Давайте ломать в указанных местах вместе.
Собственно, тут мы будем портить именно версию психоанализа, который не выносит истинностных суждений (как я поняла из слов доброжелателей, может быть и другой вариант).
Конечно, если доводить этот проект до ума, то ломать надо через чтение психоаналитического канона - каюсь, этого пока нет даже в планах.

>>Он конструирует себя по модели без несущих костей, оставляя себе только хрящи и предельную подвижность суставов, чтобы оказаться способным безболезненно проникнуть в любую, даже самую захудалую эпистемологию, и нащупать ту истину, которая была причиной ее зачатия и конститутивных особенностей, проистекающих из его условий.

Это значит, что нужно построить такую эпистемологию, в которую психоанализ проникнуть не сможет. Собственно, вариант приложения некоторой эпистемологии к самому концептуальному аппарату психоанализа может сработать. Я где-то предлагала еще отделить истину от фактичности и от реальности (или, скажем, "данности", чтобы не нагружать лишними коннотациями), истину можно сделать функциональной а фактичность надо определить как результат взаимодействия дискурсивной истины и данности (есть мысли как конкретно), возможно такой прием сработает.

>> Так в конечном итоге сам анализ образуется вокруг некоторой пустоты, помещая ее в центр своей теории, как то, вокруг чего образуется само желание. Здесь же мы узнаем нехватку не только в качестве интересного слова, но системообразующего принципа, на признание которого нанизывается этическое измерение, находящее свое отражение как в кабинете, так и в дискурсивных практиках за его пределами.

Здесь можно было бы заявить, что анализ как раз образуется вокруг избытка, а избыток это избыток возможных интерпретаций, из которых просто совершается выбор. Момент выбора и создает "этическое измерение". Впечатление пустоты достигается обнулением возможных интерпретаций, что и является настоящей целью анализа (исключение избытка).

>> Наверное, наиболее полной, развитой формой такового будет целая система устойчивых, взаимонепротиворечивых суждений. Таким образом, наслаждение от ее применения будет мыслиться как фаллическое, где не-оппонент субъекта анализа настаивает на безупречности предложенного концепта. Подлинно аналитический жест будет заключаться в том, чтобы признать то, что мы уже упоминали как нехватку, в полемике с не-оппонентом.

Значит, истинность не должна создаваться системным способом, также не должен работать закон исключенного третьего. Решить задачку можно разными способами: хоть диалектически, хоть слепив метод, похожий на сам метод психоанализа, но исходящий из противоположных оснований. Собственно, подобное уже делал Делез. У меня, конечно, другие прикидки, т.к. нужна все же прочная эпистемологическая основа.