Личный фонд – защита от кредиторов?

Продолжаю посты по теме банкротства (ну, извините, какая экономика – такие и посты), а точнее по вечному вопросу для кредиторов – как добежать до активов должника, если они хорошо спрятаны.

Известно, что российский закон о банкротстве довольно прогрессивный и даёт большие инструменты на этот счет (оспаривание сделок, субсидиарка против контролирующих лиц, убытки). Но как говорили мудрейшие «законы помогают бодрствующим, а не спящим» (vigilantibus non dormientibus jura subveniunt). И бодрствующие должники иногда прибегают к нетривиальным способам сокрытия активов, например, через передачу своих активов в личный фонд. Для справки на сегодня количество учрежденных фондов в России примерно 600.

Преимущества личного фонда понятные: возможность скрыть учредителя фонда для третьих лиц (оговорка – если только учредитель не решил назвать фонд своим именем), фонд становится собственником переданного ему имущества. При этом внутренняя структура устроена так, что учредитель формально отстранён от оперативного управления и он формально больше не собственник.

И одно из главных преимуществ – личный фонд несёт только субсидиарную ответственность за учредителя и только до истечения 3 лет с даты учреждения фонда. Казалось бы, замечательная схема: передаём имущество в личный фонд, ждем 3 года и машем кредиторам со словами «буду по вам скучать».

Но как и любую структуру или сделку, личный фонд нельзя использовать исключительно с целью избежать ответственности по долгам бенефициара.

Во-первых, действия по учреждению фонда и сделку по передаче имущества в фонд могут признать недействительной, а имущество, переданное в фонд, – вернуть в конкурсную массу. Во-вторых, пока не прошли эти самые 3 года, фонд отвечает по долгам учредителя (пускай и субсидиарно). И даже, если пройдут 3 года - риск обращения взыскания сохраняется (по общим правилам о снятии корпоративной вуали/смешения имущества).

Об этом много говорят, но я не нашел пока ни одного дела, где бы на практике встал вопрос об обращении взыскания на имущество личного фонда по долгам учредителя. Возможно, внимательный и более усердный в поисках читатель поправит меня.

Хотя ... возможно одно такое дело в зародыше нашел: Личный фонд «Светлое озеро» из Казани обратился в Чертановский районный суд с иском к московским приставам; предмет иска «о признании незаконным включение имущества в перечень имущества должника, наложении запрета на регистрационные действия». Иск оставлен без движения и дело пока не рассмотрено по существу.

Покопавшись дальше, стало ясно, что приставы возбудили исполнительное производство против гражданина Ахмерова Т. М. (по всей видимости, в связи с проигранным на сумму более 1 млрд. р.). Личный фонд «Светлое озеро» был учрежден за пару месяцев до предъявления этого иска. Как оказалось, Светлое озеро это поселок в Татарстане, в котором учрежден другой – уже именной личный фонд – Фонд семьи Ахмеровых (учрежден также незадолго до предъявления иска к г-ну Ахмерову). Три года с даты учреждения этих фондов не прошло, и правило об освобождении их от ответственности, похоже, не сработает – именно поэтому приставы и включили имущество в перечень, и фонд вынужден это оспаривать. Посмотрим, чем закончится дело.

Почему я слежу за этой темой?

Мы делаем фонды (причем как в России, так и за рубежом). Действительно, личные фонды - отличный механизм для состоятельных людей, которые думают о преемственности и плавной передаче благосостояния. У фондов есть налоговые преимущества и тонкий механизм, который обеспечивает бесшовную передачу актива. Но нужно помнить, что фонд не всегда может служить защитой от кредиторов, и местом, куда можно "эвакуировать" активы, особенно, если вы делаете его в преддверии финансовых проблем.