Post #27
290
Коллективный нарциссизм и как с ним жить
Есть такое странное чувство, с которым, мы все сталкиваемся, как минимум, когда читаем новости. Когда чувствуешь, что мы в чем-то особенные, и в этом звучит не радость, а напряжение и настороженность. Как будто за этим фактом стоит не столько гордость, сколько просьба, пожалуйста, подтвердите.
В психологии, как обычно, у этого есть название — групповой нарциссизм. Звучит тяжеловато, но по сути речь идёт о довольно жизненной вещи, о том, как группы людей начинают верить в собственную исключительность и одновременно болезненно реагировать на любое ощущение, что их не ценят достаточно.
Интересно, что эта тема на стыке психологии и социологии хорошо разработана еще со времен Адорно. Дело здесь не в избытке человеческой уверенности, скорее наоборот. За громкими словами скрывается хрупкое ощущение ценности себя. Такое, которое легко пошатнуть случайной репликой, шуткой или несогласием. Одна из ключевых исследовательниц этой темы из Голдсмита, описывает групповой нарциссизм как не «нам хорошо с собой», а «нам важно, чтобы другие это признали», обращая внимание на политический смысл. И если признание не приходит, появляется злость, обида, желание защититься — иногда довольно жёстко.
В жизни это легко узнать.Любой разговор быстро скатывается в сравнение. Любая сложная тема — в поиск виноватых. Любое «давайте обсудим» звучит как угроза. При этом внутри таких групп часто много усталости. Потому что образ исключительности нужно всё время поддерживать. Нужно быть настороже. Следить за тем, кто что сказал и с каким подтекстом. Не расслабляться.
Уровень враждебности в таких группах растёт не тогда, когда есть реальные потери, а тогда, когда появляется ощущение унижения. Даже если оно довольно абстрактное. Как будто само переживание «нас не уважают» становится важнее того, что происходит на самом деле.
Если смотреть на это не как на диагноз, а как на человеческий механизм, многое становится понятнее. Когда ценность неустойчива, её приходится защищать. Когда опора снаружи, любой взгляд со стороны может ощущаться как атака. В этом смысле групповой нарциссизм целиком про уязвимость, замаскированную под грандиозность. Про страх потерять значимость в сложном, меняющемся мире.
И, возможно, поэтому эта тема так цепляет. Группы распадаются, идентичности страдают, старые опоры не работают. Хочется за что-то держаться. Это не делает жизнь легче, но делает её чуть понятнее.
Надо добавить, что групповой нарциссизм как социальное явление не связан напрямую с нарциссизмом как индивидуальной психологической чертой или расстройством личности.
Моноклер Коллективный нарциссизм: когда любовь к своей нации или группе становится патологией? К истокам шовинизма, ксенофобии, терроризма: разбираемся, что такое коллективный нарциссизм, когда стремление к признанию группы становится патологичным, к чему это ведет и почему реакции "коллективных нарциссов" неизменно связаны с агрессией к тем, кто не… Есть такое странное чувство, с которым, мы все сталкиваемся, как минимум, когда читаем новости. Когда чувствуешь, что мы в чем-то особенные, и в этом звучит не радость, а напряжение и настороженность. Как будто за этим фактом стоит не столько гордость, сколько просьба, пожалуйста, подтвердите.
В психологии, как обычно, у этого есть название — групповой нарциссизм. Звучит тяжеловато, но по сути речь идёт о довольно жизненной вещи, о том, как группы людей начинают верить в собственную исключительность и одновременно болезненно реагировать на любое ощущение, что их не ценят достаточно.
Интересно, что эта тема на стыке психологии и социологии хорошо разработана еще со времен Адорно. Дело здесь не в избытке человеческой уверенности, скорее наоборот. За громкими словами скрывается хрупкое ощущение ценности себя. Такое, которое легко пошатнуть случайной репликой, шуткой или несогласием. Одна из ключевых исследовательниц этой темы из Голдсмита, описывает групповой нарциссизм как не «нам хорошо с собой», а «нам важно, чтобы другие это признали», обращая внимание на политический смысл. И если признание не приходит, появляется злость, обида, желание защититься — иногда довольно жёстко.
В жизни это легко узнать.Любой разговор быстро скатывается в сравнение. Любая сложная тема — в поиск виноватых. Любое «давайте обсудим» звучит как угроза. При этом внутри таких групп часто много усталости. Потому что образ исключительности нужно всё время поддерживать. Нужно быть настороже. Следить за тем, кто что сказал и с каким подтекстом. Не расслабляться.
Уровень враждебности в таких группах растёт не тогда, когда есть реальные потери, а тогда, когда появляется ощущение унижения. Даже если оно довольно абстрактное. Как будто само переживание «нас не уважают» становится важнее того, что происходит на самом деле.
Если смотреть на это не как на диагноз, а как на человеческий механизм, многое становится понятнее. Когда ценность неустойчива, её приходится защищать. Когда опора снаружи, любой взгляд со стороны может ощущаться как атака. В этом смысле групповой нарциссизм целиком про уязвимость, замаскированную под грандиозность. Про страх потерять значимость в сложном, меняющемся мире.
И, возможно, поэтому эта тема так цепляет. Группы распадаются, идентичности страдают, старые опоры не работают. Хочется за что-то держаться. Это не делает жизнь легче, но делает её чуть понятнее.
Надо добавить, что групповой нарциссизм как социальное явление не связан напрямую с нарциссизмом как индивидуальной психологической чертой или расстройством личности.
- ❤ 3