Arbitration Planet🌐

⚖️ Суд ЕС 🇪🇺 разъяснит позицию в отношении «no claims»

В ноябре 2021 было заключено соглашение, в соответствии с которым компания из 🇱🇻 Латвии SIA «Graudu sabiedrība» обязалась продать и поставить компании из 🇨🇭 Швейцарии Grainexport SA пшеницу в срок с 15 ноября 2021 по 31 декабря 2021.

Однако, своевременная транспортировка зерна из порта 🇱🇻 Риги не была осуществлена. Grainexport SA не получила ни товар, ни возмещение авансового платежа.

20 марта 2024 арбитражный суд Ассоциации торговли зерном и кормами (GAFTA) вынес решение в пользу🇨🇭Grainexport SA и постановил взыскать с SIA «Graudu sabiedrība» сумму в размере 1 535 814 💶 евро с процентами, а также арбитражные сборы и расходы.

Решением ⚖️ Рижского городского суда 🇱🇻 от 19 июня 2025 иск Grainexport SA был удовлетворен, а арбитражное решение признано.

Однако, SIA «Graudu sabiedrība» подала апелляцию в ⚖️ Рижский окружной суд 🇱🇻, заявив, что признание и приведение в исполнение арбитражного решения противоречит 🇪🇺 Регламенту 269, поскольку 100 % акций Grainexport SA принадлежат 🇷🇺 Объединенной зерновой компании, которая на 51% принадлежит Российской Федерации в лице Росимущества. При этом руководитель Росимущества включен в санкционный список 🇪🇺 ЕС.

⚖️ Рижский окружной суд 🇱🇻 для определения имеются ли препятствия для признания и приведения в исполнение иностранного арбитражного решения в порядке статьи 267 ДФЕС направил в ⚖️ Суд ЕС 🇪🇺 7 вопросов, в частности:

📌 следует ли считать нарушение Регламента 269 нарушением публичного порядка если государство-член ЕС должно принять решение о признании иностранного арбитражного решения в соответствии со статьей V(2)(b) Конвенции о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений, подписанной в Нью-Йорке 10 июня 1958?
📌 применяется ли обязательство, указанное в статье 11(1) Регламента № 269/2014 (no claims), к юридическому лицу, которое рассматривается как «associated person» в значении статьи 2 Регламента 269?

Дело зарегистрировано за № C-701/25. Полный текст преюдициального запроса – здесь.

#267_ДФЕС #МКА #признание

⚡⚡⚡

⚡️🇦🇪Трибунал по разрешению конфликта юрисдикций вынес решение о юрисдикции судов DIFC

Важно, коллеги, — особенно с учетом дела Wintershall Dea.

В начале сентября текущего года Трибунал по разрешению конфликта юрисдикций (Conflict of Jurisdiction Tribunal, CJT), уполномоченный разрешать конфликты между судами onshore и offshore зон, вынес решение по вопросу разграничения компетенции между судами Дубая и судами Международного финансового центра Дубая (DIFC).

Трибунал постановил, что суды DIFC не вправе начинать производство по приведению в исполнение арбитражного решения по делу о торговле нефтью, если в судах Дубая параллельно рассматривается заявление об отмене этого решения.

Речь идет о решении CJT в отношении арбитражного разбирательства SIAC с местом разрешения спора в Дубае.

Предыстория спора

В июне арбитражный трибунал SIAC вынес решение в пользу нефтетрейдинговой компании Energen, а в следующем месяце компания получила в судах DIFC постановления о приведении арбитражного решения в исполнение и о замораживании активов ответчика, Serene Resources, по всему миру.
В то же время Serene обратилась в суды Дубая (не DIFC) с заявлением об отмене арбитражного решения и запросила у CJT разрешение вопроса о юрисдикции.
Трибунал по разрешению конфликта юрисдикций пришёл к выводу о том, что суды DIFC не обладают юрисдикцией для рассмотрения заявления о приведении в исполнение арбитражного решения на сумму $7,6 млн при отсутствии какой-либо конкретной связи спора с DIFC.

⚖️ Сам CJT был создан в прошлом году указом правителя Дубая для разрешения конфликтов между судами DIFC и другими судебными органами эмирата.

CJT отметил, что в соответствии с применимым законодательством оба суда формально могут считаться обладающими юрисдикцией для рассмотрения споров, связанных с данным арбитражным решением.

Однако трибунал указал, что суды Дубая обладают общей юрисдикцией. Поскольку стороны не были зарегистрированы в DIFC, не соглашались на юрисдикцию судов DIFC, а исполнение решения предполагалось в отношении активов, расположенных за пределами DIFC, CJT признал суды Дубая наиболее подходящим форумом.

Коллеги из эмиратской фирмы отмечают, что решения CJT обязательны для всех судов Дубая, что придаёт данному постановлению «значительный вес», однако, по их словам, оно «может внести элемент неопределённости».

По их мнению, решение, с одной стороны, признаёт юрисдикцию судов DIFC в вопросах приведения в исполнение арбитражных решений, а с другой — одновременно подтверждает «общую юрисдикцию» судов Дубая.

Кроме того, по их словам, решение подтверждает «важный принцип права ОАЭ»: если арбитражное решение находится на стадии пересмотра по месту разрешения спора, оно не может быть признано или приведено в исполнение в ОАЭ.

Отмечается, что решение оставляет открытыми важные вопросы для будущих дел, в частности: «какова будет ситуация в обстоятельствах, когда проигравшая сторона не инициирует производство об отмене арбитражного решения, вынесенного в арбитраже с местом в Дубае, — то есть смогут ли суды DIFC в таком случае осуществлять «транзитную» юрисдикцию (conduit jurisdiction) в рамках процедуры признания и приведения в исполнение арбитражного решения».

⚖️ Суд США посчитал, что подписание Terms of Reference в арбитраже ICC со ссылкой на полномочия арбитров разрешать вопросы компетенции в отношении лица делает обязательным арбитражное решение для указанного лица, даже если оно изначально не было стороной арбитражной оговорки

Гражданин Аргентины Альфредо Карлос Потт вступил в соглашение об опционе на приобретение ценных бумаг с компанией World Capital Properties (WCP), БВО. Соглашение содержало оговорку в пользу арбитража по правилам ICC. Примечательно, что реализация опциона зависела от выполнения нормы вылова королевских крабов 🦀

В 2014 году Потт инициировал арбитраж из соглашения об опционе по правилам ICC о взыскании убытков из нарушения соглашения об опционе на приобретение ценных бумаг. В качестве ответчиков он указал WCP, две компании из США, гражданина США Гонсало Лопеса-Джордáна, который не был стороной соглашения и, следовательно, арбитражной оговорки, и еще одного гражданина США. Лопес-Джордан возразил против компетенции состава арбитража по кругу лиц. Вместе с тем, Лопес-Джордан через своего юриста подписал Terms of Reference (акт о разграничении полномочий арбитров), предусмотренный правилами ICC. В Terms of Reference было прямо указано, что арбитры обладают компетенцией по разрешению вопроса о «несуществовании арбитражного соглашения в отношении Лопеса-Джордана, дающего основания для компетенции арбитров».

Арбитры вынесли частичное арбитражное решение, указав на наличие компетенции в отношении Лопеса-Джордана по принципу прокалывания корпоративной вуали (он был сооснователем и директором одной из задействованных в споре компаний из США). Позднее арбитры вынесли окончательное арбитражное решение, установив солидарную ответственность ответчиков, включая Лопеса-Джордана.

Потт обратился за признанием и приведением в исполнение окончательного арбитражного решения в Федеральный окружной суд Южного округа Флориды (среди прочего, ссылаясь на Нью-Йоркскую Конвенцию 1958 года, место арбитража было в Буэнос-Айресе) в отношении Лопеса-Джордана, WCP и остальных ответчиков. Лопес-Джордан заявил возражения как против компетенции у суда по спору, так и против приведения в исполнение арбитражного решения против него. Окружной суд установил наличие компетенции по спору и удовлетворил заявление о признании и приведении в исполнение арбитражного решения.

Апелляционный суд одиннадцатого округа США подтвердил позицию нижестоящего суда. Среди прочего, суд проанализировал следующие аспекты:

👀Суд обладал компетенцией по спору о приведении в исполнение арбитражного решения против Лопеса-Джордана. Также суд отметил, что Нью-Йоркская Конвенция 1958 года не регулирует вопросы исполнения арбитражных решений в отношении неподписантов арбитражных соглашений;

👀Подписав Terms of Reference, Лопес-Джордан «ясно и безошибочно» согласился на рассмотрение в арбитраже вопроса о его связанности арбитражным соглашением. После того как арбитры установили наличие компетенции в отношении Лопеса-Джордана (на что он согласился), для него стало обязательным будущее решение арбитров по существу спора;

👀Подписанные Terms of Reference послужили в данном случае «оригиналом или надлежаще заверенной копией арбитражного соглашения», необходимым для обращения за приведением в исполнение арбитражного решения по ст. IV Нью-Йоркской Конвенции 1958 года.

Со всеми доступными актами по делу, включая частичное и окончательное арбитражное решение, можно ознакомиться по ссылке.

Мы узнали о деле благодаря новости Global Arbitration News.

UAE Companies Law Update 2025: Multiple Share Classes and Other Modernized Tools for Investments and Exits | Publications | Cleary Gottlieb
https://www.clearygottlieb.com/news-and-insights/publication-listing/uae-companies-law-update-2025#:~:text=On%20October%201%2C%202025%2C%20His,appeal%20for%20investors%20and%20sponsors.

ОАЭ обновили коммерческое законодательство: введена новая форма — некоммерческая компания, расширены права акционеров и упрощена смена регистрации между эмиратами.

В издании «Журнал российского права» опубликована статья старшего советника Denuo, профессора СПбГУ Олега Скворцова, посвященная концепции делокализации арбитража. Опираясь на сравнительно-правовые методы, автор выявляет тенденции развития доктрины делокализации в различных правопорядках и правоприменительной практике
 
Текст доступен по ссылке.
 
#мы_в_прессе #арбитраж
 
@denuolaw

😄 Уважаемые коллеги, может ли существенное изменение обстоятельств повлечь изменение места арбитража?

🔜Концептуально это создает коллизию между двумя фундаментальными правовыми принципами: pacta sunt servanda и rebus sic stantibus. Это служит юридическим воплощением концепции инь-ян, как это отражено в Венской конвенции о праве международных договоров (1969), где ст. 26 устанавливает принцип pacta sunt servanda, а ст. 62 закрепляет принцип clausula rebus sic stantibus.

📌Нумерация этих статей особенно символична для демонстрации этого правового антагонизма, это «Дилемма 26/62», которая заключается в необходимости поиска баланса между этими двумя праовыми принципами.

❓ Вопросу смены места арбитража посвящена статья Генерального Секретаря РАА – Зыкова Романа Changing the Seat of Arbitration, опубликованная в Stockholm Arbitration Yearbook 2025 (Wolters Kluwer).

🔙Напишите в комментариях чтобы получить электронную версию статьи.

#МНЕНИЕ

Михаил Сондор, Глава практики по разрешению споров в крупном промышленном холдинге

Мы наблюдаем раскручивание судебной спирали.

Показательно, что новости об обращении ЦБ в российский суд и предложения Бельгии об аннулировании  инвестиционных соглашений идут рука об руку.

Часто российские стороны обвиняют в нарушении соглашений о разрешении споров на территории Европы со словами, что российские стороны придумали доводы об отсутствии доступа к правосудию на пустом месте. 

Но тут Европа, не стесняясь, говорит, что да, за действия ЕС страны могут привлечь к ответственности, и единственное предложение — это расторгнуть соглашения о защите инвестиций уже после того, как эти инвестиции сделаны.

Парадокс в том, что если европейские страны уверены в правомерности своих действий, зачем им бояться инвестиционных арбитражей? Независимые трибуналы как раз и призваны оценить законность действий государств по международным стандартам. Отказ от арбитража и попытки заблокировать доступ к правосудию свидетельствуют о неуверенности в правовой обоснованности предпринимаемых мер.

Если убрать политику, то расторжение соглашения о защите инвестиций не освобождает государство от ответственности за нарушения в отношении инвестиций, сделанных до даты расторжения. Данная правовая позиция базируется на широко распространенной практике включения в двусторонние инвестиционные соглашения  так называемых оговорок о переживании(sunset clauses или survival clauses).

Соглашение между Бельгией, Люксембургом и СССР от 1989 года содержит оговорку о переживании сроком 15 лет. Это означает, что даже в случае расторжения данного соглашения, российские инвестиции, сделанные до даты расторжения, будут продолжать пользоваться защитой в течение 15 лет с момента прекращения действия договора.

Статья 70(1)(b) Венской конвенции о праве международных договоров подтверждает этот принцип, устанавливая, что прекращение договора «не влияет на какое-либо право, обязательство или юридическую ситуацию сторон, созданные посредством исполнения договора до его прекращения».

Более релевантным является вопрос о том, могут ли государства путем взаимного согласия расторгнуть не только сам договор, но и оговорку о переживании.
В контексте ЕС существует практика попыток такого аннулирования. Соглашение о прекращении действия внутриевропейских ДИС (Agreement for the Termination of Bilateral Investment Treaties Between the Member States of the European Union) от 5 мая 2020 года пытается прекратить действие как самих ДИС между членами ЕС, так и оговорок о переживании в этих договорах. Это, очевидно, последствия всем известного дела Achmea.

Действия ЕС и требования Бельгии о расторжении инвестиционных соглашений поднимают серьезные вопросы о соответствии заявляемым ценностям верховенства права.

Во-первых, попытка обойти обязательства по международным договорам путем их расторжения или аннулирования оговорок о переживании подрывает предсказуемость и стабильность международного инвестиционного права. Такие действия создают опасный прецедент «политизации обязательств по ДИС» и «нормализации избирательной приостановки правовой защиты».

Во-вторых, ЕС принял 18-й пакет санкций (Регламент ЕС 2025/1494), который запрещает внесенным в список российским и белорусским инвесторам использовать механизм ISDS для оспаривания санкций. Более того, государства-члены ЕС могут подавать встречные иски против таких инвесторов для взыскания расходов на защиту. Любое арбитражное решение в пользу таких инвесторов не будет признано или исполнено в ЕС.

В-третьих, использование замороженных активов Центрального банка России нарушает принцип суверенного иммунитета. Согласно Конвенции ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности, статья 21 прямо устанавливает, что собственность центрального банка обладает иммунитетом от мер принуждения.

Из судебной практики
Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора в арбитраже, не должны быть предметом судебной оценки на стадии принудительного исполнения третейского решения.
18.11.2025 г. Арбитражный суд Омской области (далее – АСоО) отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения единоличного арбитра МКАС при ТПП РФ. Данное дело представляет собой пример ошибочного подхода, который был сформулирован Конституционным Судом РФ в постановлении № 18-П от 16.04.2024 г. по жалобе И.Ю. Колосова. На первом круге рассмотрения дела Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (далее – АС ЗСО), сославшись на данное постановление особо отметил обязанность государственного суда сравнивать третейское решение с гипотетическим судебным решением, которое могло быть вынесено по аналогичному делу.
Если государственный суд приходит к выводу, что такое судебное решение очевидно не могло быть принято, а если бы и было принято, не было бы оставлено в силе по результатам оспаривания в вышестоящих судебных инстанциях как незаконное, то третейское решение не подлежит исполнению как нарушающее публичный порядок РФ. Решение АСоО о выдаче исполнительного листа на первом круге было отменено по причине того, что АСоО не проверил расчет неустойки, сделанный единоличным арбитром.
На втором круге АСоО занял противоположную позицию и отказа в выдаче исполнительного листа. Однако теперь уже заявитель (АО «Атомстройэкспорт» / выигравшая сторона в третейском разбирательстве) обратился в кассационную инстанцию. АС ЗСО отменил и это решение АСоО, так как последний не привел конкретные обстоятельства, свидетельствующие об объективной невозможности поставщика (ООО «Арматурное машиностроение» / ответчика в третейском разбирательстве) исполнить свои обязательства, а также просрочке покупателя (истца в третейском разбирательстве).
На третьем круге АСоО провел полную ревизию третейского решения и пришел к выводу, что арбитр совершил следующие процессуальные нарушения:
🔸 не рассмотрел имеющие существенное значение для дела доводы должника и обстоятельства; 🔸 ограничился формальной констатацией отсутствия недобросовестности сторон при очевидном злоупотреблении кредитором (истцом).
По мнению АСоО, арбитр должен был:
🔸 установить, имелась ли у поставщика возможность осуществить поставку без получения разрешений от покупателя, в том числе без указания последним на место отгрузки;
🔸 дать оценку письму поставщика о том, что неполучение разрешения на отгрузку негативно влияет на финансовое положение поставщика;
🔸 дать оценку доводам поставщика об изменении технических характеристик оборудования.
Комментарий Автора
Продемонстрированный АСоО подход является ничем иным как пересмотром третейского решения по существу, причем инспирированным указаниями кассационной инстанции (АС ЗСО). Ссылаясь на отсутствие всестороннего рассмотрения дела третейским судом и на необходимость предотвращения получения выигравшей стороной преимуществ из своего незаконного поведения, государственные суды могут без каких-либо процессуальных ограничений повергать сомнению выводы арбитров и отказывать в исполнении третейских решений, что свидетельствует о постепенном превращении судебного контроля над деятельность третейских судов в судебный произвол.
Определение Арбитражного суда Омской области от 18.11.2025 г. по делу № А46-14968/2024.

📖 «Международное частное право Гонконга» Уилсона Луи и Ансельмо Рейеса - всестороннее руководство, в котором подробно рассматриваются юрисдикция, выбор применимого права, признание и исполнение иностранных судебных решений, международный и коммерческий арбитраж, а также вопросы межрегионального взаимодействия с КНР (материк), Тайванем и Макао. Материал публикации охватывает перекрёстные вопросы в разных отраслях права: обязательственное, корпоративное, семейное, морское. Раскрывает вопросы банкротства и интеллектуальной собственности, конкуренция и др. Отдельное внимание уделено практической юриспруденции Гонконга последних лет.

Кому будет полезна книга

✅судьям и арбитрам, которые сталкиваются с трансграничными спорами, включая споры с материковым Китаем и другими автономными юрисдикциями Большого Китая;
✅практикующим адвокатам и корпоративным юристам, работающим с международными договорами, корпоративными конфликтами и процедурами признания/исполнения;
✅исследователям и преподавателям, нуждающимся в систематизированном обзоре специфики МЧП Гонконга;
✅студентам старших курсов и магистрантам по международному частному праву и международному коммерческому арбитражу.

Как прочитать и где найти

📩официальный источник Bloomsbury/Hart;
💻подписные платформы Perlego, Google Books,
🌎библиотеки HKU, CUHK, British Library, Library of Congress и WorldCat (но нужно проверить)

Извлечение: https://www.bloomsburycollections.com/monograph?docid=b-9781509956500

Каков потенциал развития частного международного права в Гонконге?
Правила международного частного права Гонконга нелегко определить, и эта книга представляет собой лишь краткое изложение. Правила основаны на сочетании английского общего права, внутренних постановлений и международных конвенций. Поскольку Гонконг является небольшой юрисдикцией, почти каждое гражданское или коммерческое дело потенциально связано с трансграничными вопросами. Поэтому его юристы накопили большой опыт в ведении таких дел. Дела, касающиеся вопросов международного частного права, рассматриваются, несмотря на то, что изучение коллизионного права не является обязательным предметом в юридических школах Гонконга. Тем не менее, подход гонконгских судов к вопросам международного частного права, что вполне объяснимо, носит консервативный характер. Это означает, что в отсутствие соответствующего законодательства суд будет обращаться к английскому общему праву за руководством. До вступления Великобритании в ЕС ее международное частное право и право Гонконга были тесно связаны. После этого международное частное право в Великобритании все больше отражало нормы и практику ЕС. Не являясь частью ЕС, юриспруденция Гонконга в области международного частного права не следовала этому примеру. Она не следила за современными кодификациями международного частного права, принятыми в ЕС (такими как Регламент Брюссель I (пересмотренный) и Регламенты Рим I и II) и, через ЕС, в Великобритании. Вместо этого принципы общего права в отношении коллизионного права, применяемые в Гонконге, оставались такими же, какими они были до вступления Великобритании в ЕС.

#МЧПГонконга
#международныйарбитраж
#Суд

⚡️ Вступил в силу Регламент ЕС по замороженным российским суверенным активам

14 декабря вступил в силу официально опубликованный 13 декабря Регламент Совета 🇪🇺 ЕС «О чрезвычайных мерах по устранению серьезных экономических трудностей, вызванных действиями России в контексте агрессивной войны против Украины». Номер он получил 2600.

Правовой основой его принятия выступила статья 122 ДФЕС. Приняли его по заочной процедуре. Перечень государств, проголосовавших за и против, не раскрывается. Главное:

1️⃣ Замороженные активы 🇷🇺 ЦБ и ФНБ иммобилизуются. Пока Регламент 2600 в силе – их запрещено выводить за пределы ЕС
2️⃣ Остатки на счетах по соответствующим 🇷🇺 активам и резервам управляются и используются отдельно. Как – про этого в документе ничего нет. Вероятно 18 или 19 декабря соответствующий механизм мы увидим в изменениях к Регламенту 833
3️⃣ Все профучастники финансового рынка ЕС должны до 14.03.2026 представить Еврокомиссии отчёт о замороженных у них 🇷🇺 активах и резервах. Такая информация должна обновляться раз в 3 месяца
4️⃣ Вводится запрет на удовлетворение любых требований и претензий России и российских лиц. Судам государств-членов запрещено признавать и приводить в исполнение любые ⚖️ судебные решения по 🇷🇺 активам и резервам
5️⃣ Меры носят временный характер. Для отмены мер должны соблюдаться 3 условия, второе из которых – выплата 🇷🇺 Россией репараций 🇺🇦 Украине

#международноеправо #суверенныеактивы #комплаенс

📌 Арбитражный дайджест | Август - сентябрь 2025

Команда арбитражного дайджеста рада вновь представить своим читателям подборку занимательных новостей. Из нового выпуска дайджеста вы узнаете:

🔺 как с третьего лица могут взыскать задолженность по чужому арбитражному решению;
🔺по каким спорам американский госсуд обязательно будет проверять выводы арбитров по существу;
🔺 как реализация Китаем инфраструктурного проекта поспособствовала развитию медиации;
🔺 в чем специфика правил SIAC, регулирующих арбитраж споров с элементом банкротства;
🔺 можно ли вместо заявления об отмене решения подать предварительное заявление об отказе в исполнении решения: мнение английских судов.

Дайджест доступен на сайте РИСА.

Дипломатическая служба ЕС предложила, чтобы все вновь выявленные суда российского теневого флота автоматически включались в санкционный список ЕС. Это позволит избежать задержек в ожидании нового пакета санкций. Об этом сообщает Euractiv.

@brieflyru
@rusbri

ЕС пересмотрит морское право, чтобы противостоять российскому теневому флоту, пишет Euractiv.

Страны ЕС готовят совместную интерпретацию Конвенции ООН по морскому праву, которая даст национальным властям больше свободы действий при досмотре судов, подозреваемых в угрозе подводным кабелям и трубопроводам.

Они заявляют о праве на досмотр судов в открытом море или в их территориальных водах водах, когда «есть разумные основания подозревать, что судно не имеет гражданства», фактически давая себе право на досмотр судов, которые, как считается, ходят без флага или с поддельным флагом.

На первый взгляд, декларация, по-видимому, в основном повторяет существующие положения договора. На самом деле страны ЕС излагают свою собственную интерпретацию — и делают это необычно ясным языком.

В беспрецедентном публичном заявлении они предупреждают Россию, что готовы принять дополнительные меры для защиты своей подводной критически важной инфраструктуры.

@brieflyru
@rusbri

В свет вышло второе издание Руководства ICCA по толкованию Нью-Йоркской конвенции 1958 года: пособие для судей на русском языке, в котором содержится общий анализ и практические шаги для единообразного применения Конвенции. Перевод на русский и рецензирование подготовлены Зыковым Романом и Хвалеем Владимиром. С книгой можно бесплатно ознакомиться по ссылке.

🇬🇧В Лондоне 28 ноября 2025 г.
на 34-й сессии Ассамблеи Международной морской организации (ИМО) состоялись выборы нового состава Совета (2026-2027).

ИМО — специализированное учреждение Организации Объединенных Наций, отвечающее за безопасность судоходства и предотвращение загрязнения морской среды и атмосферы судами.
В настоящее время организация насчитывает 176 членов.
Согласно Конвенции ИМО, Ассамблея, которая собирается раз в два года на очередные сессии, избирает 40 членов Совета. Совет является исполнительным органом ИМО под руководством Ассамблеи и отвечает за руководство деятельностью Организации.
Совет ИМО избирается на двухлетний период, в состав которого входят:
▪️10 членов категории А (государства с наибольшим интересом к предоставлению услуг международных перевозок),
▪️10 членов в категории В (государства с наибольшим интересом к международной морской торговле) и
▪️20 членов категории С (государства, представляющие основные географические регионы мира с особыми интересами в области морского транспорта или судоходства).

🇷🇺Российская Федерация относилась к кандидатам категории А, но не была избрана в Совет.
В голосовании приняли участие 169 государств-членов.

В качестве членов Совета категории А были избраны:
🇮🇹Италия, 🇰🇷Южная Корея,
🇬🇧Великобритания,
🇬🇷 Греция, 🇯🇵Япония,
🇵🇦Панама, 🇺🇸США,
🇳🇴 Норвегия, 🇱🇷Либерия и
🇨🇳 Китай.
Китай получил наибольшее количество голосов – 155.

📱МОРСКОЕ ПРАВО

#морскоеправо
#ИМО