белые линии трутся о скатерть я уронила лицо на кровати время три сорок а это значит восемь и пять и сто два и тринадцать белые линии трутся о скатерть я не могу найти выключатель
утренняя звень как рентгеновское излучение со свистом оголяет вены раны стены и их неслучайные трещинки. в три сорок начинается болезненное вдохновение, вдох... — вдоха хватает только на то, чтобы чуть-чуть залить дно души, и в этой тишине особенно хорошо слышен гул плеска в пустом резервуаре, который с лёгкостью осушается при выдохе, а трещинки так и пульсируют и ловят слова числа мысли рифмы, как будто все они имеют значение,, чуткие глупости пустые числости глухие частности горсти грусти пусти
Там какая-то радость, там какая-то пошлость, Там какая-то очень большая беда: Мы стояли по разные суши колодца И смотрели, как к рельсам льнут провода.
Этот бум мы запомним, а за ним – этот бом: Это поезд в огне – только речь не о нём. У нас дома Москва, а в Москве – ни души, Только солнце так кругло, что небо дрожит.
Дальше хуже, но вряд ли мы будем тонуть, Мы как рыбы: у них почти нету ушей. Только вплавь, только вкривь, только вкось, только в путь: Проводите нас, что ли, взашей.
Как разные мы от зимы до зимы, Так те же беседы от лета до бреда.
Нам знакомы все скандалы, Ваши беды, наши драмы, Наши мамы мыли рамы Там, где бьются зеркала. Расколоть бы это сердце: Я умру и буду петься, А на беленьком конверте Только это: "как дела?"
Но дела у нас неплохо: Всё типично в нашем стиле, Мы сегодня снова жили, Мы привыкли вместе охать. Баю-баю, три трамвая, Баю-бай, аэродром, Жизнь такая и сякая – Мы и эту проживём.
Я сегодня анархистка, Феминист, эйджист, баллиста, Я забудусь в ваших списках Беспризорной долей смысла.
Бренным бредом брадобрея Чай остынет - вскипятим, Новый пряник - новый Рим (Мы названий не жалеем, Но и думать не хотим). И ещё немного чаю: Мы ведь тоже не любые, Мы-то точно понимаем, Как всё глупо и смешно, Страшно, скверно и неверно, Расфигово, два фигово, Бесполезно и не ново, Сами знаете чего. Аххахах и ох и ах – Эта жизнь не пропадёт: Будет мемом в вечном чате, Спам на ваших адресах.
Кисельная серость неба, И дождика кисея. Как будто бы кто-то не был, И буду едва ли я. Вечерняя свежесть ночи, И треская звень фонаря. Как будто бы где-то очень Безбрежно дышит заря.
в механизме жизни утопает фижма башмаки а ниже только голова почитаю книжку головой в подушку ноги в руки в ноги нос вот бы от волнения прокусить насквозь и задохнуться перьями
я хочу сломать конвеер растоптать в пыли иргушки думать и не думать буду и играть в верю - не верю буду мыть сама посуду и стирать в реке жилетки не играйте с куклой вуду там плывёт моя подружка там растёт моя соседка
Смотри, сестра, ахот шели, Как ночь грозу в себе таит. Ты плачешь... Верь мне, страхи тьмы Глупы к заре. А помнишь, мы Гадали, сидя в одеяле. За стенкой няня, Милка вот. Пойди и ты, расправит ночь Твои взволнованные от Печалей брови. Прекрасная меж нами дочь Царя - ведь ты, не я, а я... Уже светает, ждёт заря, И волки воют. А я – ещё так с ранних лет: Мне лишь бы выбежать в рассвет, Росой оплëскивая ноги. Луны не видно, ветра нет. Души мой долг – твоя измена. Пойди к себе, приляг, Исмена... За окнами светло, как днём, У брата стражники кольцом – До утра можешь спать спокойно. Сестра, а помнишь, мы с тобою Лопаткой ивовой такой На берегу копали реки, Копали реки и заливы... Не спиться мне, но ты ступай. Пусть первый луч разгладит веки, Туман, поля, холмы и нивы – И будешь, как всегда, красивой... Ты только Милку не ругай.
Давай бродить – безумолку, годами, И только там, где пропадают души, В ночном цунами. Сверни направо и послушай, Как миллионы падших гениев Нещадно цедят Вечерний воздух, воспалённый вдохновением, И пьяный ангел на велосипеде Чего-то тянет – Церковных пений Бессвязный йодль. Табу на жизнь, на ересь мода, И непогода, непогода... А кроме нас – Нечаянно забредший почтальон и забродивший квас.
в лифте уронила яблоко вот и гром и вздох и черт возьми и при чем здесь только я такая этот плащ и мысли о любви
взгляды в уши пилят мочки так неловко быстро встала в лифте в двери мимо мимо мама где ты ищешь дочку много ветра у вокзала мало моря мира мало
пусто громко и уныло еду еду по делам раз ромашка два могила мне тринадцатый а вам?
так бы тихо после бури вон как ясно над москвами видно горе: тонет в дури с головою с головами
видишь вот а видишь дети я не вижу ничего маленький зрачок слезы это я обман металла в этом лязге пустоты будет смерти будет чёрно-белу балу будет вам. стоит ли местоимений? это всё куда скромней люди здесь и люди там только всё куда страшней только всё куда?
посчитала помидоры паспорт есть так жди елабуга скрипнет шея воя выя боже мой при чем здесь яблоки у меня ведь даже аллергия
в городе вашем где всем всё равно и нету прекрасного встретимся завтра очень давно после зимы и отпразднуем что всё давно все равны всё равно и не было даже неб и любвей и дождей и эрмитажей только вино выпьем же живы мы: вырежем и размажем новой картинкой старой зимы той самой что не было
How can I read @zvenfonarja without a Telegram account?
TGViewer shows the public web preview Telegram publishes for звень фонаря: recent posts, photos, videos and the subscriber count, with no app, login or account.
How many subscribers does звень фонаря have?
звень фонаря (@zvenfonarja) has 29 subscribers on Telegram, refreshed roughly every 30 minutes.
Does звень фонаря know I viewed it here?
No. Public channel previews carry no viewer identity, and TGViewer has no accounts or tracking of what you look up.
