ьтат, и приходится выбирать что-то одно, игнорируя другое. Более того, есть немало людей, для которых даже и сама модель «А» даёт противоречивые результаты, например, при типировании по базовой и творческой или по базовой и болевой. Вообще типирование одного и того же человека по любой паре функций модели «А» может дать иной результат, чем типирование по любой другой паре функций, хотя по теории они якобы должны давать эквивалентный результат; или, например, при определении типа по базовой и творческой, функция, которая должна по теоретической модели оказаться суггестивной, на практике оказывается вообще неценностной. Иными словами, реальные люди в модель «А» зачастую просто не вписываются.

Тут стоит обратить особое внимание на то, что буквально каждый из пунктов соционической модели довольно изящно и логически стройно развивает модель Юнга, однако при этом принципиально недоказуем и изначально был лишён всякого конкретного физического смысла и измеримого содержания (то есть нет формального способа строго доказать, что, например, у конкретного человека БС именно активационная, а не суггестивная, есть только интуитивное «ви́дение» этого и подбор аргументов в пользу этого «ви́дения»). В частности, эмпирически недоказуемо и то, что клеток в модели должно быть именно 8; и то, что эти клетки по содержательному смыслу должны быть именно такие, как описано в теории, а не иные; и то, что «элементов информационного метаболизма» (и соответствующих им «аспектов») в изначальной модели тоже 8; и то, что они содержательно именно такие, как это им приписано; и то, что они могут стоять в модели только по перечисленным выше придуманным правилам, а не по каким-то иным или вообще как попало.

В итоге в лице классической соционики мы имеем чисто метафизическую концепцию, оперирующую эмпирически неизмеримыми абстракциями и бездоказательно постулирующую ряд законов, которые в силу неизмеримости параметров принципиально не могут быть эмпирически ни строго доказательно подтверждены, ни строго доказательно опровергнуты, но на уровне неформализуемого практического опыта зачастую очевидно, что реальность никак не вписывается в модель. Например, если у конкретного отдельно взятого типируемого с несомненной (в пределах, разумеется, неформализуемого искусства соционического типирования) базовой белой логикой и творческой чёрной интуицией чёрная этика при этом совершенно не соответствует описанию суггестивной функции (хотя бы уже потому что она вообще неценностная), то применительно к нему рушится вся модель, а, следовательно, и все выводы из неё на тему интертипных отношений, о которых мы ещё поговорим особо.