Есть актеры - короли второго плана. Готлиб Ронинсон чаще был королем третьего, или четвертого плана. Его роли в «Зигзаге удачи» (несчастный муж красавицы Ирины Скобцевой, уверенный, что она его, такого невзрачного рентгенолога, обязательно бросит), в «Берегись автомобиля» (начальник Деточкина), даже в «Двенадцати стульях» (Кислярский) - считай, гигантские. Гораздо чаще он появлялся в кадре на одну-две минуты, если не на несколько секунд. В «Иронии судьбы» он в аэропорту ждет самолета, жалуясь пьяному Жене Лукашину, что Новый год придется встречать в воздухе. В «О бедном гусаре замолвите слово» он - провинциальный актер Марк Юльевич Мовзон, участвующий в пьесе из римской жизни («Я по паспорту Марк Юльевич!») Бухгалтеры и врачи скорой помощи, астрономы и парикмахеры, бармены и лекторы, с которыми ненадолго сталкиваются герои, - вот что ему доставалось. Но играл он это без преувеличения гениально. И стал одним из немногих советских актеров, при появлении которых на экране улыбка у зрителя возникала автоматически, еще до того, как они успевали что-то сказать.

«НЕ ХОТЕЛОСЬ ОТЧИТЫВАТЬ ДЕТОЧКИНА»

Готлиб Ронинсон родился 12 февраля 1916 года в еврейской семье, жившей в Вильнюсе. Родители вскоре расстались, ребенок с матерью уехал в Москву (мать навсегда останется для него самым родным и близким человеком - некоторые считают, что именно из-за нее он так никогда и не женился: она не хотела, чтобы другая женщина ее оттеснила). В какой-то момент мама решила, что у ее мальчика выдающийся голос и повела на прослушивание в Большой театр. Там его голос не сочли уникальным, но зачислили в хор, а через несколько лет - в миманс.

Ему везло на интересные встречи. Гуляла легенда, что еще в детском саду он столкнулся с Лениным, который зашел к детишкам в гости. Потом, будучи пионером, преподнес цветы Горькому, в 20-е и 30-е периодически наезжавшему в СССР до того, как там окончательно осесть и умереть. Наконец, ребенком он был знаком с великим Михаилом Чеховым и не раз видел его на сцене.

Сам Готлиб мечтал стать актером с детства. После неблагодарной работы в Большом он окончил Щукинское училище, а потом пришел в театр на Таганке, где и прослужил с момента его создания в 1946 году и до самой своей смерти. В течение многих лет это был скромный, непопулярный театр, Ронинсон считался там самым известным артистом. В 60-е театр хотели закрыть, но напоследок все же попытались реформировать, и реформа удалась: «Таганку» возглавил Юрий Любимов, по тогдашним меркам - революционер. Он оставил от старой труппы всего несколько человек, и Ронинсона в том числе. Они с Любимовым когда-то вместе учились, любили и ценили друг друга, и рассказывают, что именно Ронинсон, когда обсуждалась кандидатура нового худрука, замолвил за него слово. При этом Готлиб Михайлович опасался, что на сцене обновленной Таганки ему места не найдется и мысленно уже приготовился уйти в театр Сатиры. Но место Ронинсону, конечно, нашлось: в спектакле «Десять дней, которые потрясли мир» по книге Джона Рида Любимов дал ему сразу восемь небольших ролей.

Как-то так совпало, что и Эльдар Рязанов именно в этот период пригласил его сниматься в «Берегись автомобиля» (до того у Ронинсона было всего несколько эпизодов в кино). Рязанову пришлось объяснять глубоко театральному актеру, в чем специфика игры перед камерой, но тот мгновенно все усвоил. Правда, начальник должен был быть суровым, а это не получалось: Ронинсону не хотелось Деточкина отчитывать, а хотелось ему сочувствовать, с этим Рязанов ничего поделать не смог, так в результате и сняли.

Через пару лет Готлиб Михайлович уже был у кинорежиссеров нарасхват. Да, он мечтал играть не пассажиров в зале ожидания аэропорта, а большие и серьезные роли, хотя бы и Гамлета. Но с его фактурой это было невозможно. Зато он стал великим миниатюристом: один его диалог с попугаем в «Двенадцати стульях» («Кр-р-репитесь! Кр-р-репитесь!» - «Хоашо») - это абсолютный шедевр.

#юбилей #110_лет #Готлиб_Ронинсон #судьба_человека #гении_второго_плана #Юрий_Любимов #Эльдар_Рязанов