тем, что готовил многих триатлетов и вытаскивал их на лучшие результаты в карьере, но человеком был не очень, “некоторые тренировки похожи на камни, некоторые на звезды. Из них мы построим свой собственный дом”. А, может, это говорила Крисси Веллингтон, одна из его самых знаменитых подопечных. Но в любом случае, один из них двоих это сказал. И я много лет назад эту фразу запомнила, и иногда вытаскиваю ее из себя, когда семеню и кроссовки мокну на залитой дождем улице. Некоторые тренировки похожи на камни, а некоторые на звезды. 

Полумарафоны, как и все остальное, совершенно не что-то уникальное. С одной стороны. Я одеваюсь, как обычно, беру с собой самый минимум - карта на метро, карт банковская, ключи, перекус - кусок шоколадки, который мне измажет потом всю беговую сумку, и сахарные печеньки из waitrose, которые рассыпаются в этой же самой беговой сумке. И телефон, конечно. Куда без телефона. 

Обычно перед важными датами что-то происходит - закон подлости, когда бутерброд, раз падал-падал, то уж должен был упасть, а раз упасть, то маслом вниз. То не тот день календаря для девушек (а это большая проблема, когда бежишь 21 км), то съешь что-то не то и в желудок как будто положили огромный камень, а ты на пятом километре, то заболеваешь и начинаешь кашлять, то травма прямо перед (повезло, ттт, такого не было), то дождь проливной (было), то какая-то привычная одежда или кроссовки начинают адски натирать и становится невыносимо (было). Выбирайте ваш вариант, короче. Но также - choose your fighter.

Тут было практически идеально. Не побоюсь этого слова. Да, транспортная забастовка, и до места старта пришлось добираться почти 1.5 часа на 4 автобусах, да, много народу, но это нормально на больших забегах. Но - главное - шикарная погода. Шикарная, шикарная погода, ветер и голубое небо. Что для города, где дождь начинается по 3 раза за день, да еще и в воскресенье, да еще и в сентябре, потрясающее стечение обстоятельств.
А потрясающим стечением обстоятельств остается что? Пользоваться.
Пользоваться. Жить его. Бежать его, врубив музыку и кнопку на плеере. На полную.

#мем_и_история

Иногда я думаю, плохо ли желать кому-то, кого ты знаешь и с кем работала и кто в общем-то хороший человек, упасть в Амазонку в отпуске в Латинской Америке?
Плохо? Да. Очень.

У нас, кстати, саббатикалы, то есть длинные оплачиваемые отпуска за счет компании, можно брать с 5 лет работы только. Когда в общем-то уже либо выгорел до углей, либо тебе наплевать. Хотя какая разница. В некоторых компаниях-конкурентах с 4 лет, например. В некоторых можно по прохождении испытательного срока.

В этом году много было и саббатикалов, и декретов, и долгих больничных (недавно девушка буквально за 2 дня предупредила и ушла просто НА МЕСЯЦ). Такое ощущение, что люди как-то... переоценивают и себя и работу в 2025, какой процент времени они тратят на себя, а какой на работу, чего хотят и к чему вообще гребут.

Это радует, и, с одной стороны, я сама в их лагере, а с другой иногда очень хочется сказать типичное миллениальское (или поколения Х?) "а кто работать-то будет?".

#мем_и_история

Почему-то в компаниях иногда люди думают, что они находятся в тесном теплом уютном кружке, куда все другие департаменты приходят, чтобы нарушить их покой.

Вот я, а вот разработчики мои, а вот наш фикус Вася, а вот еще аналитика возьмем, а вот мои коллеги. А остальные отстаньте, отстаньте от нас!

Не хотим мы знать, что говорит клиентская поддержка. Белый шум. Не хотим мы знать, что говорит операционка. Белый шум. Не хотим мы знать, что говорят рисковики, юристы, защита юзерских данных. Белый шум. Белый шум белый шум белый шум!

Дайте нам делать красиво и функционально.
Оставьте нас в покое. Это другое. Это нас не интересует.

И вот я в последнее время прямо чувствую неприязнь от одного конкретного человека, который так яро охраняет свою территорию, что даже от разговоров с мной отказывается.
И вообще считает меня не больше не меньше как раздражающим фактором, хотя я спасла его задницу "этими надоедливыми и долгими юридическими моментами" минимум один раз в этом году.

Парам пам. Бесит.

#мем_и_история

В корпоративной среде ведь как. Главное сделать вид, что все нормально, когда у тебя глаза будут лезть на лоб.

Впринципе от этого навыка зависит уже многое - когда кто-то несет какую-то лютую дичь, ты просто улыбаешься и машешь, как тот пингвин, который уже выкопал себе туннель, который вынесет его на свободу.
Ну или не выкопал, тогда просто надеешься, что тебя подберет круизный лайнер, проходящий мимо.

Я работаю в сильно зарегулированной индустрии, где нельзя делать что попало (впринципе в проде вообще нельзя, вот новости-то), но все равно периодически бывают моменты как сегодня, когда я объясняю человеку, отвечающему за продукт (!), что-то в стиле "небо синее, вода мокрая, ты не можешь просто менять что-то, что мы прописали в договоре, по своему велению и своему хотению".

И он отвечает - ну почему-у-у-у-у-у.

А как ваше ментальное здоровье в последнее время? 😁

Ну, что же. Моя философия на этот счет - если вы еще не виделись, time is flat. Можно и переписку возобновить, и сходить на свидание. Мало ли, вдруг один из вас был в Северной Корее (хотя в этом случае конечно лучше не ходить, да) или тусил с пингвинами на Северном полюсе, или сломал ногу, как в культовом фильме Леонида Гайдая. Ну, вы поняли.

Я ответила.
После чего он... ну да, пропал снова. 😁

Самое забавное во всем этом то, что на сайте у некоторых людей написала профессия, и у него... внимание.. CEO. Все мы, конечно, своего рода CEО (третий раз уже шучу эту шутку, но от этого она не становится менее смешной 😁😁😁).

Друг мой С. со знанием дела говорит, что может он все лето выводил компанию на IPO, а потом в ночь перед запуском и написал, потому что стало человеческого тепла не хватать.
А потом, когда запуск состоялся, ему, очевидно, снова есть чем заняться.

Думаю, так и есть. Как только свободная минутка от IPO - сразу ко мне, сразу ко мне. К матчам то есть.

P.S. А вот если вы уже виделись, а потом кто-то возникает X месяцев спустя, то сразу нет. В интернете возможно все, а вот если вы уже разговаривали лицом к лицу и встречались, а потом кто-то пропал - то это сразу билет на выход.
В книжке Dolly Alderton "Ghosts" (на русском она называется "Мои нереальные парни") эта ситуация разобрана в деталях от А до Я. Если вдруг хочется почитать больше.

В другом канале, но тоже про свидания, прочитала пост о том, как мужчина возник после полугодового отсутствия. Важно - уже после того, как в автором канала у него было одно свидание.

Если кратко, то он написал простыню текста о том, как сожалеет, просит дать ему второй шанс, а потом, когда после 300+ комментариев второй шанс был дан, он пропал снова.

Я подумала-подумала и вспомнила, что у меня не так давно была аналогичная ситуация. Только в оффлайн мы еще не переходили.
Летом начали переписываться, потом он пропадает, я про него забываю, а 2-3 месяца спустя он появляется снова со словами "Я отключился от сайтов знакомств на лето. А как твое лето прошло?"

Да ничего, думаю, прошло. А у тебя, видимо, пошла инвентаризация предыдущих матчей на предмет того, кто ответит.

​​На следующий день у него день рождения, и он пишет - пришли 10 человек! Круто было! Я удивляюсь, что, в твою квартиру пятнадцать квадратов?  Ну да, в мою квартиру пятнадцать квадратов. А на новоселье пришли вообще двадцать пять. Как ты их уместил там, говорю. А часть стояла в коридоре. Вот ты богат, пишу я, богат потому, что к тебе не просто пришли двадцать пять друзей, но и то, что они готовы ради тебя стоять в коридоре! Да, это я понимаю, у меня прекрасное окружение, пишет он. Вообще. Понимаешь свое счастье. 

Мне все еще все равно, но это даже отлично. Можно в конце концов расслабиться.

Поэтому мы садимся в этом полукафе-полуподвале, в котором никого, кроме нас и группы, которая инструменты настраивает, пока нет, и он мне говорит, что его родители были друзьями, прежде чем начать встречаться. Ну хорошо, говорю я. 

Знаете, бывает такое настроение (у меня сейчас такое), когда тебе в целом пофиг. Пофиг в том плане, что ты до такой степени живешь в своей голове, что тебе немного насрать, что происходит во внешнем мире, ну или ты до такой степени яро гнался за каким-то своими “целями” (специально беру в кавычки) в последние месяцы, что теперь скорость сброшена почти  до нуля. Ну потому что хорош. Надо просто вытащить штепсель из розетки на какое-то время. 
Не  знаю, на какое.

А на что жил Сократ, ты как думаешь, спрашиваю я. С этого надо начать, мне кажется.

Возможно, я перешла на дефолтную мужскую позицию, или просто на другую позицию, но мне теперь и вкладываться неохота - не хочу я ничего никому давать. Ни приглашать к себе, ни контейнировать чью-то тревогу, ни утешать, ни понимать, ни вникать в положение, ни делать приятно. Ни нравиться вообще.
Давать вообще не хочу. Особо нечего потому что. Все выдала.

Вместо этого… вот знаете, бывает, скучаешь по чему-то конкретному, что у тебя было когда-то давно, но давно ушло в прошлое, а хотелось бы не то чтобы вернуть себе свой 2014, а вернуть то, что тогда было.
Например, осенние вечера, вы идете в общагу и так долго разговариваете в общажном дворе на скамейке, или около скамейки нарезая круги, что оба холодные ужасно и промокшие немного от дождя, который кончился незадолго до того, как вы пришли. Или вы стоите на балконе, в разных его концах,  за стеклом ночь, и горящие окна многоэтажек, и базарите непонятно о чем, о философии, об эстетике, об истории, о том, что с вами произошло. Верхняя полка плацкарта, и нижняя - и разговор просто вьется, как дым сигареты, вверх, и ты смотришь в верхнюю полку, и в купе не горит свет, или горит, и газета и очки и телефон скользят туда-сюда по столику, когда поезд останавливается и снова трогается с места. И вагон трясет, и вы все разговариваете и разговариваете, и лампа за головой горит, или не горит, и слова все не заканчиваются. Момент, улученный где-то, не заканчивающийся никогда, случайный, когда два человека просто оказались рядом, и им ничего друг от друга не надо.

Темнеет в семь тридцать, к столикам с стороны улицы подкрадывается темнота, дождь идет, десять шагов по листьям, холод забирается за воротник, темнота, фонари, дым твоей сигареты улетает в небо, и мы все еще почему-то живы, и можно не думать о том, сколько нам лет, и можно не думать о том, что будет, когда поезд придет на платформу, и можно не думать о том, почему не сбылись наши мечты, и сбудутся ли они когда-нибудь. Просто мы идет вверх по улице, идем вниз по улице, просто давай поговорим о чем-нибудь, что касается мертвых белых мужчин, и не будем говорить о чем-то, что касается всего остального. 

Просто момент, можно поговорить, выдохнуть в форточку, улыбнуться в холодную темноту, и он говорит да мы можем просто поговорить, не обязательно же идти на свидание, он говорит, я готов умереть за свои идеи, и я думаю, твою ж, почему мне попадаются только такие, твою ж, опять и снова, твою ж, уже октябрь и улицы Парижа черные и мокрые, и на них все меньше людей, и все полнее автобусы и вагоны метро, и все быстрее запотевают стекла, и прохожие все быстрее торопятся домой. 

Когда-то это уже было так. И теперь это снова так - можно просто жить и ничего не ждать, и перестать ждать, и прекратить ждать, и просто жить, так на что же все-таки жил Сократ, между Толстым и Достоевским я совершенно точно в лагере Толстого, и по многим причинам, про психиатрическую клинику я могу тебе рассказать, но ты же не поверишь.
- А у тебя есть мужские черты, - говорит он, улыбаясь.
- Что, это так видно? - говорю я. Потом говорю да. Толку скрывать.

Критика чистого разума входит в чат


А ей навстречу сила рационального аргумента, и говорит - да ладно тебе, чего сразу в чат, пошли в бар. Критика чистого разума говорит ладно. Только ты выбираешь.

Так все и начинается. Как обычно, короче. 

Эх, говорю я другу моему К., в мире есть я и есть чуваки, которые прочитали Кьеркегора, Ницше и Кафку, и еще чего позабористее (только бы не Вяземского) и есть я. А больше никого нет. Реально больше никого нет, и так и хочется пошутить, что больше никого и не надо, НО. 
С другой стороны, ну что теперь делать, что если Ницше читает, то наш, а если сходу перечисляет в порно три любимых категории, то… извините, отвлеклась. О чем это я? А.

Я вообще не в кондиции, чтобы куда-то ходить. Ментально в смысле. Опять же, хочется сыронизировать, что тело куда-то ходит и “я тебя не знаю, но я тебя причешу и увлажняющий тоник нанесу, чтобы на зум колле все не пугались” в зеркале, но ментально я еще в отпуске, где-то не здесь, посреди лета, там, где можно было один слой одежды носить, уворачиваться от фонтанов и мечтать, чтобы оно никогда не кончалось.
Также ютуб мне тут сказал повысить свои стандарты, в смысле требовать к себе более бережного отношения, а кто я такая, чтобы не слушать ютуб. И я даже вроде доросла до того, чтобы понять, о чем он говорит - когда тебя любят и берегут, и не мотают тебе мозги, и сразу задаешь планку на входе, а не опускаешь ее туда-сюда по обстоятельствам. А если не любят и не берегут, то ты их посылаешь в сад  и сама себя любишь и бережешь, как последний пирожок с малиной на завтра (потому что остальные уже съедены сегодня).  

Так вот.
В кондиции не в кондиции, но я привела себя в горизонтальное положение, встала на каблуки, волосы назад и пошла. Как говорится, если четкий овал лица в кои-то веки, то не будем тратить времени, пока зимне-осеннее питание.. Так, опять отвлеклась.

Я даже не знаю, как… блин. После всех свиданий и всех внутренних изменений, в этом году и до него, у меня очень изменилось восприятие людей. Я перестала прикладывать к ним рулетку, перестала так вцепляться за “желаемый” результат, перестала так ожесточенно чего-то ждать. Вот просто сидела-сидела однажды и такая - You need. To chill. The fuck. Out.
По этому принципу и стараюсь проводить четвертый квартал 2025.

Джакомо 33, и это флэш рояль всего того, против чего предостерегают посетительниц сайтов знакомств - он относительно симпатичный, высокий, начитан и прекрасно образован, философ, и при этом беден, как половина церковной мышки (задняя), живет в квартире в классном районе, но 15 квадратов (не стала спрашивать, туалет на площадке или нет), курит, пьет абсент, ходит в арт-бары университетского округа, полные студентов Сорбонны и ее же преподавателей, и имеет принудительную госпитализацию по психиатрии в прошлом. И бывшую девушку - тоже философа, но потом преподавательницу французского.
Потому что все имеют бывшую. Даже те, кто сидели, имеют бывшую. Много бывших. (Не спрашивайте.)

Да, кстати, возможно, это не тот момент, но я имею официально заявить - все мужчины, про которых я тут пишу, реальные. Реальные абсолютно, на 100%, никакие не лирические герои. Иногда я могу поменять имя, могу поменять профессию, если и то и то редкое, плюс стараюсь избегать идентифицирующих деталей, чтобы их можно было легко нагуглить. Но они реальные. 
Еще бы. Next level - создать лирического героя, который ко мне пристает, потом жаловаться на него.

Прямо на входе в бар (пустой), в латинском квартале (естественно), я возьми и спроси:
- А ты каждый раз приводишь разных девушек, и каждый раз знакомые, которых ты встречаешь, спрашивают, а кто это?
И сразу стало гораздо легче, гораздо легче.
- Ну вообще-то нет. - говорит он, с некоторым удивлением. - А ты что, часто бываешь…в караване тех, кого куда-то приводят?
1:1.
- Нет. - говорю я честно. - не часто.

#мем_и_история

Как-то раз организовывала я, сотрудник А, и еще одна девушка, сотрудник Б, выездной семинар для подрядчиков. Это когда представители двух компаний, одна из которых оказывает услуги другой, собираются в одном месте и обсуждают, как идет бизнес.
А потом идут пить, но это вариативно.

И вот, и сотрудница А, то есть я, и сотрудница Б были в других городах, не в том, где будет семинар. И все организовали тем не менее - бронь переговорок, ресторана, слайды, согласование программы с всеми участниками, кто будет с той и другой стороны... а потом пришло им в голову попросить у общего босса, а можно ли, собственно, им обеим приехать на этот самый семинар, который делался на 100% их усилиями.

На что их общий босс весело сказал: "Я бы рад, да бюджета нет. Я понимаю, конечно, вы очень важны, но я поеду, а вы останетесь и со своих мест поучаствуете. Ну и на ужин я схожу."

И сходил.

Парам пам. Пам.

Ловите следующий пак скринов - "Удивительный мир взрослого дейтинга в Сербии, мужчины 40+++ и презентация их интересов на тиндере"

Такая вот aesthetic

Love с копытцем особенно понравился