⚡️ 29 июля беспилотник попал в плавучую регазификационную установку (FSRU) Energos Winter в порту Дамиетта, огонь перекинулся на стоявший рядом газовоз Gaslog Salem. Экипажи эвакуировали, жертв нет, ответственность не взял никто. Иран и хуситы причастность отрицают, но за два дня до удара иранское государственное телевидение называло Дамиетту в числе возможных целей. Показательна цель: удар пришёлся не по экспортному терминалу, а по импортному узлу – в стране, которая недавно претендовала на роль газового хаба Восточного Средиземноморья.
🔎 Арифметика исчезновения экспортной базы
Добыча газа в Египте сократилась с почти 59 млрд м³ в 2023 году до 50 млрд в 2024-м и 42–43 млрд в 2025-м. Поквартальный срез резче: 15,55 млрд м³ в первом квартале 2023 года против 9,85 млрд в первом квартале 2026-го – более чем на треть за три года. Главная причина – обводнение Зохра: добыча месторождения упала с 2,7 млрд куб. футов в сутки в 2021 году до 1,9 млрд в 2024-м. Нетто-импортёром газа страна стала в 2024 году.
📉 Заводы, работающие на вход
Комплексы по сжижению в Идку и Дамиетте практически не отгружают с мая 2024 года. В 2026-м зафиксированы единичные партии: 11 января в Канаду, 26 января в Турцию. Одновременно Египет ввёз рекордные 8,92 млн т сжиженного природного газа (СПГ) в 2025 году, а в первом квартале 2026-го – около 6 млрд м³ газа, на 36% больше год к году.
Инфраструктура осталась прежней, изменилось направление потока. Терминал, построенный, чтобы продавать, работает воротами на вход – и уязвимой точкой оказались именно эти ворота, а не скважины и не заводы.
🌍 Израильский ответ и его цена
Контракт NewMed Energy с египетской Blue Ocean Energy на ≈130 млрд м³ до 2040 года стоимостью $35 млрд – крупнейший экспортный контракт в истории Израиля. 10 июля партнёры Leviathan подписали соглашение на $610 млн по трубопроводу Nitzana: ввод в 2028-м, до 6,2 млрд м³ в год, суммарная мощность экспорта в Египет – свыше 22,6 млрд м³. В январе принято окончательное инвестиционное решение на $2,36 млрд по расширению самого месторождения до ≈21 млрд м³ в год – с пуском во втором полугодии 2029-го.
Экономика прозрачна: трубопроводный газ обходится Египту примерно вдвое дешевле импортного СПГ. Но риск не исчезает, а меняет форму: вместо ценового риска спотового рынка Египет берёт инфраструктурный и политический, привязывая энергобаланс к соседу, чья цепочка сама находится в зоне активного конфликта.
Июльский удар снял и последнее допущение – что Египет тыловая территория. В цепочке «израильская платформа – трубопровод – египетская сеть – импортный терминал» несколько узлов, где достаточно одного беспилотника, а фрахтовый и страховой рынок реагирует на это быстрее правительств.
🧭 Вместо выводов
Египет – интресный, показательный кейс. Экспортная база исчезает не тогда, когда кончается ресурс, а когда внутренний спрос обгоняет добычу: страна становится нетто-импортёром за два года, не потеряв ни одного завода по сжижению. Ресурсной катастрофы не произошло – Fitch ждёт роста добычи на 8% в 2026 году, в октябре пускают пять новых скважин. Проблема не в геологии, а в скорости, с которой потребление съедает экспорт.
П.С. Кто следующий по этой траектории – Алжир с растущим внутренним спросом или кто-то из азиатских экспортёров? 🤔
Запечатленное время 2.0