В августе 1915 года, когда неприятель занял значительную часть территории Российской империи, на восток страны хлынул поток беженцев.
Челябинск, как крупнейший транспортный узел России, оказался одним из главных пунктов их приема и переправки. Через город прошло огромное количество вынужденных переселенцев: по некоторым данным, только за осень 1915 года здесь проследовало более 260 000 человек. Больше всего приезжих было из Гродненской, Могилевской, Витебской, Виленской, Ковенской и других западных губерний. Значительная часть беженцев осела в Челябинске.
По сведениям Елены Рохацевич, первые переселенцы прибыли сюда в октябре 1915 года — 90 семей, всего 385 человек. Разумеется, большинство прибывало изможденными. Дорога занимала недели, и хотя на узловых станциях иногда давали горячую пищу и кипяток, это происходило далеко не всегда. Люди часто ехали без еды и воды, многие дети и старики умирали в пути от болезней и истощения.
По прибытии в Челябинск беженцы временно размещались на территории переселенческого пункта, в эшелонах на станции и в пристанционных постройках. Вскоре их расселили по городу.
Из журнала N 2 Челябинского уездного земского собрания от 02.11.1915 мы узнаем, что в Челябинском уезде уже пребывало 30 000 беженцев.
Управитель Саткинского завода В. А. Гассельблат отмечал, что темпы их прибытия оказались неожиданно высокими для местных чиновников, а четкой программы размещения в первые месяцы войны попросту не существовало.
В одних только бараках переселенческого пункта проживало до 1 000 человек, получавших горячее питание в местной столовой.
Но в самом Челябинске беженцев было в несколько раз больше. На 1 января 1916 года числилось 1 300 семей (5 408 человек), из которых 40 % составляли дети. Примерно половина беженцев были русскими, остальная часть — поляки и евреи, меньшинство — латыши и литовцы.
Национальные комитеты — Польский, Еврейский, Латышский и Литовский — взяли под опеку своих соотечественников. Для детей открывались школы с преподаванием на родных языках. В доме Эльворти (размещался рядом с современным кинотеатром «Знамя») действовала канцелярия Польского общества помощи жертвам войны. Еврейское общество вспомоществования организовало для детей-беженцев летнюю колонию.
Русские переселенцы оказались в худшем положении: не существовало организации, которая взяла бы их под защиту.
Тяжелое положение беженцев вообще особенно чувствовалось среди русских беженцев. Не было организации, которая бы взяла на себя заботу о русских беженцах. Высокая среди них смертность, вызываемая, по определению врачей, недоеданием, истощением, заразными болезнями и отсутствием медицинской помощи, крайняя нужда в теплой одежде, обуви и белье делали положение их худшим по сравнению с беженцами других национальностей.
Газета «Оренбургские епархиальные ведомости». № 41-42. 1915 г.
В Челябинске среди русских детей школьного возраста числилось 607 человек, из которых училось в городских школах лишь 16. Для их обучения не хватало средств. Иногда помощь приходила от местных жителей. В 1915 году было открыто два новых смешанных училища: одно в городской части, другое — в феврале 1916 года в доме фабриканта Штоля на Шоссейной улице (ныне – Цвиллинга). Городской комитет по призрению беженцев открыл также больницу на 30 коек в доме Зайцева.
Для поддержки беженцев создавались благотворительные общества: открывались мастерские, биржи труда, устраивались спектакли и лотереи. Детям раздавали подарки к Рождеству и Пасхе. Основные расходы на питание, лечение и обучение брало на себя государство, в том числе Комитет Великой княжны Татьяны Николаевны. Пытались помогать и иностранные организации:
Получено циркулярное извещение о том, что группа русских подданных литовцев, проживающих в Америке, желают иметь сведения о родственниках беженцах и сообщить им свои адреса через посредство редакций издающихся в Америке крестьянских литовских газет и тем самым дать возможность оказать родственникам беженцам материальную помощь.
Газета «Голос Приуралья».