Про стиральную машину и Ноя

В большом канале я уже написала, о чем все мысли эти дни.

Мой способ эмоционально сохраниться — продолжать делать, что я умею и люблю. Продолжать писать.

Поэтому оставлю эту бытовую зарисовку здесь — как напоминание о нормальной реальности, в которой так хочется всем нам оказаться.

Вчера у меня сломалась стиральная машина. Вообще, в глубине души я знала, что так будет. Потому что у меня ломаются все бытовые приборы, и вопрос здесь, не сломаются ли они, а когда они сломаются.

Стиральная машина сломалась, конечно же, в воскресенье, когда никто и ничто не работает. Вообще мне кажется, все это проклятие того слишком настойчивого студента Бауманки, которого я продинамила со вторым свиданием. Мне кажется, он наслал на меня порчу своими логарифмами и интегралами. Господи, Миша, это было тринадцать лет назад! Отпусти былое, дай мне и тостеру спокойно жить дальше.

Но нет. Тостер, кофемашина, посудомойка — все планомерно ломалось в квартирах, где я жила. Вчера злой рок (и проклятие отвергнутого технаря) ударил в стиральную машину.

Сначала она заблокировала дверь. «Точно также, как ты заблокировала мой номер, бессердечная ты дрянь», — наверняка приговаривал Миша, втыкая иголки в восковую фигурку моей машинки. Вполне вероятно, что ни фигурок, ни иголок не было, но факт оставался фактом — дверь не открывалась.

Я включила её еще раз. И о чудо — дверь открылась. А еще вместе с ней открылись врата всемирного потопа, хлынувшего на меня. Тряпками, ковшиками, мольбами всем богам я начала тщедушные попытки этот потоп остановить. Потоп не останавливался. Вспомнив золоте правило «не можешь победить — примкни», я решила примкнуть — и добавила к хлещущей воде еще литр своих слез.

Глотая слезы, не литературно солоноватые с примесью горечи, а обычные, скажем прямо, довольно противные на вкус, я начала искать мастера. Естественно в воскресенье все немецкие сантехники уютно заседают за чашечкой пива и не мыслят о работе, поэтому я начала искать в русскоязычных чатах. Первым откликнулся некий Пётр, заверивший, что с красивых молодых девушек он денег не берет, пусть я скорее высылаю ему адрес. За «красивую и молодую» я внутренне его поблагодарила, но моя некрасивая и престарелая часть насторожилась, поэтому Петра я отмела. Потом мне написали еще несколько, с одним мы вроде договорились, я выжала руками пять толстовок, два покрывала, которые должна была выжать за меня машинка, смастерила домкрат из подручных средств, подняла машинку, надорвала спину, вручную слила воду по инструкции на YouTube, вытерла следы потопа и рухнула на кровать.

С одной стороны — я молодец. Пускай еще на до конца, но ситуацию разрулила, даже не пришлось строить ковчег и экстренно искать себе пару.

С другой стороны — я немного устаю быть молодцом. Но что поделать, Ной вот не ныл, и я не буду.