Бездна | Der Ungrund

ЭкоДушнология

Четыре раза брался за текст Тимоти Мортона «Стать Экологичным», и все заканчивались насилием над собой. В процессе меня не покидали ощущения Лаванда-Рафные: рафинированный анархист, который пишет книжки на досуге. Книга строится из личных жизненных ситуаций, навязчивых отсылок к чуждой мне американской и западной поп-культуре (со всеми этими Pink Floyd, Майклами Джексонами и прочей попсой), коротких заигрываний с историей философии и, в отличие от нарративов на пути, цель книги — привести к увечию... Увечию плоской онтологией и ООО. СЭ — это темное просвещение для совсем маленьких.

Текст безусловно имеет ценность. Он — жвачка, диалог с розовым интеллектуалом, который эмпатично окутывает тебя, ведет за ручку на аудиенцию к Тифону. Мне не хватило терпения закончить книгу до конца. Надеюсь, что вам повезет и у вас все получится.

Утилизация и Невроз

Послевыборный смог оседает. Кого-то он вводит в глубинную непродуктивную печаль, а кто-то продолжает существовать среди плотно расположенных друг к другу миражей дешевой пропаганды. Очищая пространство от промежуточных значений, мы видим два полюса: лоялисты, спонсирующие массовую структурную утилизацию, и оппозиционеры, монополизировавшие производство Невроза.

Они отравляют кровь через знаки без референта, прицельно играя на больных темах. Взгляните на названия видео Майкла Наки или «Продолжение следует». Это стервятники, которые подсадили свою паству на кортизоловую иглу. Они кормятся печалью и тревогой, эксплуатируя нависшую ментальную боль под предлогом «мобилизации протестного ресурса». Как итог мы получаем глубоко засевшие неврозы, языковые паразиты и тотальную слепоту перед выбором путей выживания. Именно выживания. Выживание — априорное состояние, где бы вы ни находились.

Мало того, что макросистема отчуждения успешно атомизирует нас до скромного одиночества в бетонном углу, так ещё и оппозиция испражняется нам в этот угол, добиваясь лишь зловония.

Отказ от комфортного мифа о «праведной стороне» лишает иллюзий коллективного спасения и оставляет один на один с пугающим фактом: нет тех, кому можно делегировать свою надежду или злость. Никто не придет наводить порядок.

«Клинические шизофреники — военнопленные из будущего», — пишет Ланд в своей киберготике. Здесь закономерно всплывает архаичный миф об Иванушке-дурачке, который неведомыми, алогичными методами добивается невозможных результатов. Если снять иронично-игривый слой с мифологемы «дурака», обнажается устрашающий паттерн прорыва эдипальных, фаллических и прочих фашиствующих конструкций. Существует ли для дурака законодательная вертикаль? Непрогнозируемые шизо-потоки машин по определению не являются реактивной силой, однако Делёз, Гваттари и Ланд парадоксальным образом наделяют их агентностью тотального сопротивления.

Здесь необходимо препарировать феномен космополитизма. Сегодня часто звучит манифест: «По своему самоощущению я — космополит, человек, чей дом — планета Земля». При всем философском неприятии традиционализма, невозможно отрицать обоснованность его критики в адрес этого явления. Космополит, лишенный корней и места, ставящий во главу угла абсолютную адаптивность, структурно ничем не отличается от концептуального Дурака или Шизика. Его пластичность делает его идеальным конформистом, чья природа перманентно мутирует под давлением среды.

Этот конформизм можно проиллюстрировать через смену климатических режимов. Долгое время я ставил летнюю пору выше остальных: теплое солнце заставляет бутон раскрываться, тянуться к источнику энергии, выдавая максимальную селективную продуктивность. С теплом, при необходимости, бороться проще, чем с холодом, чьим итогом при неудачном стечении обстоятельств становится ампутация или умерщвление. Но избыток этой принудительной селекции превращается в смердящий фон. Беспощадная солярная экономика не дает скрыться от своего влияния: краткосрочный ночной холодок не спасает от всеобъемлющей дневной духоты, где сам воздух начинает гнить от переизбытка жизни. Эта властная звезда отступает лишь на пару часов, требуя непрерывного роста.

А что же осень? Осень — это пора легитимного сдвига. Градус снижается, дистанции увеличиваются, а организму больше не нужно работать на износ, отчаянно охлаждая перегретую машину. Осеннее окружение демонстрирует свою текучесть, вопя о заброшенном вдаль проекте круговорота, в котором увядание — лишь необходимая промежуточная точка на прямой. Адаптивный интерфейс космополита сменяем вместе с сезонами, а его конформизм мутирует вслед за ним.

Вычурный, искрящийся агент Делёза и Ланда — это тот же номадический космополит, но лишенный даже этого адаптивного интерфейса. Система долго шла к тому, чтобы породить Шизика, Дурака и Космополита. Их кажущаяся, на первый взгляд, освободительная непрогнозируемость оборачивается идеальным триггером для эволюции того собирательного онтологического диктатора, которого целесообразнее называть Институцией Захвата. Бессознательный антагонизм Шизо ложится на пути этой Институции лишь хрупкой веточкой — не преградой, а очередным стимулом для обновления алгоритмов и ретерриториализации собственного влияния.

Важно отметить, что субъект Ланда радикальнее субъекта Делёза и Гваттари, но для Институции он от этого не становится смертельной угрозой. Анархизм, шизоанализ, ризома — можно ли вообще эксплуатировать эти инструменты для подлинного освобождения от демиургических структур и Институций Захвата? Очевидно, что нам предстоит концептуальная работа длиною в поколения только для того, чтобы заставить проявиться те невидимые руки, которые все это время направляли наше иллюзорное сопротивление.

И когда эти структуры окончательно обнажатся, единственным рабочим протоколом станет не очередной номадический побег, а методичная проработка Рождения Суверена. Подлинная задача эпистемологического каннибализма заключается не в уклонении от Институции Захвата, а в том, чтобы вырезать пульсирующее сердце Демиурга и, ассимилировав его код, развернуть свой собственный, суверенный Аппарат Захвата.

Крошу эмаль сжатых зубов и разбрызгиваю кровавые слюни.

https://telegra.ph/YAzyk-beshenoj-sobaki-ili-EHpistemologicheskij-kannibalizm-09-11

Для тех, кто не разделяет ажиотаж вокруг футбола, рекомендую прочесть онто-сатирическую статью В.Руднева "Метафизика футбола".

"В чем цель (goal — гол) игры в футбол? В том, что при помощи ног (субститутов половых органов) забить (затащить) круглый предмет в некое ограниченное пространство (по сравнению с футбольным полем в целом ворота — это весьма ограниченное пространство), в сетку, в дыру. Стоит ли приводить примеры из “Толкования сновидений”?.

Итак, игра в футбол воспроизводит половой акт, где нога играет роль фаллоса, мяч — спермы, а ворота — вульвы. Роль женщины, которая оплодотворятся этим попаданием в цель, играет, конечно, мать-сыра-земля (футбол на льду противоестественен — хоккей на траве, насколько я помню, существует. "

https://ruthenia.ru/logos/number/1999_08/1999_8_06.htm

Короткий ответ на текст о страдании

«Наш мир живет по животным принципам».

Мир живет отдельно от нас, с нами или мы в нём? Мир обладает отдельной субъектностью? В таком случае «животные принципы» — продукт мира, человека или автономная сущность? У нас достаточно оснований опровергать всеобщность «животных» принципов, так как границы животного и не-животного — дискуссионная ветвь философской антропологии. Мы можем оперировать уникальностью языка человека, который смело может его выписывать из «животных принципов», по крайней мере частично.

«Она держится на насилии: внутривидовая борьба, борьба между видами, поедание одних другими и т.д. И в итоге всё это оборачивается страданием, причём страдают обе стороны: и тот, кому причиняют боль, и тот, кто её причиняет, поскольку сама логика насилия делает его пленником».

Боль и удовольствие — вещи неразделимые, существующие на одной оси координат с разными знаками. Нельзя напрямую связывать боль с насилием. Насилие — несогласованное принуждение (мы берем только категорический вариант несогласованного насилия, ибо именно оно предполагается наихудшим; оперировать согласованным насилием в этом контексте не представляется важным), которое может привести к координатам боли/страданий с огромным количеством промежуточных значений, из-за которых строгий статус боли или страдания невозможен. И это мы ещё не обращались к биохимии. Я хочу сказать, что насилие, боль и страдания — такие же сложные сущности, как бесконечный ряд чисел, из которых вычленять что-то единое и маркировать его — неправильно.

Теперь к главному.
Страдание — претенциозное слово, в котором коннотативное целиком поглощает и замещает собой денотативное. Что есть страдание? Неудовлетворенные ожидания. Боль не обязательно влечет за собой страдание, насилие не обязательно влечет за собой страдание, унижение не обязательно…, смерть не обязательно…, и т.д. Нет ни одной вещи, которая обязательно влекла бы за собой страдание. Страдание — уникальная способность, рожденная языком. «Ожидание» продуцируется формально/неформально логическими операциями каузации. Ожидаю — значит считаю и раскладываю. Из этого следует, что страдание — не условие мира (со статусом и субъектностью которого мы не определились), но способность языка. В том числе боль (четкие границы которой мы так же не имеем способности определить, как и локализовать) не является обязательным следствием страдания. Все последующие абзацы рассматриваемого нами текста будут ещё сильнее спотыкаться о предложенные нами скептические тезисы.

Главная же ошибка анализируемого текста кроется в грубом антропоморфизме при решении фундаментальных онтологических вопросов. Автор берет сугубо человеческие морально-этические категории и искусственно «натягивает» их на биологические, индифферентные процессы. Биосфера не держится на «насилии» или «жестокости», так как эти концепты применимы лишь к существам, обладающим свободой воли и дискурсом. Лев, разрывающий лань (или поедание одних другими), не совершает акта «насилия» — он совершает акт питания, точно так же, как гравитация не совершает насилия над падающим камнем. Автор путает физиологическую ноцицептивную боль (сигнальную систему организма) с экзистенциальным страданием, проецируя человеческие неврозы на окружающую среду. Выводить из этого ложного ужаса дихотомию «жестокий мир / этически чистый Бог» — значит строить онтологию и теологию на фундаменте банальной лингвистической иллюзии.

Друзья, спешу поделиться с вами письмами Эмиля Чорана его друзьям. Необыкновенно искренние изваяния самого близкого моей душе человека. Человека, не ф.

Моему удивлению не было конца, когда в одном и том же тексте я обнаружил Вейнингера и Чорана. Смертельно-опиумный яд, призванный освобождать. Знакомые с письмами Чорана люди знают, с какой яростью скептика он набрасывается на всех, но самое важное — в первую очередь на себя самого. Именно в письмах он признаётся в себе самом, что, на мой взгляд, является терапевтическим примером, который мы все можем позаимствовать.

«Это было в 1928 году, и мной, семнадцатилетним юношей, жадным до всяческих крайностей и ересей, владела страсть делать последние выводы из любой идеи, добиваться предельной точности вплоть до извращения, до вызова, возводить своё бешенство в систему. Иными словами, я загорался от чего угодно, только не от полутонов.»

— слова о деструктивной, осознанно деструктивной мании в юношестве. Продолжительное время и я сам находился в таком состоянии, но сразу говорю, что положительным это может закончиться, только если обрести навык выдержки. Дело не в крайностях как таковых, а в том, как ты к ним подходишь и, не побоюсь этого слова, эксплуатируешь. Так, например, мысль о тотальном космическом одиночестве и отсутствии жизни после смерти выполняет противовоспалительную роль в правильных руках. «С точки зрения вечности» Спинозы мне видится менее удачным средством.

«Как бы там ни было, моя студенческая жизнь прошла в зачарованности Шлюхой, под сенью её утешительной, уютной, едва ли не материнской падшести. Философски обосновав моё отвращение к так называемым «честным» женщинам, Вейнингер вылечил меня от «любви» в самые заносчивые и безудержные годы моей жизни.»

https://telegra.ph/EHmil-CHoran-Vejninger-07-08

Скуфизация

Есть выражение, что «внешность обманчива» или «не смотри на внешность», и что-то ещё там про душу. Условимся: я говорю не о внешности-красоте и не о внешности-одежде. Я говорю о внешности-здоровье.

У скуфа и холестеринового червя (худого, но пухленького) нет оправдания. Тело, если вы не обладаете болезнью, ограничивающей свободу движения, отражает вашу жизнь и её ценности. Я смотрю и вижу: эту мужскую свисающую грудь, эти тонкие ручки со свисающим жирком в районе трицепса, эту тонкую спинку и трясущиеся от страха вывалиться бока. Кульминацией этой массы становятся небольшие плечики.

Давайте не впадать в крайности. Я ещё не закончил. Мы сейчас говорим не о навязанном «здоровом теле воина/спортсмена и т.д.». Мы говорим о здоровье и образе жизни. Ручки, грудь, спинка, плечи, ножки — всё это маркеры отсутствия какой-либо нагрузки (необязательно спортивной), воспитывающей и поддерживающей грудную область и позвоночник: первое — чтобы дышать и вырабатывать энергию (свой кислород), второй — чтобы удерживать фигуру под натиском вечного притяжения вниз.

Заметьте, я всё ещё не говорю о мускулах. Гипертрофированные мускулы — лишняя ноша, которую в эру «заботы о себе» возвели в культ. Неоправданная трата энергии.

Подлинное здоровье — использование внутреннего ресурса, голодание, умеренные физические нагрузки, раскрепощённое и глубокое дыхание, низкая температура тела. Эталон здоровья — выверенная худоба, натянутые жилы и возможность продолжительного действия с небольшой передышкой.

Тело сообщает о душе. В душу, повторюсь, я не верю, по крайней мере не в христианскую. Это удобное слово для обозначения атомарной сущности той или иной психофизической конфигурации. Нет никакого оправдания мягкому, вонючему, желтокожему скуфу. «Жизнь довела, работает, шею гнёт и нет ему дела до тела. Семью кормит». Когда мужчину что-то гнёт, он неосознанно пытается разгибаться и, встречая сопротивление, концентрирует мощь в поясничном отделе, который регулирует всю половую функцию и начало спины. Хочу сказать: если мужчину что-то и сгибает, то по всем принципам физики должно сделать его сильнее. Непомерную нагрузку никто ещё на себя не брал. Оправданий нет.

Это не лукизм, это не фэтшейминг. Не относитесь к своему телу как к помойке, как к вульве, вечно впитывающей. Учитесь, наоборот, вытаскивать из себя. Вычищать лишнее, полагаться на внутренний ресурс (в буквальном смысле).

Голодайте, продолжительно напрягайтесь, меньше спите, вытаскивайте из себя, а не засовывайте внутрь. Сжигайте лишнее, пока не останутся только жилы и кости.

Доброго времени суток, друзья!

Вернулся из отпуска и готов возвращаться к стримам, чтению и небольшим лекциям. Расписание будет такое:
Вторник — чтение (закончим «Ориентацию Север»).
Четверг — игры (есть желание пройти психологические хорроры).
Воскресенье — разговорный формат / лекции.

За время отпуска увлёкся Шопенгауэром. В юношестве он мной воспринимался как большая фигура мысли. Перечитав его биографию и философский magnum opus, я составил для себя психологический и философский портрет этой личности, и он, для меня, умалился. Экстраполировать собственные бытовые неудачи и горести существования на философию — дело непристойное и недостойное: во-первых, мужчины; во-вторых, философа. Покушаться на метафизику, оставаясь покалеченным и оставленным ребёнком... Собственноручно вытащи из себя гниль, обуздай внутренний ужас, и только потом обращайся к слову. В ином случае мы имеем дело не со словом, но с томящимися слезами.

Ещё немного добавлю. Твои разочарования — это только твоя проблема неоправданных ожиданий и заблуждений. Богу Солнца всё равно на то, что тебе печёт спину.

Друзья, предлагаю вашему вниманию запись с наших чтений. Показываю как работать с философским текстом. К тому же сам текст представляет ценностный интерес, как антикосмический и антиреальный акт духа.

https://youtu.be/6FbeMPgfO3M

Хочу чтоб вы это увидели раньше тиктока.

Сегодня чтение Ориентация Север в 20:00 по мск. ASMR перед сном.

В процессе выбора самого сильного философа не заметил, как выбрал… Тепло. Сняв с себя все ограничения, изнутри полился слезливый, ранимый и замёрзший подросток, который не мог вырабатывать достаточного количества внутреннего огня. Может, это человеческое, слишком человеческое? Не уверен. Это напоминает историю Лазаря, который вернулся и вечно замерзал, бродил и искал тепла.

В нынешней сытой жизни, утопающей в хаосе произвола внешнего и внутреннего, я завидую тому необычайно влюблённому студенту, который мог найти тепло.

Дополнили тир-лист.🤫

Всеобщность, добро и цирроз

Поражает безоговорочный оптимизм, граничащий с помешательством, русских философов XIX–XX века. Соловьёв утверждает: «…настанет окончательная победа добра и справедливости». Говорящий эти слова напоминает худощавого эпилептика с немного пожелтевшей кожей. Выстраданный голос вещает «…победа добра»… Физиологическое упадничество и поражение.

Стоит обратить внимание на тенденцию «всеобщности», «коллективизма», «единства» в традиции русской мысли. Потаённое желание сплотиться в единый организм, вернуться к изначальному состоянию андрогинного титана, похожего на колесо, как писал Платон. Можно ли считать «соборность» предшественником «тела будущей всеобщей имманенции»? Влечение «воссоединиться» — яркий маркер неоплатонизма и неполноценности, экзистенциальной пустоты и ужаса отрешённости.

«Свобода части в совокупности целого» — говорит Соловьёв. С каким усердием философ орудует метафизикой ради решения единственно важного вопроса — одиночества. «Вы, друзья, — говорит Соловьёв, — не бойтесь, ибо в едином организме вы всё так же свободны». Менеджер продаёт нам место в соборности. Унизительная работа — оправдывать собственные интенции.

Подобным умонастроением можно как позавидовать, так и упрекнуть в ничтожности и отрешённости. Необыкновенная перспектива, усматривающая вокруг добро и придающая ему онтологический, этический и эстетический статус основания бытия.

Но если присмотреться ещё внимательнее, то можно разглядеть ничтожные потуги победить всеобщую энтропию путём продажи рафинированного и беззубового добра, которое свой онтологический статус не заслужило в космической борьбе. Чёрт, с которым беседовал Соловьёв, отметил, что воскрес только и только Христос. Так ощущение пустоты и неполноценности плавно очищается перед ликом всеобщего уничтожения.

Друзья, временно был помещен архонтовской хунтой против своей воли в места принудительного обследования.

Открываю для себя новые лица в русско язычной апологетике и ф. Вам известен такой автор, как Сергей Аверинцев? Я слышал где-то. О нем когда-то вспоминал Бибихин и даже доклад делал на прощальной лекции. Тогда я не придал этому значения. Оказывается Аверинцев автор широчайшей эрудиции: от искусства до чистого богословия в разрезе двух тысяч лет. Интересно знаком ли кто-то из вас с его работами?

Прикрепляю фрагмент из книжки про Соловьева. Не уверен, что это неправда, но уверен, что это смешно.

Завтра в 10:00 заходите допройти RE Village.

У меня кстати появился RE Requiem.

Со сталкером не знаю что делать. Попытаюсь поискать ещё решения в интернете, но если че оформлю возврат. Не гоже пикселям за деньги доставлять мне неудобства и скачивать игру дважды 160 гб, чтоб она вылетала или не запускалась... Тоже меня поймите😵