Жёны против не-жён

Моя прекрасная менеджерка Даша написала большой пост про «тех самых жен айтишников».

В немецком языке есть прекрасное выражение: «In die Schuhe eines anderen schlüpfen», влезть в ботинки другого. И я задумалась, как сложно нам в эти ботинки влезть.

Я никогда не была женой айтишника. Да что там, я просто женой никогда не была, если не считать мою свадьбу в детском саду с внуком нашей воспитательницы, который потом коварно променял меня на внучку директора (мальчик был не промах, как вы поняли).

Все свои переезды я совершала одна — собственным потом и кровью. Финансировать мои переезды мои родители не могли — и я знала, либо я выигрываю стипендии и гранты, либо — никуда не еду. Моя специальность регионоведа тоже не вызывала ажиотажа среди немецких работодателей — и я неделями корпела над резюме и мотивационными письмами, чтобы себя успешно продать.

И я всегда рассчитывала только на себя. Знала, что если у меня закончатся деньги — они закончатся. Не прилетит волшебник в голубом вертолете, из Бразилии не пришлют завещание безумно богатой сумасшедшей бабушки. Просто денег не будет. Я знала, что мои визовые статусы зависят только от меня — никто не придет и не уронит на меня ВНЖ по воссоединению, объединению или совпадению. Знала, что если я заболею, если дома что-то сломается (как это было со стиральной машиной), если случится нашествие инопланетян на мою отдельно взятую квартиру — я буду разгребать это сама. Как я всегда разгребала.

В моей картине мира партнер — не панацея, но существенное упрощение условий игры, в которую ты вынужден играть в эмиграции. В моей картине мира, когда я попадаю в ловушку очередного депрессивного эпизода, партнер — это «господи вы вообще понимаете, как вам повезло, вы лишены 90% проблем, с которыми я сталкиваюсь каждый день, а еще вас поддерживают там, по вечерам обнимают, в нос целуют».

Но вот, моя Даша. И я знаю, как Даше сложно. И мне никогда не придет в голову описать Дашу как жену айтишника (что по сути правда, еще какого айтишника, у Даши муж гений просто) — для меня она редактор, писатель, менеджер. Но это для меня. А для Германии — все равно жена айтишника, потому что ее образование, опыт, скиллы немецкий рынок труда не очень интересуют (но только пока, я уверена).

Все это я к чему — не существует универсального мерила легкости и тяжести переезда. Мы все что-то теряем — и одновременно что-то обретаем.

Мне кажется, самый гениальный принцип вообще поведения по жизни сформулировала другая моя подруга: «кто я такая, чтобы судить этого пирожочка».

На том и стою.